Развод. Мать-одиночка (СИ)

Сделав глубокий вдох, медленно выдыхаю.
Аргументы Ступина кажутся мне высосанными из пальца. Но, кажется, сам он верит в то, что говорит. Не стану и пытаться представить, каково было моим предшественницам.
Зато я отчётливо представляю перед глазами договор, который я утром подписала в бухгалтерии. Там значилась моя зарплата за месяц — оклад, который мне полагался на испытательный срок.
И оклад этот в пять раз превышал мою зарплату уборщицы.
В пять. Блин. Раз.
— После испытательного срока сумма будет пересмотрена в сторону увеличения, — так мне заявили при подписании.
— А когда закончится испытательный срок? — поинтересовалась я.
На что бухгалтер неопределённо пожала плечами:
— Официально — через три месяца. Неофициально… Когда Дамир Казимович примет такое решение. Хоть через неделю. Всё будет зависеть от вас.
Всё будет зависеть от меня… Но что от меня сейчас зависит?!..
— Ира, — возвращает меня к реальности Егор, — не дрейфь. У тебя всё получится.
У меня получится…
У меня получится выжить на этой грёбанной работе и в кратчайшие сроки собрать деньги на операцию Ясе.
У меня получится не сойти с ума и не выйти в окно, потому что у меня нет возможности сдаться.
Нет никаких вариантов. Только вперёд и только напролом.
— Спасибо, — шепчу я, но повторяю уже увереннее: — Спасибо тебе, Егорка.
В порыве лучших чувств целую его в щёку. Снова делаю глубокий вдох и выдох, а затем шагаю обратно к рабочему месту.
Через полчаса уже стучусь в проклятую дверь, прижимая к груди папку с распечатками.
— Да?
— Можно?
— Заходи, — безразлично кидает Дамир.
Я подхожу к столу и кладу перед ним подготовленные бумаги: бронь отеля, который Тарханов уже выбрал, и три варианта авиаперелётов.
— Прямой и два с пересадками, — поясняю я свои изыскания.
— Прямой, — даже не раскрыв папку, брякает Дамир.
— Это… самый дорогой вариант, — негромко уточняю я.
Тарханов поднимает ко мне угрюмый взгляд.
— И самый удобный, — добавляю я, быстро натянув улыбку.
— Закажи два билета — себе и мне. Сразу забронируй места в самолёте. Трансфер тоже подыщи, — перечисляет он ровным тоном, перекладывая документы на столе. — Да, и после этого можешь идти домой.
Украдкой поглядев на часы, замечаю, что до конца рабочего дня ещё два часа. И если получится всё быстро организовать…
— Завтра в девять утра совещание, — врывается в мои мысли суровый голос Тарханова. — Не забудь заказать для присутствующих завтрак из кафе внизу.
— Конечно, — отвечаю автоматически.
Дамир вновь смеряет меня хмурыми глазами.
— Вопросы?
— Нет, всё понятно, — киваю я и спешу поскорее прочь выполнять все поручения.
  
Глава 20. Ирина
 
— Куда поставить? — осведомляется парнишка, который принёс завтраки для участников совещания.
Спасибо, что добрая женщина Марина снова удачно подсказала мне, чем тут принято питаться. Иначе бы я опять где-нибудь накосячила.
— Вот сюда, на общий стол, — распоряжаюсь я.
За спиной инженеры уже настраивают оборудование. Подлетает сразу четыре человека — из маркетинга, из снабжения, и двое из отдела продаж — и всем надо срочно решить какие-то очень важные вопросы. Потому что часики-то тик-тик-тик, а его Величество Дамир Тарханов взбесится, если совещание не начнётся вовремя.
Короче, с самого утра кручусь, как белочка в адовом колесе. Но, чем больше меня нагружают, тем быстрее я начинаю соображать.
— Где вода? — вспоминаю и гоню рабочих, чтобы подняли со склада несколько коробок с минеральной водой.
Они обязательно должны быть оклеены фирменными этикетками, потому что в противном случае — угадайте, что?.. Правильно, Дамир Казимович прикажет всем головы с плеч оторвать.
Безусловно, меня швыряет из огня да в полымя. Но разве не так закаляется сталь?..
После общего совещания начинается сразу следом совет директоров. Дамир хочет, чтобы в его отсутствие (о, боже! Целых четыре дня!) всё продолжало работать слажено, а не то… Нужно повторять? Мне кажется, уже все выучили.
 
