Свечная лавка самозванки, или Беглая невеста инквизитора (СИ)

— Я справлюсь, — прошептала я себе под нос. 
Справлюсь. Не смотря ни на что. Пусть даже голос дрожал. Пусть даже в груди ноет та пустота, что осталась после него.
Мэг сильнее сжала мои плечи.
— Мы справимся, госпожа Марисель. Обязательно справимся. 
Следующий день начался с сообщения от хозяина столярной мастерской. Последние стеллажи, которые мы ждали со дня на день, задержутся из-за срочных заказов. 
  
Фрида передала мне записку за завтраком, и когда я ее озвучила, лишь снисходительно улыбнулась, проговорив: «Вечно у этого прохиндея какие-то срочные заказы». 
Она не видела в этом ничего страшного, а вот мне было неспокойно. Что если это опять постарался «хорошо одетый человек»? Мы с Мэг переглянулись, но я решила пока не посвящать Фриду в свои тревоги. 
Но дальше - больше.
Когда мы втроем добрались до лавки, оказалось, что ни один из наших работников не пришел. Двор стоял пустым, лишь ветер гонял по земле обрывки упаковочной бумаги.
— Странно… — пробормотала Фрида, оглядываясь. — Вчера еще клялись, что будут к восходу.
Мэг молча подошла к двери, провела пальцем по косяку и показала мне: на дереве остался маленький гвоздик с обрывком бумаги - будто кто-то в спешке содрал записку.
Холодный ком подкатил к горлу.
Они не просто задержались. Их кто-то отпугнул.
— Я пойду пошлю мальчишку к Ральфу, — решила Фрида. — Что они такое удумали?
Спорить я не стала, хотя понимала, что ждать работников назад - бесполезно. И нам повезет, если хоть кто-то возьмется за оставшиеся работы, благо - доделать оставалось совсем немного. 
Изо всех сил стараясь не отдать себя в руки тревоги, я прошлась внимательным взглядом по фасаду лавки. Нужно докрасить ставни, поправить вывеску, и…
— Госпожа Марисель…
Мэгги легонько дотронулась до моей руки, привлекая внимание. 
— Это он? — шепнула она, кивнув куда-то вбок.
Вся похолодев, я резко развернулась - и сердце провалилось куда-то в пятки. Черт бы его побрал!
«Хорошо одетый человек» стоял в паре метров, сунув руки в карманы плаща.
— Кажется, у вас что-то не ладится с открытием лавки?
Я поджала губы.
Не ладится! Интересно почему!
Но он не оскорбился моему молчанию и не посчитал нужным уйти. Вместо этого - тонко улыбнулся, будто полностью владел положением - и приблизился.
— Госпожа Энола, не соблаговолите ли со мной отобедать?
Нет! Пошел ты к черту!
Именно так и хотелось ему ответить, но я знала, что все не так просто и зовет он меня явно не вкусной едой угостить. 
Он будет диктовать условия, а я - по его мнению - должна буду их принять. А что самое ужасное, пока я не видела способа НЕ принять их.
Пальцы до боли впились в ладони. От безысходности хотелось завопить или бросится на этого мерзавца, расцарапать ему лицо до крови. 
Но пришлось проглотить свои эмоции и кивнуть.
— С удовольствием.
Я даже не постаралась, чтобы эти слова звучали похожими на правду.
— Госпожа… — всполошилась Мэгги, хватая меня за подол платья. — Не надо…
— Ну-ну, — усмехнулся «хорошо одетый господин», наблюдая за этим. — Не бойтесь. Ваша госпожа останется в целости и сохранности. 
— Все хорошо, Мэг, — прошептала я, оглянувшись на нее.
Наши взгляды встретились. И Мэг… Она слишком хорошо все понимала. Ее губы сжались в беспомощном упрямстве, но иногда приходилось делать то, что совершенно не хочешь.
Поэтому я вместе с «хорошо одетым господином» все-таки пошла в небезызвестную таверну.
— А, госпожа Гейси! Очень-очень жду ваши…
Хозяин заулыбался, увидев меня, но, встретившись взглядом с «господином», резко побледнел. Его улыбка застыла, а руки судорожно сжали полотенце. Что-то невнятно пробормотав, он отвернулся и принялся яростно тереть уже чистые кружки, будто отчаянно пытался делать вид, что его тут нет.
Ох, как же мне все не нравилось…
