"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Это. То. Что. Надо.
Девушка настолько засмотрелась на разлетающиеся вокруг внутренности Вальтера, что даже забыла о том, где находится, и даже опустила клинок. Зрелище… завораживало. Внушало надежду. Заставляло влюбиться в того, кто стоял перед ней.
А затем Артур Готфрид резко обернулся. На лице парня играла всё та же безумная улыбка, возле которой распахнутый плащ тьмы казался естественной деталью.
– О, – хмыкнул он, снимая с плеча упавший туда глаз Вальтера. – Герда. Ты ведь из Крейнов?
  
Глава 27
 
Запах крови, резкий из-за её запредельного количества, резал ноздри. Прямо как домой вернулся.
Я бы покривил душой, если бы попытался строить из себя правильного парня и утверждать, будто вид разорванного на куски демона меня совсем не радовал. Однако… и повода ликовать тоже не было.
И первой причиной тому был сам демон. Насколько его смерть… окончательна? Тот, кто уже воскрес единожды, наверняка сможет повторить это снова. Демонические способности слишком непредсказуемы, чтобы самоуверенно утверждать, что этого не будет.
Конечно, он и близко не Виссарион. Рано или поздно он умрёт насовсем и перестанет возрождаться. Может, дело в магических чудо-свойствах тела, в которое он вселился, может, его воскрешают старшие демоны, или что-то там ещё, однако никакого истинного бессмертия у этого пижона нет и быть не может – не того полёта птица.
Возможно, поэтому мысль об этом меня даже не злила – скорее, просто раздражала. Радовало лишь то, что сейчас он застал меня врасплох только из-за обстоятельств, удачно сложившихся в его пользу. Нет, в следующий раз он ещё только подумает о том, чтобы разыскать меня – а я уже буду стоять у него за спиной.
Вторая причина беспокоила меня сильнее. Сенат.
Он ослаб. Нет, он критически ослаб. Я понимал это и раньше, но лишь во время боя с демоном мне стало очевидно, насколько. Сенат – просто жалкое подобие себя прежнего.
Нет, разумеется, на этого неудачника его сил вполне хватало, и Сенат разорвал его, даже не напрягаясь… но когда-то он мог с той же непосредственностью уничтожить целую страну, даже не заметив этого. Сейчас же ему придётся приложить усилия, чтобы снести хилый дачный домик. Тысяча лет без малейшей практики и тренировок – такое скажется на ком угодно.
Чем ты там занимался всё это время, Сенат? Не ностальгировал же по старым добрым временам?
Ну, и третья причина – самая серьёзная. У меня буквально скулы сводило от мысли, что трёп демона может оказаться правдой, но… когда он сказал о том, что его «старшие» заточили меня, я сразу вспомнил сцену своего прощания с миром Виссариона. Рёв демонов, рассерженных тем, что я обманул их, слова о том, что они найдут меня где угодно…
Тем не менее, за то время, что я здесь, они даже не появились. И либо это говорило о том, что они горазды обещать, но не выполнять, либо… меня и правда перехватили ещё в момент перемещения.
Тогда… получается, что Виссарион не врал? Что я действительно перенёсся в день своей смерти и, если бы они не вмешались – я всё успел бы вернуть и исправить? Но нет; эти адские мудаки отняли у меня шанс спасти свою семью от гибели.
Более того; они не просто отняли у меня самое дорогое, но и помогли этому ублюдку Крейну совершить своё становление. И вот этот факт удивлял меня куда сильнее, чем сам поступок Майкла.
В конце концов, даже не помня точно, откуда я знаю этого парня, я почему-то хорошо помнил его характер – мелочного и завистливого эгоиста, зацикленного на власти и успехе. Конечно, не каждый эгоист доходит до сделок с демонами и массовых репрессий, но… некоторым «везёт». Видимо, зависть окончательно затмила его разум.
Что ж… тем лучше, что в Крейне – под слоем жестокости и властолюбия – ещё осталось что-то человеческое. Дочку вон наверняка обожает – иначе не прислал бы за ней такую толпу народу.
Почему лучше? Потому что так интереснее. Больше возможностей сделать больно.
 
