"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Иди в Преисподнюю! — выплюнул Гхро. — Если ты это узнаешь, то не от…
Фразу закончить он не успел — третий удар окончательно добил его, и, после того, как остатки Феникса прогрохотали по асфальту и замерли, на улице наконец повисла тишина.
  
Глава 18 — Амбиции
 
Тяжело дыша, Олег глядел на кучу камня, в которую распался Гхро. Дыхание у него перехватило не от усталости — управляя зомби, он практически не запыхался — а от осознания того, что этот тип больше ничего и никому не скажет.
Впрочем — он бы и так не сказал. Гхро, насколько Олег успел его узнать, был принципиальным и прямым, и видя врага — он бы атаковал его, а не вёл бы с ним разговоры.
Но, с другой стороны… его же как-то уговорили пойти сюда. «Я делал это не ради себя», «свобода не даётся за просто так»… Нет, за этим явно что-то кроется. Кто-то и что-то пообещал каменным великанам в обмен на их самопожертвование.
«Нужно будет наведаться в Чёрную Цитадель снова», — определился Олег. — «Как думаешь, «Свершение» в курсе, что я умею говорить с монстрами?»
[Ну, теперь-то в курсе,] — здраво заметил Влад. — [Ты говорил с Гхро при всех.]
«Брось. В разгар боя мало ли кто что кричал?»
[Я так не думаю. Эти ребята явно умны и наблюдательны — даже если конкретно исполнители не задумывались о слежке, то уж руководитель точно отдал такой приказ — следить за тобой всякий раз, когда ты оказываешься рядом.]
Звучало это логично. И, кстати, о руководителях… Пока Искатели со звуковыми ружьями проверяли, не остался ли недобит один из монстров, Щергальский — всё в том же боевом костюме, всегда готовый и к драке, и к переговорам — снова появился рядом. Он перепрыгивал с обломка асфальта на обломок, пока. наконец, не приблизился к Олегу.
— Да, дорога пострадала в этой битве больше всех, — поморщился он. — И ведь нам придётся как-то латать её… В любом случае, спасибо за помощь.
— Не за что, — коротко кивнул Олег. — Скажите честно — это ведь вы устроили? Чтобы продемонстрировать мне свои технические возможности?
— Едва ли вы поверите на слово, но — нет, — тонко улыбнулся Щергальский.
— Поверить действительно сложно, — согласился Олег.
— Вот и я так же думаю. Вы не поверите мне сейчас, возможно, пойдёте проверять информацию — уж не знаю, по каким каналам, но я знаю, что ваши возможности велики. Просто… когда убедитесь в том, что я не лгал вам — запомните это.
Олег помотал головой.
— Сейчас это всё равно невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Давайте о другом. Нас прервали в госпитале, когда вы говорили о ваших целях. Так?
— Так, — согласился Щергальский. — Вы видели их. Троих раненных. Двое уже близки к исцелению — всё благодаря силе, благодаря тому, что им повезло Пробудиться. Третий, пускай он даже Рукотворный и сильнее обычного человека — всё ещё в критическом состоянии. Выжить выживет, а там… всё зависит от того, сможет ли он получить помощь по-настоящему сильного целителя. Сможет — вернётся в строй, нет — останется инвалидом на долгие годы вперёд.
— Вы намекаете на мои способности к Пробуждению людей? — Олег хмуро поглядел на Щергальского. — Давайте-ка начистоту, вот что. Что именно входит в цели «Свершения»? Откуда вообще взялось это название — что вы хотите свершить?
— Всё верно, — Щергальский перепрыгнул через широкую трещину на асфальте спокойно пошёл вдоль улицы, и Олег был вынужден последовать за ним. Попытка перехватить инициативу, заставить собеседника быть на вторых ролях на психологическом уровне?
— Что верно?
— Наша цель… в создании большего количества Искателей, — кивнул Щергальский. — Не просто армия или силовая структура, нет: новое общество, где Искатели будут не меньшинством, а большинством.
— А почему сразу не сто процентов населения? — удивился Олег; удивился он не столько самой эпичности и комиксовости идеи, сколько тому, как легко и непринуждённо Щергальский её изложил. — Знаете, многие давно говорят о таком…
— Многие говорят, а мы делаем, — кивнул Искатель, приближаясь всё к тому же госпиталю — за время боя Олег изрядно от него отдалился. — Нет, сто процентов — это опасно. Есть те, кому нельзя давать в руки такую силу, наверняка найдутся те, кто просто не захочет… но вот большинство — да.
 
