Скорми его сердце лесу

– Спасибо тебе, Амэя. Я никогда этого не забуду. Спасибо тебе за дружбу.
– Госпожа Соль…
Наша кровь, смешиваясь, стекала в бутылочку, пачкая горлышко алым. Потом госпожа Сато закрыла глаза, и под ее силой кровь зашипела и вспыхнула, а зелье в склянке засияло ровным голубым светом.
– Сделайте по два глотка.
Я протянула руку. Бутылочка оказалась горячей. Я прижала горлышко к губам, чувствуя пузырьки на языке. Как забродивший сок… Как бы я ни хотела, я не смогла бы описать вкус этого зелья. Я словно пила шум моря, ветер в древесных кронах и грохот водопада. На языке остался привкус неизведанных цветов и сладость их нектара. Я передала бутылку Амэе, и та тоже сделала глоток. Голубое сияние скользнуло по ее гортани, охватило грудь. Вытянув перед собой ладонь, я видела пробегающие по ней мурашки. Во всем теле стало щекотно, потом больно, я зажмурилась, скрутилась, застонала, а когда снова посмотрела на свои руки – они были уже не мои.
Рядом со мной стояла девушка невысокого роста. Ее густые черные волосы были высоко собраны, белая кожа испачкана сажей – весь день Амэя прислуживала в бане. На меня изумленно посмотрели яркие голубые глаза. Бледные тонкие губы раскрылись в удивлении. Это была я. Соль.
– Госпожа, – прошептала она моим голосом.
– Сработало, – с облегчением выдохнула госпожа Сато и развернула меня к себе. На ее лбу блестели крупные бисеринки пота. – А теперь тебе надо бежать. Очень быстро. Не знаю… сколько я продержусь. Беги на запад. Смотри на закат и иди! Ничего не бойся. Благодаря магии духи будут считать тебя ханъё. Может, ты сможешь их видеть, но не бойся. Просто иди на запад. Слышишь?
Она обняла меня на прощание. Как-то тепло, слишком мягко. Так обнимала меня только мама, только тетушка. Я ответила на объятие, поцеловала Амэю на прощание в соленую, мокрую щеку…
И побежала. Вначале было непросто. Ноги были словно чужие, тело было тяжелее, больше была грудь, все было странно, все было страшно. Вдруг стража очнется? Вдруг это все – просто какая-то насмешка? Я бежала по постепенно оживающему павильону. Деревянная сандалия слетела с моей ноги. Я пронеслась мимо стражников, за воротами огляделась и увидела последние отблески солнца, что окрасили ночное небо слабой лиловой дымкой на закате, там, за деревьями. Мне оставалось только бежать. На запад.
На границе леса я обернулась. Подогнутые кверху крыши, мигающие в красных фонарях огни, гостеприимно открытые на ночь врата. Мне хотелось рассмотреть где-то там госпожу Сато и Амэю, но я лишь увидела, как открылась и закрылась дверь в гостевой дом. В груди кололо.
«Мы все узнаем и отомстим. Но для этого тебе надо бежать».
Я кивнула внутреннему голосу и побежала в Море Деревьев.
  
Зеленые волны, что помнят голос вечности
 
Темно. Страшно. Ничего не видно… Пока лес не был густым, я еще могла бежать, но чем глубже я заходила в него, тем непрогляднее становилась тьма. Вскоре я могла идти, только вытянув перед собой руки. Скользили по грязи ноги, спотыкались о корни. Я успокаивала себя тем, что никто не бросится за мной в погоню: сбежала простая рабыня, никто не будет тратить на нее силы.
Было холодно в рваном платье и босиком. Мне бы обрадоваться своему освобождению, но я шла и думала: что будет с Амэей? Как поступит госпожа Сато с напавшими на меня чиновниками? Что сделает с моей подругой генерал Тайра?
Не надо было мне бежать. Я всех подвела. Надо было остаться, защитить свою служанку… Принять свою судьбу, возможно! Но какая меня ждала судьба? Зачем я нужна генералу?
Прошел час или два, и тропинка под моими ногами исчезла. Здесь явно редко ходили люди, и я вспомнила слова Тоширо о том, что даже гвардейцы, патрулирующие провинцию, боятся злых духов Моря Деревьев. Боялась ли я их? Я остановилась, чтобы сделать передышку, подняла голову, надеясь увидеть небо, но обзор закрывали высокие темные кроны.
 