Пока мы шли через зал я то и дело отвечала на улыбки горожан, которые также как и хозяин выражали нетерпение по поводу открытия лавки. Только в отличие от него, «хорошо одетый господин» их совсем не смущал. Кто-то из присутствующих улыбался и ему тоже, значит, это был человек известный и с хорошей репутацией.
Сведений не хватало. И почему я не додумалась поспрашивать о нем Фриду!
Мы сели за стол.
— Вы настоящий феномен, госпожа Энола. Явились из ниоткуда, в положении, взбудоражили горожан чудо-свечами. 
Выпрямив спину, я положила руки на стол и прямо взглянула на него. 
Было ли мне страшно? Да, ужасно!
Но позволю ли я ему увидеть мой страх? Ни за что!
— Мне принять это как комплимент?
Он усмехнулся.
— Ваш феномен скорее сравним с бедствием. Вы хоть представляете, жизнь скольких людей вы потревожили?
Мне не нравилось, к чему он клонил. 
— Рынок хорош тем, что каждый может выйти на него со своим товаром, предложив разумную цену. Я никого не тревожила - лишь соблюдаю правила игры.
— О, нет…
Тут верткая девочка поставила на стол нашу еду и кружки, глянула с любопытством на меня, и быстро скрылась.
«Хорошо одетый господин» продолжил:
— Вы нарушили их все.
Я медленно втянула воздух, стараясь унять тревогу, что все сильнее разгоралась внутри с каждым его словом. Изогнув губы в легкой улыбке, я наклонилась ближе к нему и тихо уточнила:
— И какие же, позвольте спросить?
«Господин» промолчал, занявшись едой вместо разговора.
Я же к своей тарелке не притрагивалась. Да, мне бы кусок в горло не полез.
— Некоторые торговцы недовольны, что вы вдруг появились и грозитесь их потеснить. Мне ведь не нужно пояснять, какие могут быть последствия у людского гнева?
— Продолжайте.
— Я предлагаю все упростить. Вы немало взаимодействовали с хозяевами таверн, видели, как процветает их дело - но где бы они были без современной поддержки или - если позволите - защиты?
Пока «господин» зачерпывал ложкой похлебку, я барабанила пальцами по столу. 
Теперь мне все стало предельно ясно. Мне казалось, что мне будут угрожать напрямую, но он решил действовать чуть хитрее - обозначил мне угрозу от каких-то мифических торговцев (а может, они и правда недовольны, Бог их знает) - и сказал, что лишь он - разумеется, лишь он - может меня от них защитить.ё
На что это было похоже? На обычное бандюковое крышевание, процветающее в России в лихие девяностые. 
Но я была больше, чем уверена, что основная угроза исходила от самого «господина». 
Нет, это не «торговцы» подпилили лестницу моего работника.
Не торговцы задержали поставку стеллажа.
И не торговцы распугали команду Ральфа.
Совсем нет.
И понимая все это, оставалось задать лишь один вопрос.
— Сколько?
«Господин» одарил меня удивленно-одобрительным взглядом, будто не ожидал, что мы так быстро придем к соглашению.
— Дело серьезное. Вы сами понимаете.
Я готова была услышать «четверть» или «треть», но…
— Половина.
— Половина?!
Он кивнул.
— В вашей ситуации - дело очень серьезное. 
Да, это же грабеж! 
— Половина дохода или половина выручки? — прищурившись, уточнила я.
Снова улыбка - на этот раз даже почти уважительная.
— Разумеется, дохода, — бросил он мимолетом и зачерпнул целую ложку похлебки. — Но, думаю, вы достаточно умны, чтобы понять, что альтернатива куда хуже.
А я… Кровь стучала в висках так, что казалось, сейчас лопнут сосуды. Пальцы сами сжались в кулаки. Как же хотелось мне схватить его за шиворот и окунуть его лицо в эту похлебку!
Половина! Гребаная половина дохода! 
И самое отвратительно – я понимала, что выбора у меня пока нет.
— Вы еще раздумываете? Поймите, то что я предлагаю - это благословение.
  
Он еще и святым себя выставлял! Должна же быть у него хоть капля совести! Мерзавец!
Я знала, что должна была согласится. Должна была изобразить лживую улыбку и пожать его чертову руку, принимая условие. Но…