За тебя, Родина! (СИ)
- Ложись! - заревел Гюнтер, одновременно падая на дно капонира.
Бамм!! Почва вздрогнула от взрыва и на Шольке снова обрушилась земля с бруствера укрытия. Ну вот, это случилось.. Зенитку, наконец, обнаружили и теперь на неё обрушится вся ярость французских танкистов, потерявших по её вине множество машин и своих друзей... И уж можно не сомневаться что они уделят "восемь-восемь" всё своё внимание.
Это же понял и Глаубер. Гюнтер слышал как он закричал:
- Беглый огонь, парни! Стреляйте по готовности!!
И начался ад! Подносчики носились как угорелые, подавая заряжающему снаряды, тот кидал их в орудийный замок и наводчик тут же нажимал спуск. Выстрел! Откат, новый заряд! Щит звенел от попаданий но танковые снаряды, на удивление, всё никак не могли попасть в них. Вот и пригодилось то что зенитка почти вся была скрыта в земле, оставив снаружи только верхнюю часть щита и длинный ствол, пусть даже пришлось идти на риск демаскировки при выстреле. Почти все снаряды пролетали над ними, некоторые взрывались перед установкой, осыпая щит осколками, но тот держался. Осталось восемь бронебойных!.. Шесть!.. Четыре!..
Самый первый "B1 bis" теперь пылал, из открытого бокового люка сквозь чёрный дым вырывалось пламя. Другой, с оплавленной пробоиной на месте механика-водителя, стоял неподвижно с закрытыми люками но не стрелял. Или все убиты или контужены и не могут продолжать бой.. "Somua", на ходу стреляя из пушки и пулемёта, заходил слева, пытаясь подобраться поближе и используя подбитых как укрытия. Ствол зенитки повернулся.. Выстрел! Сильнейший грохот возвестил Гюнтеру что смельчак взорвался от прямого попадания! Ещё один тяжёлый танк, став к ним точно лбом, выстрелил из 75-мм орудия!
Взрыв! Крики и стоны расчёта зенитки.. Слегка оглушенный Шольке, повернув голову, увидел как левая часть щита буквально оторвана близким попаданием, смятые края металла обагрены кровью. Наводчик, с оторванной до бедра левой ногой, лежал метрах в трёх от установки, весь перекрученный силой взрыва.. Один из подносчиков ругался сквозь зубы, зажав левое плечо правой рукой. Другой растерянно оглядывался вокруг безумными глазами, тяжело дыша и шумно сглатывая. Снаряд, который он нёс, лежал рядом на земле.
- К орудию!! Продолжать огонь!! - раздался яростный голос Глауберга и Гюнтер увидел обер-фельдфебеля.
Без шлема, с текущей из левого уха кровью, разорванной форме и выпученными глазами, он представлял собой незабываемое зрелище человека который разминулся со смертью совсем близко.
- Наш Алоис мёртв! - раздался кашляющий голос кого-то из расчёта. - А Готтлиб ранен.. Надо уходить, командир! Нас обнаружили и сейчас разнесут в клочья!
- Раз есть снаряды, Петер, значит продолжаем стрелять! - прервал начинающую панику Глауберг, пошатнувшись и схватившись за край щита. - Я сам буду наводить.. Заряд!
Намертво вбитая дисциплина или авторитет самого обер-фельдфебеля подействовали, но люди встряхнулись и продолжили работу. Минутное молчание установки, похоже, пошло им на пользу. Французские танкисты, скорее всего, решили что орудие уничтожено и перенесли огонь на другие цели, пытаясь обнаружить "зубастиков", по-прежнему продолжающих поражать средние танки. Глауберг с трудом залез на место наводчика, чуть покрутил приборы наведения.. и нажал на спуск. Выстрел! Тот самый "B1 bis", который едва не похоронил их всех и так неосмотрительно не сделавший контрольный выстрел, вздрогнул и остановился, содрогаясь от внутренних взрывов.
- Так тебе, сука.. за моих ребят.. - удовлетворённо сплюнул обер-фельдфебель, повернув закопчённое дымом лицо к Гюнтеру. - Не беспокойтесь, оберштурмфюрер, пока мы живы и есть снаряды то французы здесь не пройдут.. Слово даю..
Лёгкие танки, непрерывно стреляя из своих пулемётов и маленьких пушек, подобрались уже совсем близко. Самые настойчивые уже находились метрах в ста от позиции орудия.
- Добивайте все бронебойные на тяжёлые танки а потом фугасами разносите в клочья этих настырных малышей! - ответил Шольке. - Нельзя дать им ворваться сюда!
