Темная адептка. Учеба по привычке

– Я только хотела уточнить, а правда ли, что…
– Динара решит, рассчитает, развеет и сплетёт иллюзию любой сложности по сходной цене! – торжественно объявил Георг Войский. – А ещё напишет диплом, сходит за вас на экзамен и нивелирует любое наказание…
– Ну, знаете, это уже наглость! – В дверях аудитории стояла госпожа Ортон. – Обсуждать будущее недостойное поведение в присутствии преподавателей!
– Так вы бы не подслушивали, – буркнула я.
– Наказание адептам назначается с целью поощрения тяги к знаниям, а не чтобы вы, ушлая особа, набивали карман!
Я тактично промолчала.
Всем было прекрасно известно, за сколько в ШИПе можно избавиться от назначенного наказания. Я всего лишь перенаправила финансовые потоки. Кто ж виноват, что со мной приятнее иметь дело, чем с той же госпожой Ортон? Улыбнусь, помогу, ещё и скидочку сделаю, вместо того чтобы выносить мозг воспитательной беседой. Но не будем о насущном. Впереди целых три месяца каникул!
– Уверен, Динара хорошенько подумает над вашими словами и сделает правильные выводы. – Войский сцапал меня под локоток и настойчиво поволок прочь от экзаменационной. – Не наглей. Знаешь же, в её силах сделать твою жизнь невыносимой.
– Она может попытаться.
– Динара, а выходи за меня, – раз в десятый предложил Георг.
– Как только император узаконит двоежёнство.
Мы оба прекрасно знали, что в столице Войского ждёт невеста. Прелестная девушка, сама портрет видела. Войский носил его в медальоне, любовался по десять раз на день, целовал, что, впрочем, не мешало ему подкатывать ко всем адепткам нашей группы.
– Айда отмечать сдачу!
– И обмывать будущие дипломы!
– И пожрать давно пора. Время-то обеденное.
Рациональные предложения исходили от парней.
– Так защита же только через два дня.
– Готовиться надо.
– И к выпускному надо готовиться.
Это уже девушки.
– Да зачем вам готовиться? Кого вы хотите обмануть? – оскалился в улыбке обернувшийся Войский и едва не получил пульсаром в лоб.
Не получил потому, что пульсар оказался нематериальной иллюзией, которая прошла сквозь голову мага-иллюзиониста.
– А мне обмывать нечего, – меланхолично заметила я, с трудом сдерживая улыбку.
– Значит, помянем! – гаркнул Войский, и наша слаженная компания понеслась к выходу.
* * *
Ребята приготовили мне памятные сувениры и вручили их, перед тем как сесть за праздничный стол. Это было так трогательно и неожиданно, что я не смогла сдержать слёз. Хлюпала носом не таясь. Здесь же были все свои.
Неунывающая Тиана Савойская, дочь обнищавшего баронета, чьё имущество вот-вот должно было пойти с молотка, если она не выйдет замуж за страшнючего родственника. Тиана давно смирилась с судьбой и собиралась окутывать муженька иллюзией, особенно в пикантные моменты. Девушка протянула мне серебряную булавку-накопитель:
– Такая же цепкая и острая, как твой язычок.
Балагур Георг Войский, единственный парень в нашей группе с сильным магическим даром, который обладателю был совершенно не интересен. После получения диплома Георг планировал заняться разведением боевых грифонов. Статуэтку грифона он мне и преподнёс со словами:
– На удачу.
Красивая, как фарфоровая куколка, Ария. Она бросилась очертя голову в омут иллюзий в надежде заглушить родовую магию прорицательниц. Ария подарила зеркальце с жутким в своей правдивости пожеланием:
– Чтобы всегда помнила, кто ты есть.
Вечно хмурый Икар, любивший создавать фантомных монстров, таких же жутких, как и его личные кошмары. Икар был дезертиром, и дар иллюзиониста оставался для него единственным шансом на новую жизнь. Парень подарил мне кинжал:
– Чтобы могла себя защитить.
Когда мне вручили последний дар, я уже всхлипывала в голос. Какие же они всё-таки хорошие!
– Видишь, правильные поминки по загубленному диплому намечаются, – оскалился в улыбке Георг. – А теперь прошу всех вкусить ритуальный обед!
Стол на двадцать персон нам накрыли в отдельном зале. Судя по выставленным на белоснежную скатерть яствам, трактирщик заранее знал, что мы нагрянем. Здесь был и запечённый целиком поросёнок, и три вида фаршированных перепёлок, и жареные колбаски, а от аромата свежайших пирогов у меня голова пошла кругом. Всё-таки зря я не позавтракала перед экзаменом.
 
