Последний вздох. Гепталогия (СИ)

– Приказ понял, выполняю.
Андрей и Лея не суетились, они были уверены в победе, вот только одержать ее надо красиво. Возможно, от недостатка опыта житейского, эту битву они воспринимали, как компьютерную игру.
– Лея, берешь под свое начало десять кораблей и дистанционно активируешь установки через десять секунд после моего выстрела.
– Поняла, маркеры звездолетов вижу. Андрей, подлетное время четыреста секунд.
  
– Пора.
Установки «ПОСЛЕДНИЙ ВЗДОХ» уже вышли на рабочий режим. Андрей, еще раз проверив все данные целеуказания, сделал массированный залп. Невидимый вал искривления пространства понесся навстречу боеголовкам. Прошло десять секунд, Лея дала второй залп десятью кораблями. Через десять секунд перезарядились корабли Андрея и дали третий залп. Всего дали пять залпов и отсчитывали последние мгновения до столкновения. Интересно, что залп из установки должен был во что-нибудь попасть, если нет, то будет лететь до тех пор, пока не найдет свою случайную жертву, после чего прекратит свое существование. Была опасность, что залпы, уничтожив звездолеты, уйдут в пространство, но выбора не было.
Адмирал Дорохов неотрывно следил за специальной компьютерной симуляцией битвы. Наступала кульминация, до цели оставалось сто секунд, и то, что он увидел, дальше повергло его в шок. Звездолёты на орбите планеты Лагуна не сделали ни одного выстрела, не поменяли позиций, разве что чуть перегруппировались, Дорохов их даже в расчет не брал, более того, он был совершенно уверен, что хватит одного массированного залпа, поэтому ко второму – боевые расчеты даже не готовились, посчитав свою часть работы выполненной. А ситуация резко поменялась, вал ракет и торпед вдруг просто исчез с визоров и сканеров, как будто их не было. С такого расстояния системы не могли транслировать, что происходит, просто исчезали метки боеголовок – и все, больше ничего.
Дорохов очнулся, не веря в увиденное. То же самое происходило по всему флоту, пока не паника, а только смятение от исчезновения такого количества боеголовок.
– Огонь! – заорал он вне себя. Залп сотряс флагман и адмирал, не доверяя визорам, впился в окуляры специальных устройств, максимально приближающих объект. Впереди ничего не было, но через десять секунд пространство прошили статические разряды, ткань вакуума порвалась, как тряпка, а потом сомкнулась, поглотив ракеты.
«Невероятно», – подумал он, но удивляться времени не было, существование флота повисло на волоске.
– Огонь! По готовности произвести следующий залп.
Флагман сделал еще один залп, его поглотило совсем близко от корабля. Адмирал понял: это конец, но так и не понял, где он просчитался? Может быть, тогда, когда начал выполнять грязную работу?
Пространство исказилось, вакуум взбесился, закрутился вихрем, ломая звездолет, как картонку, а потом втянулся и исчез, капитаны звездолетов флота молчаливо наблюдали за гибелью флагмана, понимая, что они на очереди. И не ошиблись, корабли один за другим перемалывались неизвестной силой. Буйство энергии закончилось, космическое пространство успокоилось, лишь иногда слегка вздрагивая, ни одного обломка, вокруг девственная чистота, ничего не напоминало о разыгравшейся здесь трагедии. Но через некоторое время прокатилась еще одна волна чудовищной энергии и ушла дальше в пространство.
– Победа, безоговорочная победа! Понабилось четыре залпа, мы сделали пять. Пятый ушел в пространство.
Дачаев не верил своим ушам:
– Победа?!
– Да, наша победа, господин президент, наша. Флот уничтожен полностью.
До Дачаева наконец дошло, случилось невероятное: они разгромили боевой флот межгалактического союза, а это уже серьезно.
– Спасибо, адмирал, поздравляю вас с победой, теперь мы сможем построить новое общество, независимое от союза.
– Конечно, только вот ничего еще не закончено. Мы выиграли сражение, но не битву. Будут и другие флоты, нам нужно подумать о будущем. Пока мы выиграли только время, – встрял в беседу высших должностных лиц государства Светлов. Дачаева несколько покоробила такая вольность, адмирал напротив отнесся к замечанию с пониманием.
