"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Он широко улыбнулся мне.
– Слушай-слушай. Тут есть что рассказать; ты долго спал и многое пропустил, друг.
– Всегда найдётся тот, кто поможет и просветит, – я перевернулся с живота на спину и посмотрел на блондина в упор. – Просветишь меня… друг?
В моём голосе звучал цинизм, но блондина это вполне устраивало.
– Это можно, – его улыбка стала ещё шире. – С чего начать?
Рука поигрывала амулетом; по тому пробегали одинокие зелёные искорки, словно разряды статического электричества.
– Это же могила твоей сестры рядом, верно? – он сделал шаг по тесному склепу. – А вот её я помню. Отец разрешил устроить похороны… как последнюю подачку. Когда её хоронили, тут было много народу. Многие жалели о её смерти… знаешь, хорошая, умелая шлюха – это ценность, а она была именно из таких.
Я молчал. Возможно, по моему лицу и можно было что-то прочитать, но я очень надеялся на обратное.
– Не для элиты, конечно, – продолжал, тем временем, блондин. – Но ведь простым парням тоже нужно с кем-то развлекаться. Сначала это был урок твоему отцу за неповиновение, а потом… не выбрасывать же хорошую вещь. Столько лет ещё прослужила после его смерти.
Даже его нервный приятель чуть расслабился и опустил монтировку пониже. Я всё ещё не шевелился – и он, видимо, принял это за хороший знак. На его лице медленно расцветала, как чернильная клякса на листе бумаги, та же самая нехорошая улыбка, что и у его дружка.
– А знаешь, как умер твой отец? – продолжал выхаживать тот. – Он много о себе воображал… не признавал авторитетов. Знаешь, совершенно невыносимый был тип. Моему отцу пришлось его проучить.
Вот теперь я уже был абсолютно уверен, что моё лицо не выражает ничего. Снаружи. Справиться с эмоциями, проходящими через сознание, было минутным делом, ну, а внутри… то, что происходило внутри, никого, кроме меня, и не касается.
– Когда твою сестру впервые отдали нашим бойцам, – блондин остановился прямо напротив её могилы и постучал по ней пальцами, – он смотрел за этим. Злился, конечно!.. Его можно понять. Любой бы злился на его месте. Но вряд ли он мог многое сделать, с отрубленными-то руками.
Он обернулся на приятеля.
– Кто там ещё был в этой семейке? Давай, помогай, что это я один рассказываю.
– Да он не реагирует! – шатен указал на меня концом монтировки. – Погляди на лицо. Он двадцать лет в коме провалялся, он же, наверное, полный овощ. Может, он слов твоих не понимает.
– Нет-нет, – коротко рассмеялся блондин. – Он всё прекрасно понимает. Он делает вид, что ему всё равно, ровнёхонькое лицо, как в покере… но глаза не врут. Посмотри сам!
Пометочка на будущее, отстранённо подумал я. Сделать что-то с глазами. Если они действительно меня выдают – однажды это может стать проблемой.
Эта мысль летала над целым роем других, как белый голубь над стаей чёрных, крикливых ворон. Голубя легко различить на общем фоне, а поди отдели одну ворону от другой в такой мешанине…
– А с ним что делаем? – шатен перевёл взгляд с меня на дружка. – Уложим обратно?
– Уложим? – блондин рассмеялся. – Нет! Нет-нет-нет, ты чего? Он сейчас соберётся и поедет к моему отцу, и там уже…
Дальше слушать его я не стал.
Всю силу – в руки. Моментальный прыжок из сидячего положения – и, раньше, чем блондин успел что-то осознать, я рву на себя амулет. Вместе с кистью его руки.
Маны оставалось буквально на один рывок; после этого я, пожалуй, даже зелёный огонёк не смог бы зажечь. Но этого рывка вполне хватило.
Одну из тех тёмных мыслей я всё-таки сумел отделить. Мысль о том, что я услышал достаточно. Когда всё это происходило, эти придурки были детьми; всё, что они сейчас рассказывали – они рассказывали по детским воспоминаниям или с чужих слов.
Значит, они мне не нужны.
Расширенные глаза – пара секунд тишины – истошный вопль. Блондин рухнул на колени; из оторванной руки хлестала кровь, я же спокойно и отстранённо разматывал цепь амулета.
Чем хороши артефакты – так это тем, что для их использования мана не нужна; они работают на своей внутренней энергии, знай только перезаряжай время от времени, пока магический износ не разрушит предмет.
 