– Динара, ты чего? – Георг приобнял меня за плечи и легонько встряхнул. – Всё же получилось.
Да. Получилось. Вот только расставаться было очень грустно.
Внезапно одна из перепёлок покрылась перьями, встала на лапки и пропищала тоненьким голоском:
– Ребята, налетай!
Это был сигнал к последующему безобразию. Иллюзионисты всегда и везде превращали любое мероприятие в балаган. При том, что им никогда не наливали. Сама магия, бегущая по венам, пьянила не хуже игристого вина. Вскоре мы сидели уже не в таверне, а на дрейфующей в море льдине, мимо проплывали белые медведи и дельфины. У Арии с географией всегда было не очень.
В иллюзорных вазах расцветали цветы, над ними порхали пёстрые бабочки, созданные парнями. Одна из крылатых прелестниц как раз тащила в лапках кусок пирога, летела тяжело, рывками – левитация выходила у Икара не так хорошо, как иллюзии.
Заглянувшая к нам подавальщица громко взвизгнула и выронила кувшин с безалкогольной травяной настойкой. Георгу пришлось извиняться за нас всех. Дамский угодник с лёгкостью успокоил девушку, одарив её букетом иллюзорных цветов, а Касмина, мечтающая о собственном салоне красоты, за пару секунд превратила жиденькие волосы подавальщицы в роскошную копну и сделала макияж. Безумно счастливая девушка побежала к трактирщику выпрашивать выходной.
На меня же снова накатила хандра, но я окутала лицо иллюзорной маской, чтобы не заметили, что мои глаза блестят от непролитых слёз. С этими ребятами я не только проучилась целый год, с ними я вернулась к жизни. Хотя это было совсем непросто.
Единственная и любимая дочь тёмного лорда Сумеречья, я ни в чём не знала отказа. По традиции дети тёмных получали домашнее образование, но когда я захотела поступить в Школу Иллюзий и Преображения, отец не стал отговаривать. Более того, лично помог с установкой иллюзорной личины, под которой я и отправилась штурмовать стены учебного заведения. От природы фигуристая, темноволосая, с кожей, к которой совершенно не прилипал загар, я превратилась в субтильную блондинистую девицу. Причём над фигурой как раз папа и поработал, беспощадно стерев все округлости. Когда я разнылась, что теперь похожа на мальчишку, папа невозмутимо заявил, что ему так спокойнее, а потом добавил: выучишься – снимешь иллюзию. Собственно говоря, эта задачка и стала нашим негласным символом моего успешного завершения обучения. Задачка, которую я не могла решить до сих пор. И помочь мне было некому. Теперь некому.
Смерть отца потрясла не только Сумеречье, но и весь Тёмный Альянс. Архимаг тёмных сил, в венах которого текла кровь высших демонов, считался неуязвимым. Его обожали друзья, уважали враги. Заядлый дуэлянт и побратим самого императора, он участвовал в нескольких военных кампаниях, дорос до звания магистра и вошёл в Совет Тёмных. Точнее, его принудили к этому – только на таких условиях он смог получить руку моей матери – первой красавицы столицы. Молодость моего отца прошла бурно, карьера была головокружительной, а жизнь оборвалась внезапно: однажды утром его обнаружили мёртвым в лаборатории. Злые языки шептали, что отец решил прыгнуть выше головы в стремлении в очередной раз продемонстрировать собственную гениальность и не совладал с тёмными силами. Я же не сомневалась – отца убили.
 
А я внезапно осталась одна. Да меня на порог родного замка не пустили! Никто из многочисленной родни не признал во мне леди Элену Сатор, а ведь среди неё были и сильные маги. Невинная шалость обернулась ловушкой. Прощаться с отцом пришлось в толпе простолюдинов, пришедших отдать последнюю дань уважения своему господину. После похорон я вернулась в Школу Иллюзий и Преображения, которую отныне считала своим домом. Это было единственное место на территории Тёмного Альянса, где я могла скрыть пробуждение тёмного дара.