Дамира тут уважают и боятся. А точнее — боятся и уважают — именно в таком порядке.
— В три у вас встреча с Евгением Савёловым, — напоминаю я Тарханову, как только мы выходим из конференц-зала после двух совещаний подряд.
— Отмени, — швыряет он.
Останавливаюсь, как вкопанная. А Дамир преспокойно идёт дальше.
— П..подождите!.. — лечу вдогонку, уже не обращая внимания на высокие каблуки.
Разумеется, Тарханов просто игнорирует меня. Настигаю его уже возле лифтов.
— Дамир, Савёлов четыре раза звонил, и я подтвердила, что встреча в силе.
Ноль эмоций. Тиран нажимает кнопку, заходит в кабину и щёлкает на первый этаж. Еле успеваю проскочить в уже закрывающиеся двери.
— Дамир…
Тарханов поворачивается ко мне и равнодушно взирает с высоты своего непомерного роста.
— Я не могу отменить встречу за полчаса до начала.
— Сама с ним поговори, — бросает тиран. — А я устал.
Дамир покидает лифт, а я стою потерянная и напрочь сбитая с толку.
Мало того, что мне каким-то образом надо объясняться с одним из инвесторов, так у меня вдобавок есть и другие вопросы, которые необходимо решить, причём безотлагательно.
И не только рабочие, но и крайне личные.
Уже послезавтра мне предстоит улететь в Берлин, а с кем оставить Ясю на четыре дня, я так и не придумала. Да и некогда мне было об этом подумать.
Вчера я еле добралась до сада, забрала дочку. Дома нужно было постирать, убрать, наготовить еды, почитать сказку, посмотреть мультики. А потом меня вырубило начисто, как будто бы я год не спала.
Стыдно сказать, но утром меня разбудила Есения, которая проснулась по моему будильнику. По ощущениям уровень усталости после одного дня работы в должности личной помощницы Дамира Тарханова равнялся примерно целой ночи разгрузочно-погрузочных работ на железнодорожной станции. Полный аут.
А сегодня — всё по новой, только ещё веселее.
Звоню Савёлову и дрожу, как осиновый лист.
Что я ему скажу?.. А кого можно попросить остаться с Ясей?.. Нанять какую-нибудь сиделку?.. Интересно, Савёлов очень будет ругаться?.. Ну, нет, хуже Тарханова не ругается никто… Хотя жизнь меня уже крепко научила, что всегда может быть ещё хуже…
— Да, здравствуйте, Евгений Михайлович! Я звоню, чтобы…
— Ой, хорошо, что вы позвонили! — раздаётся в трубке. — Совсем из головы вылетело! Забыл предупредить: я не смогу приехать. Приношу свои извинения…
Всё-таки бог существует! И, видимо, мои молитвы каким-то образом долетели к нему! Спасибо! Спасибо! Спасибо!!!
— Да ничего страшного, всё в порядке. Спасибо, что сообщили, — тараторю напропалую, а сама ликую, что аж чуть ли не свечусь как лампочка.
Одной проблемой меньше. Но есть и другая…
Иду по первому этажу и листаю записную книжку. Не сказать, что список очень длинный. Я просматриваю его уже шестой раз и понимаю, что зацепиться мне не за что.
«Таня» — смотрю на запись контакта и морщусь. С Таней мы работали в кафе, она официантка. Хорошая девочка, но сплетница, каких свет не видывал. Ничего у неё на языке не удержится. Она моментально растреплет всем, что я ей звонила и просила посидеть с ребёнком аж несколько дней.
Нет, этот вариант мимо.
Снова листаю, листаю, листаю…
«Ксения Вячеславовна» — соседка, ныне соседствует с моей тёткой Юлией, а в прошлом соседствовала с мамой и папой. Она добрая женщина и уже выручала меня деньгами. Но ведь одно дело занять относительно небольшую сумму, и совсем другое — доверить шестилетнюю девочку, которой нужен специальный уход…
Ай, ладно! Была-не была!..
— Ксения Вячеславовна, здраствуйте. Это Ирина Неярова… в смысле Краснова. Да-да. Я самая. Как ваши дела?..
Я отчаянно стараюсь быть милой, и, возможно, соседка уже начинает подозревать что-то неладное. Но я трещу без умолку, она поддакивает, что-то там отвечает. А мне так стыдно, так неудобно… Даже сказать не могу, зачем на самом деле звоню.