Шатен застыл на месте, затем поднял глаза на меня и молча попятился к двери, выставив перед собой бесполезную монтировку – видимо, машинально. Блондин катался по полу, баюкая остатки руки, и, кажется, не мог сейчас сосредоточиться ни на чём другом, а вот его приятель точно не хотел умирать.
– Стой! – выдохнул он, неловко ткнувшись в стену позади себя. – Я же… мы ничего не делали, это были…
Я не сказал ни слова – просто вытянул руку с амулетом и отдал мысленный приказ активировать боль.
…остановился я только тогда, когда хрип, в который перешёл крик, затих – а затем прошло ещё три минуты. Только после этого я отключил амулет, краем глаза отметив, что после такого активного использования блестящий тонкий металл почернел. Дешёвка, долго не прослужит.
Спокойно, без спешки я проверил пульс у обоих. Пусто, два трупа. И всё-таки лучше перестраховаться. Это первый удар нужно сделать запоминающимся и ярким, а последний… можно нанести и простой монтировкой.
Два удара. Две размозжённых головы. Вот теперь точно закончили.
Оттирать с пола кровь я не собирался – монтировка оставила её порядком, да и из оторванной руки блондина натекло не мало. Но вот спрятать тела не помешало бы
К счастью, тут как раз освободилась одна могила.
Все новости, что я только что выслушал, не были мне безразличны, но мозг… он работал с какой-то отстранённостью, отфильтровывая эмоции от чётких, размеренных действий. И всё-таки хотелось, прежде, чем возиться с телами, вздохнуть свежим воздухом. Просто… чтобы отмежеваться от сцены, что только что закончилась.
Дверь склепа тихо скрипнула, выпуская меня наружу. Сумерки сменились настоящей темнотой… но и на этот раз я сразу заметил, что пустота не означает одиночества. Что ж, возможно, мне стоило вырвать им языки прежде, чем активировать амулет – удивительно, что на крики пришёл только один гость.
– Хорошая работа, – заметил стоящий в тени у раскидистого дерева тип, которого я пока что ещё не рассмотрел в деталях. – Приятно видеть, что ты в хорошей форме, Артур.
  
Глава 3
 
Двери склепа за моей спиной не успели закрыться, и сейчас при свете луны было отлично видно шатена, который пытался уползти к выходу, но так и не успел. Блондин лежал чуть дальше, и вряд ли его можно было хорошо разглядеть – хотя, наверное, контурами угадывался и он. Зато блестящие пятна ещё не успевшей застыть крови попадали под лучи лунного света. Красивая картинка.
И, разумеется, я – во всей красе. С монтировки, которую я всё ещё сжимал в руке, капала кровь; она же была и на моём теле. Полуистлевшая одежда завершала образ то ли живого мертвеца, то ли безумного маньяка, сбежавшего из психушки. Не так я представлял себе свои первые полчаса в родном мире.
Мужчина, стоящий под деревом, смотрел на всё это с молчаливой ухмылкой. Его фигура, стоящая в тени, не была видна особенно хорошо, но эту ухмылку я почему-то видел в деталях. Его будто совершенно не пугало то, что он увидел… а то и вовсе забавляло.
– Демон, – констатировал я, выходя на свет.
Выглядел этот тип совершенно по-человечески. Ни рогов, ни хвоста, ни адского пламени во взгляде. Но я ещё не ослеп, чтобы принять демона за человека. Повадки и манера речи определяли его безошибочно.
– О! – демон коротко приподнял бровь, не двигаясь с места. – А ты и правда кое-чему научился у Виссариона.
Я равнодушно глядел на него. После событий этого вечера мне хотелось чего угодно – убраться отсюда, отдохнуть, поискать новую информацию – но только не болтать с демонами на кладбище, рядом с трупами убитых мной мудаков. Я перехватил монтировку:
– Ближе к делу.
Демоны делятся на два типа – те, кто пытается тебя убить, и те, кто пытается тебя уболтать. Этот тянет на второй. Скорее всего, он чей-нибудь посланник. Хотя до конца расслабляться не стоит – иногда первый тип очень умело маскируется.