В конце концов, не было ничего сложного в том, чтобы прийти и прикончить Майкла. Особенно теперь, с Сенатом. Но…
Я обернулся; взгляд, направленный на меня, я ощутил ещё три минуты назад.
– О, – хмыкнул я, снимая с плеча упавший туда глаз демона. – Герда. Ты ведь из Крейнов?
Даже занятно, как она сумела вырваться от тех «Гризли», что потащили её в лагерь. Впрочем, это вопрос десятый и чисто умозрительный; я с любопытством глядел на свою цель – теперь наконец выдался случай рассмотреть её вблизи.
А девчонка была… хороша, надо сказать. Лучшие черты её матери, доведённые до абсолюта; красные волосы приковывали к себе внимание, а лицо было почти идеальным, как у какого-нибудь суккуба. Фигура, причёска, осанка… Да, с такой дамой не стыдно и в высший свет выбраться.
Разумеется, дети не виноваты в грехах своих родителей. Но… ей попросту не повезло.
Просто вырвать Майклу хребет – всё равно что потратить силы даром. Нет; нужно заставить его ощутить то же, что и я. Он должен потерять всех и всё. Понять, каково это.
Сынишка Гюнтер, уже убитый мой, на папиного любимчика явно не тянул, раз его смерть не стала главным инфоповодом последних дней. А вот дочурка, для спасения которой собрали такой знатный рейд, явно ценна для него. Именно с её смерти и начнётся настоящая, осмысленная и жестокая месть. Если до встречи с этими «Гризли» я ещё раздумывал, как же мне с ней поступить, то теперь всё решилось. Я хочу убить их всех, быстро и максимально болезненно.
Жить Герде Крейн ровно до того момента, как она выведет меня из Тумана.
Видимо, она слышала мои слова о вырезании её семьи, а может, разглядела что-то такое на моём лице, потому что попятилась.
– Погоди! – она поглядела на меня. – Я просто хотела сказать…
– Да? – я неспешно шагнул ей навстречу, перешагнув через окровавленные внутренности её демона. – Что ты хотела сказать?
– Я хотела сказать… спасибо! – выпалила она.
Чего? Я застыл. Это какой-то способ заморочить мне голову, или… тут что-то интереснее?
– Это ещё за что? – я держал монтировку опущенной, и даже Сенат сейчас скрылся из глаз, вновь втянувшись в мою тень, но Герда всё равно инстинктивно закрылась руками. Судя по этому жесту и тому, как быстро она тараторила – девушка всерьёз опасалась, что я прикончу её на месте.
Ну, справедливости ради, будь у меня карта Тумана, так бы оно и было.
– Не знаю, – закивала она, продолжая чуть отступать, – куда ты меня тащил, и зачем… Но ты только что прикончил мудака, который отравлял мне всю жизнь.
Я лишь вопросительно поднял бровь. Возможно, она и не лжёт, демоны на то и демоны, чтобы их мало кто любил.
– Ты хочешь убить меня, – выпалила Герда, – но, пожалуйста, сначала выслушай.
– Так я вроде и слушаю, – пожал я плечами. – Но мне плевать на то, как отравлял тебе жизнь этот говнюк. Я сделал это не ради тебя, а твои проблемы – это твои проблемы.
И я – главная из них.
– А что, если мои проблемы и твои – это наши… общие проблемы? – фраза звучала как-то по-дурацки, но девушка была предельно серьёзна. – Слушай. Я могу быть тебе полезной. Могу помочь, могу… выполнить любой приказ.
– А зачем тебе это? – я лениво подкинул в руке монтировку. Вот только давай без этого. Прежде, чем строить из себя роковую женщину, нужно стать женщиной.
Тебе сколько, восемнадцать?
– Всё просто, – она криво улыбнулась. – Ты же… хочешь убить мою семью. Убить Крейнов. И я тоже этого хочу. Я ненавижу их так, как никто другой не ненавидит.
Ну, или это просто судорожная попытка сберечь свою жизнь.
– Вот здесь, – снисходительно заметил я, – ты сильно заблуждаешься.
– Заблуждаюсь? – в глазах девушки блеснуло возмущение; она даже прекратила пятиться. Неужели всё искренне?
– Насчёт ненависти, – кивнул я. – Не говори о том, чего не знаешь.
– Я не знаю? – лицо девушки горело; она подняла огненную катану. – Ещё пять минут назад я была готова сдохнуть здесь, только бы не возвращаться к этим уродам.