Детский остров. В куриной шкуре. Предсказатель прошлого. Последние драконы (сборник)

Стражник приоткрыл дверь.
Кора сделала шаг вперед. Стражник стал закрывать дверь. Он почувствовал неладное.
— Не бойся, — сказала Кора, глядя ему в глаза. — Ты хочешь впустить меня в посольство. Ты хочешь впустить меня, потому что я — потерянный дипкурьер…
Кора собрала все силы, стараясь загипнотизировать стражника.
Гипноз — запрещенное оружие. Недаром уже прошли три или четыре межгалактические конференции по запрету биологического, ядерного и гипнотического оружия. Правда, до сих пор дипломаты не пришли к окончательному решению — хотя бы потому, что гипноз действует избирательно. Есть расы, ему не подверженные, а есть племена, готовые впасть в транс по первому же слову гипнотизера.
  
Когда Кора вступала в ряды ИнтерГпола, она давала торжественное обещание никогда и никого не гипнотизировать, но в то же время она прошла полный курс гипноза. Так что понимайте как хотите. Завтра вы узнаете, что Кора может читать мысли, но лучше не верьте этой лживой информации, исходящей от врагов ИнтерГпола. Вот когда вы сами убедитесь в том, что Кора прочла ваши мысли, можете бить тревогу и вызывать психологическую «Скорую помощь».
— Да, — сказал стражник, оказавшийся при ближайшем рассмотрении милым, невысокого роста молодым человеком в домашнем костюме и шлепанцах, с красивым, но невыразительным, как у старинного фарфорового робота, лицом. — Мы давно вас ждали. Вы пропавший без вести дипкурьер. Одну минутку…
Стражник сделал шаг в сторону, пропуская Кору, но Коре нельзя было выпускать его из виду, потому что тогда исчезнет ее власть и чиновник поднимет ненужную тревогу.
— Веди меня к консулу Нкомо, — сказала Кора, — и скорее. Я должен передать ему важное письмо.
— Сейчас, курьер, — сказал охранник, — я проведу тебя к консулу Нкомо.
Они быстро поднялись на второй этаж посольского дома. На лестнице им встретился молоденький чиновник с синей папкой в руке. Он с изумлением посмотрел на стражника безопасности, который мирно шагал по посольству рядом с имперским охранником.
К счастью, Нкомо еще не покинул своего кабинета.
При появлении нежданных гостей он вскочил с кресла и, обойдя стол, шагнул им навстречу.
— Что случилось? — спросил он голосом человека, который сотый день подряд выслушивает лишь неприятности от всех гонцов и курьеров.
— Стойте здесь! — приказала Кора охраннику. — Вы поняли?
— Понял.
Кора обернулась к консулу.
— Вы меня не узнали?
— Я не имел чести…
Кора сняла с головы каскетку имперского охранника, и ее золотые волосы рассыпались по плечам.
— Госпожа Орват?!
— Вот именно. У меня есть только три минуты времени. Ясно?
— Ничего не ясно, — ответил высокий негр. — Что это еще за авантюра? Понимаете ли вы, что в нашем положении надо взвешивать каждый шаг, каждое слово…
— Прекратите читать мне лекции, — огрызнулась Кора. — Пока что вы еще не сделали ничего для наших земных пленников. А я стараюсь делать. И учтите, что я не такая идиотка, как вам сообщили.
— Но вы не имеете права вмешиваться…
— Надеюсь, вы говорите это не подумав, — сказала Кора. — И мне грустно, что вы уже потеряли две минуты. Тогда слушайте. Вы должны немедленно послать запрос на Землю. Вот по этому адресу и вот с таким вот текстом. Я не могу зашифровать текст, потому что у меня здесь нет своей гравистанции. Моя единственная надежда заключается в том, что император не читает посольский шифр.
— Тем не менее…
— Помолчите, консул! У меня осталось тридцать секунд. Иначе я зря убежала от слежки, обезоружила их сержанта и загипнотизировала вашего охранника. Вот текст телеграммы. Пошлите немедленно. Ответ сообщите мне сегодня же ночью. Если такой возможности не будет, скажите мне по телефону лишь имя. Одно имя.
Кора протянула Нкомо листок.
Тот прочел вслух:
— «Срочно выясните всех покупателей шампуров, сделанных в мастерской имени Магомаева в г. Махачкала за последние годы. Вычислите, кто из покупателей мог доставить шампуры на планету Нью-Гельвеция. Кора».
