Детский остров. В куриной шкуре. Предсказатель прошлого. Последние драконы (сборник)

Перед таким, некогда зеленым, двухэтажным домиком в два окна, зажатым между точно такими же соседями, Мела остановилась и положила рюкзак на ступеньки. Пока она доставала ключи и отпирала дверь, рюкзак дважды шевельнулся, развеяв последние сомнения Коры.
…Когда Мела отворила дверь и нагнулась за рюкзаком, она увидела, что к его лямкам тянется чужая рука…
Иная девочка упала бы в обморок или завизжала от страха.
  
А Мела тут же бросилась на Кору и укусила ее за запястье.
Другая женщина от этого упала бы в обморок или завизжала, но Кора подхватила свободной рукой девочку, которая не отпускала ее запястье, и кинула в открывшуюся дверь. Затем, невзирая на льющуюся из руки кровь, втащила в дом рюкзак с добычей и захлопнула за собой дверь, успев при том кинуть взгляд на улицу и убедиться, что никто не видел короткого боя возле домика драконокормильца.
Кора зажгла свет. Девочка сидела на полу в углу прихожей и обдумывала дальнейшую борьбу с Корой. Она оказалась достойным противником.
— Вы чего? — спросила Мела, шаря глазками по фигуре Коры, словно выбирая место, в которое лучше вцепиться.
— Я пришла к тебе в гости, — простодушно ответила Кора. — Нашла твой бантик и решила вернуть.
Не спуская настороженного взгляда с худенькой девочки, Кора достала розовый бантик и кинула его Меле. Бантик бабочкой полетел по воздуху, но не долетел до хозяйки. Та молчала.
— Я в клетке нашла, — сказала Кора. — В клетке драконихи.
— И что? — хрипло произнесла девочка.
— В какую комнату пойдем? — просто спросила Кора.
Она толкнула дверь справа от нее — это была гостиная. Или общая комната — неизвестно, как они здесь называются.
— Проходи, — велела Кора девочке.
Та нехотя подчинилась.
— У тебя зубы ядовитые? — спросила Кора.
— Чего? Не, обыкновенные.
— Дай мне руку перевязать.
— Жалко.
— И это цветок жизни! — воскликнула Кора. — Тогда сейчас завяжу руку скатертью.
— Нельзя, это от мамы осталось!
— Ну вот, видишь! Дай салфетку или платок — ну дай же, наконец!
— В спальне, в шкафу, — сказала девочка.
— Принеси.
— А если сбегу?
— Куда ты сбежишь! — усмехнулась Кора. — Рюкзак-то у меня.
— Это точно, — согласилась Мела и выскочила из комнаты.
Кора развязала тесемки рюкзака. Дракон, что сидел там, зашевелился — руке стало горячо: уменьшенный дракончик, оказывается, сохранил способность пыхать огнем и дымом.
Девочка вбежала обратно. Она принесла застиранный носовой платок.
— Не открывайте! — закричала она с порога. — Они такие шустрые!
— Хорошо, не буду, — сказала Кора. — А остальные где?
— Кто остальные?
— Остальные дракончики, — терпеливо объяснила Кора.
— Не знаю никаких дракончиков.
— Тогда выпускаем? — Кора протянула руку к рюкзаку.
— Погодите, сама выпущу. — Мела протянула Коре платок, и та завязала кисть. Укус был небольшой, но глубокий.
Мела не спешила выпускать дракона. Она смотрела, как Кора завязывает руку, потом сообщила:
— Вы не думайте, я не ядовитая. Я обыкновенная.
— Хорошо, верю.
— Окно закройте.
Кора закрыла окно.
Девочка развязала рюкзак и сначала вытащила из него две пустые кастрюли, миску, ложку, пакет с огрызками, несколько кусков хлеба, и только потом из рюкзака вывалился еле живой, обалдевший дракончик Ласка, осевший на хвост и дышавший тяжело, словно после тяжелой работы.
— Сейчас опомнится. Тогда берегись, — сказала девочка.
Девочка уже успокоилась и, как поняла Кора, была готова и даже хотела поговорить. Раз уж Кора все знает, то и таить от нее нечего. В конце концов, хоть Мела была девочкой необыкновенной, все же она оставалась десятилетним ребенком из неблагополучной семьи.
Вместо того чтобы лететь или бросаться на людей, дракончик подобрал губами кусочек хлеба с пола и принялся его жевать. Кора смогла разглядеть его вблизи.
