Отставникъ (СИ)

— Не на того нарвался, — хмыкнул я и нахмурился.
Воспоминания слишком реальны, чтобы считать их бредом больного воображения. Есть некие детали, которые могут быть известны только тому, кто лично там находился. Ощущения тоже живы, даже почувствовал чужую хватку пальцев на своем горле. Конечно, это явно фантомная память сработала, сейчас мне никто не угрожает. Но что же тогда со мной? Я действительно пехотный поручик? Или все же под наркозом такой выверт подсознания произошел? Судя по ощущениям, если это так, то он длится долго. С другой стороны, почему-то мне кажется, что это далеко не бред. Интуиция подводила редко, а со всякого рода странностями сталкивался не раз. Но чтобы самому угодить в такую историю даже представить не мог. И как в такой ситуации действовать? Органы чувств говорят одно, а мозг с этим соглашаться не желает. Ну, пока посмотрю, не исключено, что оказался в какой-то виртуальной игре, новые технологии чего только не предлагают. Правда, про путешествия во времени и переселении душ ходили только смутные теории. На практике ничего доказать никто не смог. Нет, мысли хаотично скачут, выводы противоположные и необходимо время, чтобы со всем разобраться. Знания и воспоминания поручика, что странно, у меня имеются, возможно, далеко не все, но всегда можно сослаться на контузию, а первое время и вовсе больше помалкивать.
  