– Вы правы, майор, все только начинается, мы сделали первый шаг, и думаю, скоро услышим отзвуки победы.
Адмирал Мар оказался прав, за битвой внимательно наблюдал капитана дредноута Нишикори. Его никто не предупреждал о нападении на планету. О приближении кораблей доложил тактик боевой части. Вначале Нишикори не знал, что делать, но как только корабли материализовались в обычном пространстве, произошел автоматический обмен паролями свой-чужой, и все стало понятно. Прибыло наказание зарвавшимся бунтовщикам, помимо воли он сочувствовал им и удивлялся количеству присланных кораблей. Целый флот, с марша сделал залп по планете. Такой залп разнес бы не то что планету Лагуна, а еще с десяток планет побольше. Нишикори с содроганием наблюдал, как вал боеголовок приближался к планете, и одновременно ждал ответных действий со стороны защитников. Он знал, как они ответят на это, и не ошибся. Сначала был поглощен первый залп, потом второй, третий, ну а четвертый уничтожил боевой флот союза до последнего корабля. Тяжело опустившись в капитанское кресло, с благодарностью подумал о защитниках планеты, которые оставили ему корабль и жизнь. Ожила связь, капитана вызывали с планеты. Он тут же откликнулся:
– Капитан Нишикори, говорит адмирал Мар – министр обороны планеты Лагуна.
– Адмирал, слушаю вас.
– Капитан, вы здравомыслящий человек и, вероятно, наблюдали за битвой.
– Так точно, поздравляю вас с победой!
– Не юродствуйте, капитан, не юродствуйте, какая победа, вы же видели: флоту нечего было противопоставить нашему оружию, но и у нас, капитан, выбора не было. На кону жизнь или смерть, мы выбрали жизнь.
– Чего вы от меня хотите, адмирал?
– Доложите своему командованию о том, что видели и можете быть свободны, мы не будем стрелять по вашему кораблю, мы вас отпускаем.
– Звучит как-то унизительно.
– Если хотите геройски погибнуть, сделайте залп по планете и разделите судьбу флота вторжения союза, – спокойно ответил Мар.
– Пожалуй, я бы назвал его карательным флотом, мне не нравится, что таким способом уничтожают планету с жителями. Я свяжусь с руководством союза и сообщу о судьбе флота, после поговорю с вами, если разрешите.
– Я к вашим услугам капитан Нишикори.
«Толковый капитан, – подумал Мар, – вот такого заполучить бы в союзники».
Нишикори задействовал дальсвязь, на удивление она работала без проблем, учитывая, что напрямую получил приказ от маршала Свела, ему и решил доложить результаты сражения у планеты Лагуна.
Маршал чувствовал, что кресло под ним не качается, а разлетается к чертям, но остановить запущенную военную машину уже не мог, чувство вины не покидало его. Он понимал, что обрек на гибель людей и адмирала, которых знал лично и только как образцовых офицеров, но что поделаешь, приходилось жертвовать планетой ради будущей стабильности межгалактического союза. Соо его больше не вызывал и не связывался, это говорило о том, что он ждет только положительного решения вопроса, любой другой расклад его не устраивал. Несколько раз он порывался связаться и поговорить с адмиралом Маром. Но останавливала мысль: а что он может ему сказать? Кроме того, что сказано и предложено, больше ничего. Внутри зрела протестная волна против политики союза, которая делала его главным палачом. Вошел офицер связи и доложил, что с ним хочет поговорить капитан дредноута Нишикори, который в настоящее время находится у планеты Лагуна.
  
– Давайте связь.
Капитан Нишикори говорил взволнованно, такая взволнованность не присуща ему, значит, произошло что-то из ряда вон выходящее.
– Маршал, докладываю. Обстановка следующая: как я уже докладывал раньше, наша атака на планету Лагуна была отбита. Руководство планеты поставило ультиматум, либо дредноут ложится в дрейф, либо нас просто уничтожат. Я принял решение лечь в дрейф.