Он взмахнул руками.
— Просто вникните. Это не мечты о силе, не мечты о могуществе. Это… мысль о равенстве. Сейчас наше общество расслоено на Искателей и не-Искателей. Когда Искателями будут все, кроме преступников и тех, кто добровольно отказался от этого…
— …общество будет делиться по Рангам, уровням и Классам, — закончил Олег. — Простите, может, я слишком скептичен, но расслоение ведь никуда не денется.
— Может, и нет, — не стал спорить Щергальский. — Во всяком случае, не сразу. Но всему своё время! И потом, равенство — лишь одна из целей. Другая, даже более важная — защищённость и безопасность. Мир, где раны исцеляются быстро и надёжно — не лекарствами, даже не магией дорогостоящих Целителей, доступной лишь клановым и богатым, а просто внутренним ресурсом человека.
Он остановился перед дверью госпиталя; стоящие тут солдаты по-прежнему не шевелились, не реагируя ни на них, ни на своих же коллег, которые сновали туда-сюда. Кажется, госпиталь был слегка повреждён — то ли один из колоссов врезался в его стену, то ли ударил её, но стена была проломлена, и оттуда сейчас выносили людей на носилках.
— Даже нынешняя ситуация! — продолжал разглагольствовать Щергальский. — Монстры, паутинные зомби, Искатели из разных кланов и спецслужб… вы считали, сколько обычных людей погибло за это время? Они умерли — и умерли лишь потому, что не смогли защитить себя!
[У них амбициозные и масштабные планы,] — заговорил Влад, когда Щергальский сделал небольшую паузу. — [Но они многого не знают.]
«Чего, например?»
[Того, что будет, если Она пробудит большинство населения. Можно назвать эту ситуацию разными словами, но уж точно не «защищённостью» и «безопасностью».]
— Знаете, что? — Щергальский поглядел на Олега. — Вы… можете сделать нам небольшое одолжение? Совсем маленькое, оно вас ни к чему не обяжет, и даже если мы окажемся в итоге по разные стороны баррикад — оно не причинит вам вреда.
— И чего же вы хотите? — после таких слов Олег уже не ждал ничего хорошего.
— Тот парень, раненный, в госпитале, — кивнул Щергальский. — Пробудите его. Он быстрее исцелится, и вы сами увидите, насколько это… подтверждает нашу правоту. Всего один Пробуждённый.
— Я, конечно, могу, — Олег скрестил руки на груди. — Но он ведь Рукотворный. Вы уверены, что…
— Мы не знаем, — пожал плечами Щергальский. — Для этого и нужно попробовать. «В природе», так сказать, Рукотворные не пробуждаются. Но что, если мы добьёмся этого сами?
[О да,] — снова заговорил Влад. — [Результат будет… интересным.]
«Так мне не делать этого?»
[Почему же. Сделай. Только предупреди заранее, что за последствия не ручаешься и снимаешь с себя всю ответственность.]
«А?» — Олега такие слова совсем не радовали; было очевидно, что за ними скрывается что-то нехорошее. — «Может, не нужно?»
[Нужно, нужно. Они должны сами увидеть, что произойдёт в этом случае. Они должны понять твою уникальность и незаменимость.]
Приняв молчаливый диалог Олега с Владом за сомнения, Щергальский кивнул:
— Так что скажете?
— Я… — Олег помотал головой. — Наверное, можно попробовать. Только я не уверен в результате.
— Никто из нас не уверен, — кивнул Щергальский.
— Нет, я не в том смысле… — Олег пытался сформулировать сказанное ему только что Владом попонятнее. — Возможно… случится что-то нехорошее. Что, если он не переживёт этого?
— Да, может случиться всякое, — согласился Щергальский, заходя внутрь. — Но он один из нас. Мы добились огромных успехов на поприще боевой магии — но вы должны знать, всё это было бы невозможно без жертв. Тех жертв, на которые мы шли добровольно. Каждый в «Свершении» знает, что его жизнь может понадобиться ради прогресса — и согласен её отдать.