Развод. Мать-одиночка (СИ)

— Егор, — вздрагивает Ира, — ты что, с ума сошёл? Я в жизни никогда…
— Ира! — беру её за руку. — Доверься мне. Уверен, ты справишься на отлично. Ты ведь очень сообразительная и ответственная.
— Но… как же… — всё ещё пытается отвертеться Ирочка.
— Я всё беру на себя. Тебе просто надо прийти в офис на собеседование. Остальное я решу и организую. Договорились?..
Ира нервно дышит. Её невероятные голубые глаза мечутся от страха.
— Мне пора на работу, — говорит она, наконец, и делает попытку высвободить свою руку из моей.
Но я не отпускаю.
— Завтра утром, — сверлю её взглядом. — Я обо всём договорюсь. Придёшь?
Несколько бесконечных секунд проходят в молчании и неведении.
В конце концов, Ира утвердительно кивает:
— Приду.
  
Глава 9. Ирина
 
Божечки, как страшно-то!..
Руки трясутся, ноги подкашиваются, голос дрожит. Не хватало только грохнуться в обморок для полноты картины. Но я не намерена отступать. Поздно.
Раз дала слово Егору, что появлюсь на собеседовании, значит, я на нём появлюсь, чего бы мне это ни стоило. Подвести школьного друга, который отважился помочь мне, я не имею никакого права.
Конечно, Ступин здорово погорячился, предложив эту авантюру. Неужели он сам не понимает, что его план трещит по швам, а у меня нет ни единого шанса получить должность, которой я ни капельки не соответствую?
Тем не менее, силой воли я заставляю себя собраться и пойти туда, где меня стопроцентно ждёт позор. А раз я уже знаю заранее, чего ждать, то и бояться нечего.
— Так, я зайду первым в кабинет к Дамиру, а ты подожди пока тут, — инструктирует Егор. — Не волнуйся только, ладно?
— Конечно, — натягиваю улыбку.
Конечно, я не волнуюсь. Потому что я в полнейшему ужасе!
Ступин оставляет меня одну перед дверью, за которой скрывается тот самый Тарханов. Егор в общих чертах поведал, что нрав у местного начальника непростой, но это меня как раз волнует меньше всего. Вряд ли кто-то переплюнет нашу Любу в неадекватности.
От нечего делать брожу взглядом по офису. От входа в огромное помещение к двери директора пролегает прямая дорожка. Слева и справа от неё находятся перегородки — что-то типа мини-кабинетов, только открытых, без окон и дверей. У каждого сотрудника своё отдельное пространство. При этом все друг у друга на виду.
Ловлю взгляд какой-то женщины, немолодой, но ухоженной и стильно одетой. Здесь вообще все выглядят очень официально и элегантно. Сразу чувствуется статус компании. Не то что в моём кафе, куда все приходят в чём попало, а некоторым, как мне, приходится надевать убогую униформу.
— Вы к Дамиру Казимовичу? — любопытничает женщина.
— Угу, — еле выдавливаю я.
— На должность помощницы?
— Угу, — идиотски киваю.
Возможно, мне кажется, но эта незнакомая тётенька глядит на меня будто бы с жалостью. Если бы она меня сейчас перекрестила, я б не удивилась.
Но женщина молчит и снова погружается в свою работу.
— Ну, вот, — раздаётся у моего плеча. — Всё готово. Дамир тебя сейчас примет.
Ступин ободряюще улыбается, а я от напряжения даже поблагодарить его не могу.
— У него сегодня хорошее настроение, — продолжает Егор. — Так что иди и ничего не бойся. Я ему расписал, какой ты надёжный человек и вообще головой за тебя поручился.
— Пожалуй, это было лишним… — бормочу под нос, на самом деле очень благодарная, что Ступин так старается ради меня.
Но он реально перебарщивает. Он ведь рискует совершенно неоправданно, вступаясь за девушку, которую не слышал и не видел целых семь лет.
— Удачи, — говорит Егор.
— Удачи, — доносится женский голос, принадлежащий той самой тётеньке, что уже общалась со мной.
В её пожелании значительно меньше оптимизма, чем в реплике Ступина, но, кажется, она вполне искренна.
— Спасибо, — шепчу едва слышно и делаю шаг двери.
Вот и момент истины.
Честно говоря, с гораздо большим удовольствием я бы сейчас шагнула в совершенно противоположную сторону, а затем пулей понеслась обратно в кафе отрабатывать свои жалкие гроши. Но микроскопическая, глупая и абсолютно дурацкая надежда всё-таки теплится во мне.
 
