Отставникъ (СИ)

— Мои вещи? Откуда? — удивился я и не скрыл радости. — Неужели кто-то из сослуживцев озаботился?
— Насколько знаю, их принесли, чтобы в случае твоей смерти мы ими распорядились и занялись отправкой родным, — хмыкнула Настя и пояснила: — Сами не захотели этим заниматься.
— Понял, — кивнул ей. — Хорошо, что не успели отправить.
— Как можно, — покачала головой девушка, — на тот момент вы числились среди живых.
  
Действительно, числился и никак иначе, хотя никто не верил, что поручик оклемается, да еще так быстро. Вслух этого говорить не стал. Я восстановился и полон сил начать новую жизнь, которая обещает быть насыщенной и интересной. А как иначе? Мне очень интересно своими глазами посмотреть на этот мир, а не довольствоваться воспоминаниями. А еще рядом красивая спутница, которых, уверен, будет еще немало!
  
Глава 4. ЗНАКОМСТВО С ГОРОДОМ
 
Мы с Настей посетили господина Ботвинова. Доктор не удивился моему молниеносному восстановлению. Но кое-какие наставления и предупреждения дал, в том числе и велел моей помощнице, так он Анастасию назвал, следить в оба за состоянием здоровья подопечного.
— Госпожа Исаева, вы опытная сестра милосердия и на вас очень рассчитываю, — заявил Ботвинов. — Надеюсь, сумеете понять, когда следует дать нюхательные соли или сделать кровопускание господину поручику.
— Это еще зачем? — насторожился я, но мой вопрос остался без ответа, а доктор продолжил:
— Не жалейте и слабительного, если потребует того ситуация. А от употребления водки пытайтесь Михаила Юрьевича отговаривать. Как и от любых длительных физических нагрузок. Вы меня поняли? — он снял пенсне и строго на девушку посмотрел, напрочь меня игнорируя.
— Не извольте беспокоиться, все сделаю в лучшем виде, — заверила его уже бывшая старшая сестра милосердия.
Хотя, нет, она еще числится на работе в госпитале.
— Вы бы еще про клизму сказали! — вырвалось у меня.
— И как я об этом забыл⁈ — сокрушенно покачал головой доктор. — Анастасия, голубушка, имейте и ее на вооружении. В некоторых случаях такая процедура незаменима! — он поднял палец вверх.
— Обязательно, Аристарх Георгиевич, — сдерживая улыбку, закивала моя спутница.
И смех и грех и не поймешь, серьезно они или шутить изволят! Думаю, решили надо мой поиздеваться.
— Кое-какие порошочки вам с собой дам, пилюли успокоительные, — перешел на деловой тон Ботвинов. — Да, еще одно, Михаил Юрьевич, не сочтите за бестактность, но вы свою награду старайтесь не афишировать без лишней на то надобности. Очень уж она приметная. Понимаете, о чем говорю?
— Догадался, не дурак, — кивнул я и уточнил: — Есть к этому предпосылки?
— Кое-какие слухи не более того, ничего конкретного, — пожал плечами доктор. — Так значит готовлю бумаги о вашей выписке? — задал он мне вопрос.
— Да, — коротко подтвердил я.
— С теми, которые не позволят вам продолжить службу в армии и которые вы уже подписали? — задал еще один вопрос Аристарх Георгиевич.
— Все верно, — согласился с его словами.
— Отлично, тогда, к вечеру, все оформлю. Вам останется предоставить документы командованию, а уладив все вопросы окажитесь вольным человеком, — сказал Ботвинов, а потом добавил: — Надеюсь, о госпоже Исаевой вы тоже проявите заботу.
— Не извольте беспокоиться, Анастасию Николаевну в обиду не дам и помогу ей, чем смогу, — заверил доктора и намекнул ему: — Надеюсь, мы с вами еще побеседуем, и кое-что обсудим.
— Всегда буду рад помочь, — улыбнулся тот и посмотрел на мою спутницу: — Не забыли передать господину поручику его паспортную книжку?
— Ой, совсем из головы вылетело! — воскликнула Настя и вытащила из кармана передника мой документ, удостоверяющий личность офицера.