Уменьшившись, дракончик сразу приобрел разительное сходство с какой-то небольшой экзотической ящерицей — такие водятся в тропиках. Кора тут же подумала, что размер, фактор, в общем-то, относительный, превращает в наших глазах кошек в тигров.
Например, ее любимый котик Колокольчик. Ростом он с немецкую овчарку, и поэтому его никто не принимает за котика, словно это совсем иное животное. Вот и сейчас, глядя на дракончика в локоть длиной, включая хвост с маленькими шипами, Кора поняла, что никто бы и не догадался, что это уменьшенное чудовище, а решил бы, что незнакомая, но безопасная сестричка хамелеона.
Пока дракончик жевал, Кора спросила у девочки, которая также лицезрела добычу:
— А где вы их держите?
— В подвале, — ответила Мела. — Им-то все равно, только бы кормили.
— Там темно, сыро.
— Не, подвал у нас хороший. И кормежка у них лучше, чем в Загоне.
— А потом вы их продаете, Мела? — мягко стелила Кора.
— Так я вам и сказала, тетенька, — откликнулась девочка. — Вы же полицейская.
— Все равно уже все известно, — ответила Кора. — Теперь кусайся не кусайся, но драконов я нашла.
— Вы как меня выследили? — спросила девочка. — Ведь дождик шел.
— А я за тобой специально не следила. Я за твоим папой следила. Ведь он драконам лекарство для уменьшения давал. А когда они становились маленькими, он их тебе передавал.
— Когда как, — сказала девочка. — Сегодня он говорит: ты, говорит, сама иди в клетку, все равно уже промокла. А мне, говорит, надо на глазах у этой ищейки быть. Ищейка — это вы, тетенька.
— Догадалась. И ты пошла в клетку?
— Конечно. Как же папашу не послушаться. Только, видно, пока гонялась за Лаской, бантик потеряла. Вот вы и догадались.
— Мне все профессор Ромиодор рассказал, — честно ответила Кора. — Как только я догадалась, что драконов уменьшают, я прижала профессора к стенке, он и сознался.
— Ну вот! — огорчилась девочка. — Этого мы с папой и боялись: кишка у дяди Ромиодора тонка. Никакой он не характер.
— А ты разбираешься в характерах?
— Как же не разбираться, если у меня характер — ой-ой-ой!
— Вижу. Покажешь мне драконов?
— Папочка с работы придет, у него ключ от подвала. Вот он вам и покажет.
— Хорошо. — Кора не стала спорить. — Я позвоню ему по телефону.
— Наш телефон не работает! — испуганно воскликнула девочка.
В мгновенье ока она кинулась к стене, паучьими, но сильными ручонками разорвала провод. И засмеялась взрослым, холодным смехом.
— Глупенькая, — сказала Кора.
Дракончик медленно пошел по комнате, он никак не мог сообразить, почему раньше он был самым большим, а теперь стал самым маленьким.
— Почему глупенькая? — спросила девочка.
— Ничего это не изменит.
— Может, изменит.
Кора спокойно сидела на стуле, глядела на дракончика, тупо шагающего по комнате, натыкаясь на ножки стола и стульев.
— Ты любишь драконов? — спросила она.
— Я же говорила! — ответила девочка. — Я их ненавижу!
— Зачем же они тебе в доме?
— Чтобы их мучить! — ответила Мела.
Вроде бы все составные части преступления были в руках Коры, но все равно полной картины не получалось. Все складывалось так нелогично!
— Ты их мучаешь?
— Еще как! — И в доказательство этого девочка вдруг подошла к дракончику и жестоко наподдала его ногой. Дракон от неожиданности охнул и взлетел в воздух. Потом упал, шмякнувшись, как лягушка.
— Ты что, с ума сошла? — воскликнула Кора.
— Нет, не сошла. Хочешь, я ему еще дам?
— Нет, не надо! Я ничего не понимаю. — Кора встала и преградила дорогу девочке, которая хотела броситься на дракончика, с трудом вставшего на ноги. Не может быть, чтобы нормальная маленькая девочка ненавидела драконов. — Неужели твой папа об этом не знает?
  
— Мой папочка ненавидит их даже больше, чем я!
— Он? Он же драконокормилец!
— Ну и что из этого?
— Ничего не понимаю! — воскликнула Кора. — Твой папа ненавидит драконов и кормит их, ты ненавидишь драконов и держишь их в доме. Объясни, пожалуйста.