Во тьме леса за мной будто кто-то наблюдал, что-то шуршало в опавших старых ветвях и шумело в листьях. Словно некто большой шел за мной, всматривался, оценивал… Когда ощущение стало совсем невыносимым, я остановилась, села под деревом и прикрыла глаза, вспоминая дом. Оживила в своей памяти хриплый тихий голос отца:
«В старом лесу стояло дерево, что никогда не цвело. Тогда бог, имя которого не помнит самый старый дух, обратил его в юношу на два года, надеясь, что красота мира вдохновит его и дерево зацветет. Но сколько ни путешествовал юноша по стране, видел лишь болезни, войны и разрушения. Пока однажды он не встретил девушку, и та не полюбила его. И когда юноша не пришел на встречу, она нашла старое, уродливое дерево в чаще, обняла его и заплакала, и на дереве распустились цветы. То была слива, что с тех пор стала священной…»
Было ли это в Море Деревьев? Голос отца расплывался, интонации в его голосе менялись, он становился чужим. Голубые глаза отражали теплое пламя очага…
«У Бога-Ворона была возлюбленная, которая пела ему песни…»
Шумел лес, в котором я слышала волны Океана Душ. Отец, нашел ли ты покой в его синих водах?
Ноги гудели от усталости. Больше ни шагу сделать не смогу… Меня хватило лишь на то, чтобы отползти подальше, упереться спиной в дерево и спрятать лицо в коленях. Так я и уснула, под эхо отцовского голоса, который остался только в моей памяти.
Меня разбудила стайка муравьев, кусающих ноги. Стало немного светлее, но рассвет еще не наступил. Я продрогла, одежда покрылась росой, а тело затекло от неудобной позы.
– Нужно идти дальше, – тихо сказала я себе. Вздрогнула от того, что вместо своего голоса услышала голос Амэи. А потом встала и пошла.
Деревья были старые, влажные, затянутые мхом, он полз по лианам над моей головой и свисал темно-зеленой бахромой. Напитанная влагой земля мягко пружинила, носки уже были черные от грязи. Сюда не пробирался ветер, но шумел в кронах, таких высоких, что я словно шла мимо щиколоток великанов. Людям здесь было не место. Будто подтверждая мою мысль, мимо меня, задевая волосы крыльями, пролетела стайка птиц. Наглый рыжий воробей сел совсем рядом на ветку, изумленно оглядел меня своим блестящим глазом и, раскричавшись, улетел прочь.
Интересно, водятся ли в этом лесу медведи? Если тут птицы такие непуганые, страшно подумать о зверях покрупнее.
Я поежилась. Во рту пересохло, а в животе урчало. В тех книгах, что я читала дома, не было ни слова про то, как выживать в диком лесу. Какие ягоды можно есть? Какие коренья? Листья, может быть? Еда всегда попадала ко мне готовой, вкусной, даже изысканной. А я и на кухню-то заходила редко.
Боги. Как мне дойти до другой провинции, если я даже пищу себе не смогу раздобыть? Развести костер. Поймать рыбу! Я же просто умру от голода!
Быстрее бы тот медведь нашел меня, вдруг подумала я. А что? Амэя будет на моем месте. А я… Теперь я была никем. Беглянка без роду и имени. И как я собиралась добраться до Императора? У меня не было даже обуви. А до столицы путь неблизкий…
Упрямое тело продолжало двигаться и идти вперед, перешагивать корни и обходить вставшие на пути камни. Запах мха и смолы, свежей зелени и рыхлой земли немного изменился. Повеяло прохладой и сыростью.
– Вода, – одними губами прошелестела я. Я повернула в сторону, деревья спускались вниз, туда, где тек ручей. Скользя и спотыкаясь, я добралась до него и напилась досыта. Села, умыла лицо и засмеялась от радости.
– А чего хохочем?
Я вздрогнула и обернулась. Никого не увидела. Должно быть, у меня видения. Совсем уже…
– Я тут!
– Где?
– Подними листочек!
Недалеко от ручья лежал кленовый лист, ярко-желтый и красивый. Я так устала, что подчинилась. И ойкнула. Крохотное существо, размером меньше моего большого пальца, подняло на меня круглую, похожую на крошечную тыковку голову. Его лицо скрывала белая маска.
Кодама [28]! Это же настоящий кодама! Я вижу его благодаря магии лисы!