Взял у девушки книжицу и пролистнул несколько страниц. В отличии от гражданского паспорта тут еще нет фотографии. При предъявлении этого документа, особенно вместе с офицерским патентом устанавливалась личность. В моем мире и в голову бы никому не пришло считай верить на слово, а тут это в порядке вещей. Удивительно, что аферисты такой лазейкой не спешат воспользоваться. Ничего же не мешает заявиться в банк и взять тот же кредит! Правда, чтобы его получить необходимо заложить какое-то имущество. Но и там бумаги легко подделать, если знать, что кому принадлежит. Предъявить же необеспеченный вексель уже проблемно, по сути, это долговая расписка и если у выдавшего ее нет в банке денег, то такая бумага ничего не стоила. В общем, банковскую систему не так-то просто обмануть, если не мыслить масштабно и не подкупать необходимых чиновников. Могу на раз выложить пять, а то и десять схем практически идеального мошенничества! Вот только не собираюсь до такого опускаться.
Покинув кабинет Аристарха Георгиевича, мы с девушкой отправились за вещами и мне их выдали. Мало того что получил внушительного размера чемодан, саквояж, вещмешок так еще к ним в придачу саблю, шинель и… седло со сбруей.
— А коня вам не приводили? — задал вопрос пожилой кастелянше, которая, пыхтя свалила вещи у моих ног.
— Нет, чего не было, того не было, — покачала головой та и потребовала: — Ваше благородие, распишитесь, — подсунула какую-то толстенную книгу и указала, где автографы поставить.
С дуру, не иначе, расписался! И только потом сообразил, что седло-то брать не следовало. Просил его на хранение обратно взять, но кастелянша ни в какую не согласилась. Пожаловалась, что оно много места занимает и очень рада, что избавилась. Пришлось его в палату тащить, как и чемодан. Настя же взяла все остальное. Короткая ревизия показала, что все основные вещи в целости. Правда, большая их часть мне даром не нужна, но пока выкидывать не стал. Переоделся в армейскую форму, документы в нагрудный карман положил, в кобуру револьвер, засапожный нож за голенище сапога, двести пятьдесят рубликов ассигнациями в портмоне. В общем, к прогулке готов. Оставаться в госпитале не собираюсь, пора и честь знать.
— Михаил Юрьевич, куда задумали сходить? — поинтересовалась Анастасия, когда мы покинули территорию госпиталя. — Подозреваю, что у вас есть какой-то план, — она лукаво на меня посмотрела.
— Верно, — не стал отнекиваться я. — Боюсь, во Львове придется на пару дней задержаться, пока не утрясу вопросы с военным ведомством. Поэтому, надо бы снять квартиру, находиться в госпитале осточертело. Как насчет того, чтобы меня у себя приютить?
Моя спутница в изумлении на меня уставилась, такого она никак не ожидала.
— Настя, тебе же велено за мной ухаживать, даже неотложные процедуры доктор указал, какие провести, если мне станет плохо.
— Михаил Юрьевич, вы намекаете на клизму? — сдерживая улыбку, задала вопрос та.
— Чур меня! — отмахнулся я. — Нет, такого не допущу! Но проследить за тем, чтобы вовремя принимал выписанные пилюли должна ты и никто другой. И не бойся, пальцем тебя не трону, если сама того не пожелаешь.
— Задумали совратить? Неужели считаете наивной сестру милосердия, которая ухаживала за ранеными и чего только не наслушалась и не видела? — недоверчиво хмыкнула девушка.
— Почему бы и нет, — спокойно пожал плечами. — Мы люди взрослые, собой не дурны, а физиология своего требует. Ты же медицинский работник и знаешь это лучше меня.
Девушка растерялась и задумалась, я же осматриваюсь по сторонам и вижу привычную картину, которая отложилась в памяти. Неспешно проезжают пролетки, по тротуару идут горожане. Лоточники всех мастей наперебой пытаются сбыть товар. Кто-то предлагает пирожки, другие сигареты и какие-то безделушки. Несколько подростков рекламируют газеты и пытаются их всучить прохожим. На перекрестке прогуливается городовой, выполняющий функции регулировщика. Вот проехал грузовик, а следом за ним легковой автомобиль. Движение не оживленное, про пробки тут еще не слышали и правила дорожного движения условные. Удостоверения на право управление автомобилем уже выдают и даже принимают экзамены на знание ПДД. У меня такой бумаги нет, как и за рулем в этом мире еще не сидел, но не думаю, что с управлением машиной не справлюсь.