Хоббит, или Туда и обратно (перевод Зинаиды Бобырь)

– Приходи ко мне, – добавил он, – отведать нового вина, которое только что привезли. Мне придется много поработать нынче ночью, чтобы освободить подвалы от пустых бочек; так что давай сначала выпьем, тогда и работать будет легче.
– Ладно! – засмеялся начальник стражи. – Я отведаю его с тобой и посмотрю, годится ли оно для королевского стола: Наверху нынче будет пир, и не годится посылать им туда что-нибудь второсортное.
Услышав это, Бильбо весь затрепетал, так как увидел, что удача не покинула его и что у него будет случай выполнить свой план немедленно. Он последовал за обоими Эльфами; а они вошли в небольшую каморку и сели за стол, на котором стояли две больших кружки. Они стали пить, а потом весело смеяться. Бильбо увидел, что ему необычайно везет. Нужно крепкое вино, чтобы затуманить голову Лесному Эльфу; но это вино было, по-видимому, лучшим даром знаменитых виноградников Дорвиниона, предназначенным не для воинов и слуг, а только для самого короля, и пить его надлежало из маленьких кубков, а не из таких больших кружек.
Очень скоро начальник стражи начал клевать носом, потом положил голову на стол и крепко уснул. Управитель еще продолжал некоторое время бормотать что-то и смеяться, не замечая ничего, но потом голова у него тоже склонилась на стол, он уснул и захрапел рядом со своим другом. Тогда Хоббит подкрался к нему. Очень скоро начальник стражи лишился своих ключей, а Бильбо со всех ног мчался по проходам. Большая связка казалась ему очень тяжелой, и сердце у него часто замирало, несмотря на кольцо, так как ключи у него время от времени звякали.
Прежде всего он открыл дверь Балина и тотчас же запер ее снова, как только Карлик вышел. Балин был чрезвычайно изумлен, как вы сами понимаете: но как бы он ни был рад выйти из своей тесной каменной кельи, ему захотелось остановить Бильбо и расспросить о том, что он собирается делать дальше.
– Некогда! – сказал Хоббит. – Идите за мной. Мы должны держаться все вместе и не разбиваться. Мы должны уйти все или никто, и это наша последняя возможность. Если нас обнаружат, то неизвестно, куда вас тогда отправит король, сковав по рукам и ногам. Будьте же умницей, не спорьте!
Затем он пошел от двери к двери, пока в его свите не оказались все двенадцать Карликов; но никто из них не был слишком резвым, – кто от темноты, кто от долгого заключения. Сердце у Бильбо падало всякий раз, когда они сталкивались между собою или начинали ворчать и шептаться в темноте, и про себя бранил их за неуклюжесть. Но все шло благополучно, и они никого не встретили. Дело в том, что во дворце наверху шел большой осенний пир, и почти весь народ Лесного короля веселился.
Наконец, они пришли к темнице Торина, глубоко внизу и, к счастью, недалеко от погребов.
– Клянусь честью! – произнес Торин, когда Бильбо шепнул ему, что он может выйти и присоединиться к друзьям. – Гандальф был прав, как всегда! Кажется, вы сможете стать замечательным вором, когда придет время. Я уверен, что мы навсегда останемся вашими слугами, что бы ни случилось теперь. Но каковы ваши дальнейшие планы?
Бильбо увидел, что настал момент объяснить свой план, насколько это возможно; однако, он не был уверен в том, как отнесутся к нему Карлики. И его страхи оправдались, так как им этот план ничуть не понравился, и они громко запротестовали, несмотря на опасность.
– Мы все будем в синяках и разбиты вдребезги, и утонем наверняка! – говорили они. – Мы думали – у вас есть какая-нибудь разумная мысль, раз уж вы сумели завладеть ключами. Но ваша идея – безумие!
– Хорошо! – произнес Бильбо, очень обескураженный, но и начиная сердиться. – Ступайте тогда обратно в свои славные маленькие камеры, и я опять запру вас, и вы сможете уютно сидеть там, пока не придумаете чего-нибудь получше; но мне едва ли удастся снова раздобыть ключи, даже если бы захотелось попытаться.