— Я вас не просила читать телеграмму вслух, — заметила Кора. — Надеюсь, что нас не подслушивают.
Впрочем, это было слабым утешением. Разведчики и полицейские не имеют права рассчитывать на упущения противника.
Оставив консула Нкомо в растерянности, Кора вышла из посольства тем же путем, как и вошла, а на прощание приказала посольскому охраннику начисто забыть о ее визите.
Притороченный к дереву сержант уже пришел в себя и издавал мычащие звуки.
Кора не стала приближаться к нему, чтобы он не увидел ее лица, а бросила под деревом его мундир и снова переоделась в сарафан в белый горошек.
Выбравшись из тихого посольского района, Кора оказалась на шумной торговой улице. Здесь она взяла рикшу и велела ему ехать к императорскому дворцу.
— Эх! — сказал рикша, оглядываясь через плечо. — Не ты ли опасная земная преступница, которую ищет вся полиция?
— Не знаю, — искренне ответила Кора. — Может быть, это я, а может быть, произошла ошибка и ищут совсем другого человека. Но я думаю, что если мы с тобой доедем до дворца, то обо всем узнаем.
— Может быть, я не повезу тебя дальше, моя госпожа? — вежливо спросил рикша. — Кто-нибудь может решить, что я твой сообщник, мне отрежут голову, что было бы очень прискорбно.
Кора вынуждена была согласиться с логикой рикши и сошла с коляски как раз перед последним поворотом ко дворцу. Оставшиеся несколько десятков метров она прошла пешком и была благополучно схвачена заботниками, которые сновали по площади, то и дело заглядывая в спрятанные в ладошках миниатюрные фотографии Коры.
* * *
Кора не сопротивлялась, и потому ее доставили пред светлые очи императора Дуагима почти неповрежденной. Что не помешало ей стенать и размахивать встрепанными кудрями, жалуясь на грубость местных стервятников.
— А не надо было, — без всякой жалости приветствовал ее император, — не надо было обманывать моих сыщиков, бегать куда ни попадя, таиться по подворотням. Зачем ты все это сделала?
Император был очень строг, даже грозен, принимал он Кору на этот раз не в малом интимном кабинете, а в обычной приемной для просителей, незатейливо украшенной сценами казней и пыток для того, чтобы просители знали, на что могут рассчитывать в случае плохого поведения. Фрески этого зала были старыми, кое-где обсыпались, и ясно было, что по крайней мере несколько поколений местных императоров обучали здесь хорошим манерам своих подданных.
— Ну, что же ты молчишь? — спросил Дуагим.
— Я даже не знаю, что мне ответить, — сказала Кора. — Ума не приложу.
— Говори правду, это лучшее, что можно придумать, имея дело с императором.
— Значит, так… я выпала из коляски, на меня наехали какие-то глупые велосипедисты, меня задавила какая-то карета, и все потому, что подобного беспорядка я не видела ни на одной планете. У вас вообще не придумали правил уличного движения.
— То есть ты хочешь сказать, что не ты нарочно устроила эту катастрофу?
— Я вообще ничего не устраивала. Я просто задумалась.
— Задумалась? Ты умеешь это делать?
— Я вообще часто думаю, — серьезно возразила Кора, глядя на императора в упор своими огромными глазищами. — Но не все об этом знают.
— О чем же? — спросил император, начиная таять под напором взгляда Коры. — О чем же ты думала?
— А я думала, — ответила Кора, — что если императора убили шампурами, то кто-то должен был их купить.
— Какая замечательная идея! Продолжай, мой мыслитель.
— Но купить их можно только в Махачкале, в магазине при мастерской имени Магомаева. Наверное, это не такая большая мастерская.
  
— Откуда ты знаешь?
— Полковник Аудий Ред сказал.
— Я его убью!
— Нет, лучше пускай помучается.
Император задумался. Через минуту спросил:
— А зачем нам это знать?
— Если мы с вами сыщики и заинтересованы в том, чтобы узнать правду, мы пошлем телеграмму в Махачкалу и спросим: кто покупал у них шампуры?