Ну, а вдруг?.. Может, и впрямь есть хотя бы один на миллиард шанс изменить мою жизнь к лучшему?..
Я уже не маленькая наивная дурочка, которая верит в чудеса, что каким-то невероятным образом мама и папа окажутся живы и скоро придут забрать меня у злой тётки. Ведь именно об этом я мечтала, свернувшись эмбрионом под одеялом и слушая пьяные вопли из кухни. И так красочно представляла этот чудесный момент… Однако чуда не случилось.
Случилась жизнь — жестокая и беспощадная. Но, видимо, толика той маленькой Иры всё же уцелела во мне.
Захожу в кабинет Тарханова почти бесстрашно.
И сразу вижу ЕГО.
О, боже!.. Мне конец…
За столом восседает не человек, а монолитная глыба, одетая во всё чёрное. Тёмные волосы и смуглая кожа также не прибавляют ему красочности. Лишь голубые глаза хоть чуть-чуть оттеняют этого чёрного гиганта. Вот только не сказать, что глаза эти изучают меня по-доброму и приветливо.
Да ничего подобного!
Тарханов глядит на меня как волк, намеревающийся сожрать мелкую зверушку. В нём нет ни жалости, ни сочувствия, ни интереса, ни даже как таковой агрессии. Потому что он ежедневно съедает по десять штук таких зверушек, и ему совершенно наплевать, кто перед ним.
Всё это я понимаю в считанные секунды, считываю буквально из воздуха, напитанного дорогим парфюмом хозяина этого пространства. Почему-то я представляла своего потенциального начальника чуть ли не дедушкой, лет под семьдесят. Наверное, из-за того, что Егор несколько раз назвал его «мужиком».
Вне всяких со мнений, передо мной отнюдь не мальчик. Не знаю, сколько лет Дамиру. Может, около сорока. Но он нереально раскачен, плечист, подтянут. Его будто из камня высекли, особенно — лицо: скуластое, точёное, с жёсткими чертами и такой же жёсткой щетиной на подбородке и щеках.
Это суровое хищное лицо теперь направлено ко мне, а холодный взгляд ледяных глаз ни на секунду не отпускает, будто сжимает тисками.
Мамочки…
— Вы так и будете стоять? — раздаётся его убийственный бас.
— И..извините… — блею я как первоклассница у доски.
И снова пытаюсь заставить своё тело двигаться. Делать хоть что-нибудь, чтобы не выглядеть полнейшей идиоткой.
Но конечности живут как-то отдельно от сигналов мозга. Я отшатываюсь чуть в сторону, неловко накреняюсь, зацепляю локтем что-то, стоящее у меня за спиной и…
Кабинет оглушает звук бьющегося фарфора или керамики. К моим ногам сыплются осколки.
Не без горечи я понимаю, что только что разбила какую-то вазу. И хотя бы надеюсь, что это не какая-нибудь антикварная штука из Древнего Китая стоимостью в миллиард долларов.
— И..и..извините… — повторяю вновь, готовая пасть замертво и больше никогда не подниматься.
  
Глава 10. Ирина
 
— Может, вам лучше сесть, чтобы больше ничего не пострадало? — как сквозь сонную пелену слышу я властный, грубый голос.
— Да… — роняю на автомате и на ватных ногах бреду к стулу, очертания которого размываются перед глазами.
Кое-как усаживаюсь. Поднимаю взгляд — этот пугающий мужчина всё ещё смотрит на меня.
Нервно сглотнув, пытаюсь как-нибудь смягчить ситуацию:
— Я могу заплатить.
Тарханов хмурится и переспрашивает небрежно:
— За что?
— За вазу. Надеюсь, она не очень дорогая…
Он хмыкает издевательски:
— Если не придавать значения сентиментальной чуши, будто корпоративные подарки что-то значат, то она не стоит ничего — мне эта ваза досталась бесплатно.
Я внутренне холодею и больше не знаю, что говорить. Жду каких-нибудь вопросов, но Дамир продолжает молчать.
— Ну, представьтесь хотя бы, — сердито швыряет он мне, видимо, устав от затишья.
— И..ирина. Ирина Краснова… В смысле — Неярова, — сбиваюсь с мысли и лопочу бессвязно. — По мужу моя фамилия Неярова, а девичья — Краснова.