- Мы постараемся! - прокричал Глауберг, снова выстрелив. - Но снарядов на всех не хватит! Сегодня они обезумели и если не дрогнут то скоро станут давить нас гусеницами! Бронебойный остался последний!
- Используйте его с толком, обер-фельдфебель! - кивнул Гюнтер, снова пригибаясь от близкого взрыва. Обнаружив что немецкое орудие ожило вражеские танкисты опять перенесли на него свой огонь. - Как расстреляете все снаряды то подрывайте орудие гранатой и отходите к церкви! Это наш пункт сбора!
- Хорошо, оберштурмфюрер! Так и сделаем! - кивнул командир расчёта, прицелился и снова выстрелил. Ещё один "Somua", выезжавший из клубов дыма на поле, получил снаряд с двухсот метров и застыл с пробоиной в лобовой броне. - Всё, теперь только фугасы.. Давайте, парни, или вы хотели жить вечно?! - весело заорал Глауберг своим подчинённым.
Шольке, в который раз приникший к биноклю, застыл. В клубах чёрного дыма, огибая подбитые танки, показались вражеские пехотинцы! Проклятье, только их ему сейчас не хватало! Уставшие и запыхавшиеся, пробежавшие почти километр по полю в полном снаряжении, французы жадно хватали ртом воздух и медленно брели к немецким траншеям, видимо, даже не замечая их.
- Пулемётчики и стрелки! Приготовиться к отражению пехотной атаки! - закричал он ближайшим солдатам, сидевшим в окопах недалеко от позиции "восемь-восемь".
Но те, в грохоте боя, не расслышали. Пришлось ползком пробираться к ним почти метров тридцать и передать по цепочке. Гюнтер решил остаться вместе с ними так как возле зенитки ему было делать нечего. Вот и найдётся, наконец, работа его личному "MP-38". За спиной каждые несколько секунд продолжало стрелять тяжёлое зенитное орудие. Шольке видел что фугасы, хоть и не всегда с первого выстрела, справляются с лёгкими французскими танками. Те, до этого почти не понёсшие потерь, теперь узнали на себе что такое германские снаряды в упор. Некоторых разрывало на части, оставляя только обугленные металлические обломки ходовой части. От других отлетали куски гусениц, заклинивало башни, выбивало приборы наблюдения, контузило экипажи.. Особо удачный снаряд врезался под углом в подбитый средний танк как раз когда из-за него выбежали несколько французов. Взрывная волна и острейшие осколки буквально изрубили тела в фарш, оторвав некоторым конечности. Гюнтер заметил взлетевшие в воздух обломки винтовки и какие-то бесформенные клочья.
Но сегодня французы были явно в ударе! Сразу три "Somua" и один "B1 bis" сосредоточили дружный огонь на смертельно опасном для них орудии. Один из них получил фугас прямо в лоб и прекратил огонь, видимо, экипаж был оглушен попаданием. Но другие сделали своё дело. За спиной Шольке грохнули несколько взрывов, раздался какой-то скрежет и установка прекратила огонь! Всё, нет больше храбреца Глауберга и его зенитчиков.. За "восемь-восемь" тут же отомстил "зубастик", перемещённый на новую позицию, искусно замаскированную чуть в стороне, и до сих пор, благодаря небольшим размерам, не обнаруженную, несмотря на возобновление огня. Один "S35 Somua", получив снаряд прямо в боковой люк, задымил. Следующий "гостинец" бесстрашного расчёта врезался под углом в длинный корпус тяжёлого танка но не пробил из-за рикошета, с визгом улетев куда-то. Ответ последовал тут же. "B1 bis" чуть довернул корпус и выстрелил из своего главного орудия в лобовой броне. Там где стояла "пятисантиметровка" взметнулся большой куст земли и огня.. И через несколько секунд Гюнтер увидел только дымившуюся воронку без всяких следов противотанкового орудия. Теперь на южной окраине, ближе к дороге, у него оставался второй "зубастик", судя по звукам выстрелов ещё продолжавший сражаться.
На удивление, французские танки, лёгкие, средние и тяжёлые, остановились и стали стрелять с места, не рискуя продолжать атаку одни. Ждали пехоту? Или опасались что у немцев остались ещё ПТО? Беглый осмотр с помощью бинокля показал что Шольке и его людям, кроме подошедших пехотинцев, противостоят двенадцать лёгких танков разных моделей, семь средних "Somua" и два тяжёлых "B1 bis". Всё что осталось от сорока с лишним машин, наступавших на этом участке.. Вот только уничтожить их Гюнтеру было уже нечем. Остальные танки были сожжены, подбиты или обездвижены. Эх, ему бы ещё парочку "пятисантиметровок"! Но увы..