— Пить, — попросил я, но голос вышел слишком тихим, хриплым и слабым. — Сестра, воды, — уже громче сказал и ощутил в горле спазм.
Анастасия, так в воспоминаниях звали мою сиделку, встрепенулась и посмотрела на меня. Мы встретились с девушкой взглядами и зрачки сестры милосердия расширились. Вот она подскочила, из графина налила в стакан воды, а потом смочила марлю и ко мне подошла.
— Господин поручик, напоить вас не могу, доктор такого разрешения не давал, но губы смочу, — сказала девушка и не дожидаясь моих возражений прижала влажную марлю к моему рту.
Пара капель живительной влаги попали в горло, но этого ничтожно мало.
— Вы помните, как вас зовут? — поинтересовалась сестра милосердия. — Если да, то один раз медленно прикройте глаза, если нет, то два раза моргните.
С учетом того, что рот она мне продолжает затыкать, то других вариантов нет.
— Ага, значит память не потеряли! — обрадовалась Анастасия.
Быстро два раз моргнул, а потом медленно глаза прикрыл.
— Не поняла, это как? — озадачилась девушка.
Как-как! Таком через так! Очень хотелось ей ответить, да воспитание не позволит, не говоря уже о тряпке на губах! Еще и мочевой пузырь оказался на грани разрыва. Неужели какие-то две капельки влаги его переполнили? А как же обезвоживание?
— Потерпите, скоро утро, придет Аристарх Георгиевич, вас осмотрит и назначит лекарства, — ласково произнесла Анастасия и наконец убрала марлю с моих губ. — Еще смочить?
— Нет, утку дай, — выдавил из себя.
— Конечно-конечно, сейчас, потерпите чуток, — засуетилась девушка.
Понимаю, волнуется, что обмочусь или обгажусь и тогда ей придется менять постель и меня мыть. Удивительно, но мне стало дико неудобно, когда молоденькая сестра милосердия принялась под меня судно подсовывать и еще умудряясь что-то ласковое говорить. Даже комплимент отвесила, что мужская гордость о-го-го и кому-то точно повезет. Кстати, эту самую гордость, я вдруг ощутил, когда пальчики Анастасии к ней прикоснулись. Вот же умора, пальцем пошевелить не могу, только глазами хлопаю, да рот открываю, а все туда же.
— Михаил Юрьевич, а вы оказывается тот еще охальник, — задумчиво произнесла девушка. — И как прикажете в такой ситуации действовать? Угомонитесь, вам силы беречь надо, исхудали-то как, смотреть больно, — она покачала головой.
С трудом, но облегчиться удалось и даже не придется менять постель, что большое достижение. Правда, заслуга в этом моей сиделки, сумела меня, точнее, наглый орган, пристыдить. Нет, он вновь вскоре на девушку среагировал, когда та утку вытаскивала, и мои конечности поправляла. Впрочем, это все хорошие новости. Руки-ноги почувствовал, вернее, мышцы ощутил, которые дико заболели. Следовательно, паралич мне не грозит, но восстановление окажется непростым. А с учетом того, что тело явно не мое, то еще предстоит им научиться управлять. Еще меня и в сон потянуло, силы куда-то улетучились, а Анастасия чуть слышным голосом вещает, какой я герой, аж сам генерал армии ко мне приходил и наградил орденом.
— Уверена, про вас и в газетах напишут, — сказала девушка и предложила: — Вы глаза-то прикройте, отдохните.
Послушался, еще и потому, что вновь стал анализировать свое состояние и пытаясь разобраться в происходящем. Боль в мышцах говорит о том, что это не сон и не бред, а самая настоящая реальность. Если же верить воспоминаниям, то сейчас 1915 год, Россия воюет на стороне Антанты и впереди смутное время. И все бы ничего, но есть отличия от тех исторических событий, о которых знаю и их немало. Сестра милосердия обмолвилась, что сейчас конец лета, а находимся мы в Галиции, непосредственно во Львове. А если это так, и, по словам Анастасии, наши войска с тяжелыми боями, но противника громят, то что-то не то. А как же известный Горлицкий прорыв? О нем тут не слышали, при этом ранения я получил именно в тех местах. Как во Львове оказался? Об этом понятия не имею, но, похоже, что награду получил не просто так. Кто-то сумел проанализировать события, которые могли наступить, не столкнись я с избранными. Допускаю, что спутал все карты и при этом повлиял на ход событий. Но тогда получается, что те исторические факты, которые учил в школе и интересовался, будучи взрослым, не имеют ничего общего с этим местом. Как такое возможно? Параллельный мир или оказался в прошлом, где события пошли немного по другому сценарию? В любом случае, все это из области фантастики, как и путешествия во времени. Так как если кто-то и оказался в прошлом, то на события будущего он однозначно повлияет и его изменит. Ну, если только не наследит и ничего не сделает. Но тогда это маловероятно, если только он не оказался на охоте, да и то, мог убить того же медведя, лося или зайца. Зверь мог кого-то сожрать или самому стать пропитанием. В общем, малейшая мелочь, измененная из вне, способна запустить цепную реакцию и повлиять на события. Но это в теории, на практике такое доказать невозможно. Незаметно погрузился в сон, а разбудил меня доктор, который щупал пульс.
— Аристарх Георгиевич Ботвинов, доктор, к вашим услугам, — представился он мне, доставая из кармана слуховую трубку: — Ну-с, как себя чувствуете, на что жалуетесь?
Его цепкий и внимательный взгляд мне не очень-то понравился. Так следователи на подозреваемых смотрят.
— Голова гудит, все как в тумане вспоминаю, какими-то обрывками, с трудом понимаю, где нахожусь, — медленно произнес я, а потом добавил: — Еще и тело не слушается, голову от подушки оторвать не получается.
— Голубчик вы мой, так это же замечательно! — потер ладони доктор. — Вам несказанно повезло, что выжить смогли и не лишиться разума. Кстати, как вас зовут? Какой сейчас год? Откуда вы родом?
— Михаилом нарекли, — без промедления ответил я.
— А дальше? — господин Ботвинов, кто бы сомневался, снял пенсне и стал протирать стекла.
— Одна тысяча девятьсот пятнадцатый, но месяц сказать не готов, похоже, долго на больничной койке валяюсь. Родом из-под Ярославля, у батюшки там имение. В четырнадцатом году закончил военное училище и мне присвоили звание поручика. Почти сразу отправился на фронт.
Доктор встал, прошелся по крохотной палате, в которой не ощущаю присутствия сестры милосердия. Похоже, Аристарх Георгиевич куда-то девушку отослал, чтобы она лишнего не услышала.
  
— Михаил Юрьевич, позволю дать вам один совет, — вернулся ко мне доктор и встал напротив. — Вы человек разумный, чудом уцелели и, возможно, — он поднял вверх указательный палец, — повторюсь, возможно, что-то приобрели. Так вот-с, на эти способности, если они, конечно, есть, найдутся желающие. Особенно пока вы не окрепли и на ноги не встали. Понимаете, о чем толкую?