Этого было для них слишком много, и они притихли. В конце концов им пришлось согласиться на то, что предложил им Бильбо, так как явно невозможно было найти выход в верхние залы или пробиться в ворота, запертые чарами; и, конечно, не стоило мешкать в проходах, пока их не поймают снова. Поэтому они спустились вслед за Хоббитом в самый нижний подвал и прошли мимо двери, в которую были видны блаженно храпящие и улыбающиеся во сне дворцовый управитель и начальник стражи. Вино из Дорвиниона дает глубокий сон и приятные видения. На следующий день на этих лицах должно появиться совсем другое выражение, несмотря даже на то, что Бильбо снова подкрался к спящим и, по своей доброте, снова привесил ключи к поясу, с которого взял их.
 
– Это отчасти спасет его от будущих неприятностей, – сказал себе Хоббит. – Он был неплохой малый и не обижал узников. Но это же и озадачит их всех! Они подумают, что у нас было какое-то могучее волшебство, если мы смогли пройти сквозь все эти запертые двери и исчезнуть. Исчезнуть! Мы должны поторопиться, если хотим, чтобы так и было.
Балину велели следить за управителем и начальником стражи и дать знать, если они зашевелятся. Остальные вошли в соседнее отделение подвала, где были дверцы. Медлить было нельзя. Бильбо знал, что вскоре должны прийти слуги, чтобы помочь управителю сбросить пустые бочонки в поток. Действительно, бочонки уже стояли здесь рядами, ожидая, чтобы их сбросили. Некоторые были винными, и от них было мало пользы, так как у них трудно было бы вынуть днища без шума, трудно и запечатать снова. Но было также немало таких, в которых доставлялись другие припасы, – масло, яблоки и все прочее, предназначенное для королевского стола.
Они быстро отыскали тринадцать таких, в каждом из которых могло бы поместиться по Карлику. Некоторые были даже слишком просторными, и, забравшись в них, Карлики с тревогой думали о будущей тряске и толчках, хотя Бильбо постарался, сколько мог, и раздобыл соломы и других материалов, чтобы упаковать их получше. Торин причинил много хлопот, возился и вертелся в своем бочонке, и ворчал, словно большой пес в маленькой конуре; а Балин, пришедший последним, расшумелся из-за отверстий для воздуха и уверял, что задыхается, хотя еще не был закрыт крышкой. Бильбо поспешил заткнуть все щели в стенках, закрепить получше все крышки на бочонках, и остался теперь один, перебегая от одного бочонка к другому, чтобы окончательно подготовить их, отчаянно надеясь, что его план удастся.
Все было сделано как раз вовремя. Через пару минут после того, как была закрыта последняя крышка, он услышал голоса и увидел свет факелов. Толпою вошли Эльфы, смеясь, болтая и распевая обрывки песен. Они покинули веселую пирушку в одном из залов наверху и стремились поскорее вернуться к ней.
– Где старик Талион, управитель? – спросил один из них. – Я не видел его за столом нынче вечером. Он должен был бы быть здесь и указать нам, что делать.
– Досадно будет, если старый увалень опоздает, – сказал другой. – Мне совсем не хочется терять время здесь, пока наверху так весело.
– Ха-ха-ха! – засмеялся третий. – Вот он, злодей, утонул в кружке! У него была своя собственная пирушка, вместе с приятелем-капитаном!
– Трясите его! Будите его! – закричали нетерпеливо остальные.
Талиону совсем не понравилось, что его трясут и будят, а еще меньше – что над ним смеются. – Все вы опоздали, – проворчал он. – Я все ждал пока вы пили и веселились и забывали о своих делах. Неудивительно, что я уснул от усталости.
– Неудивительно, – возразили они, смеясь, – потому что объяснение совсем близко, в этой кружке. Ну-ка, дай нам отведать твоего сонного напитка, пока мы здесь!
Твоего друга будить не нужно: он, кажется, уже получил свою долю.
Тут они выпили вкруговую и сразу же очень развеселились. Но все же вино не вполне затуманило им головы. – Помоги нам, Талион! – крикнули некоторые. – Ты начал пировать раньше нас и немножко свихнулся. Если судить по весу, то ты приготовил здесь полные бочонки вместо пустых!
– Принимайтесь за работу! – ворчливо ответил управитель. – Не рукам ленивого гуляки определять тяжесть. Сбросить нужно вот эти бочонки и никакие другие. Делайте, как я сказал!