Шутка Вершителей (СИ)
— Смотрю, дорогой, ты нашёл свою пропажу, — вдруг заговорила красавица, обращаясь к герцогу, — и как ты её накажешь?
— Уже наказал… Осталия, милая, не забивай свою прекрасную голову…
Он поклонился и подал девушке руку. Та, трепеща ресницами, подала свою, и они удалились в сторону хозяйского здания, а я стала, кряхтя, слезать со своего транспортного средства, отсидев зад и ноги.
— Тибо? — раздался знакомый голос, и я обернулась, увидев Эдду.
— Здравствуй…
— Тибо, Тибо… — покачала головой повариха и пошла куда-то, а я быстро-быстро засеменила следом.
— Эдда, прости… Надеюсь, тебя не наказали из-за моего побега?
— А что они могут? Скандал, конечно был… Герцог грозил всех выпороть… Как они тебя нашли?
— Случайно, Эдда… Случайно!
На кухне девушки и женщины с любопытством разглядывали меня, но только вначале. Потом всё вошло в свою колею: я чистила тремах и слушала новости.
О том, как герцог взбесился, когда узнал, что я сбежала из форта.
О том, как Осталия загоняла свою служанку, чтобы встретить герцога во всей красе.
О том, как комендант орал на Эдду, но та стояла с невозмутимым выражением на лице и молчала, ответив только, что если надо будет, уйдёт в поварихи в соседний форт, тамошний комендант давно её звал на должность.
О том, что скоро приедет проверяющий от короля, и форт Хэней ждут тяжёлые деньки.
А вечером я, вернувшись в свою каморку, расплакалась. Моя цель, из-за которой я решилась на столь отчаянный шаг, как путешествие в другой мир, ускользнула от меня. Тоска по дому, детям и отцу нахлынула, как волна. И слёзы текли, не переставая.
Но усталость взяла своё, и я уснула. А ночью опять пришёл герцог. Шаги и чужое дыхание разбудили меня. Но я не стала лежать поломанной куклой.
— Уйдите, я прошу Вас…
— Ты с ума сошла, тётка?
— Уйдите… Дайте отдохнуть от вашего назойливого внимания…
— Ты понимаешь, с кем говоришь? — он схватил меня за горло и слегка надавил, дыша в лицо винными парами.
— Да… Со своим мужем… Хотите, чтобы все узнали об этом?
Он отпустил меня и отошёл от кровати.
— Сегодня уйду, но завтра на такое не рассчитывай… Мне нужен сын…
И после того, как за герцогом хлопнула дверь, я опять разрыдалась. Неужели я не заслуживаю уважительного, человеческого отношения? Я понимала, что в таком облике меня тяжело полюбить: мужчинам нужна внешняя красота. Но разве нельзя хотя бы считаться со мною?
Утро пришло быстро, и несвыспавшаяся, опухшая я пришла на кухню без настроения, тяжело переставляя ноги.
— Краше в гроб кладут, Тибо. Ты, часом, не заболела? — посочувствовала мне Эдда.
— Нет, не выспалась просто, — проскрипела я.
— Иди поспи до обеда, — сказала повариха. Но я отказалась: находиться сейчас в комнате было выше моих сил. Всё в ней напоминало мне о приходах герцога.
И тут разадался весёлый смех, и на кухне опять объявились девушки — аристократки.
— Принесла нелёгкая, — сказала Эдда, и я согласилась с ней. Мне сейчас до полного "счастья" только не хватало ещё скандалов с Осталией!
"Может, пронесёт?" — подумала я. Но, нет. Не пронесло. Новоявленная маркиза и по совместительству любовница герцога опять пришла, чтобы поиздеваться на до мною.
— Посмотрите, кто тут у нас? Старая уродина! Опять вернулась! Знай своё место, подстилка!
Я старалась даже не смотреть в сторону глупых аристократок, но девушки заняли почти всё пространство рядом с моим рабочим местом, и взгляд постоянно натыкался на кого-то из них.
— Молчишь? — разозлилась Осталия, и, взяв ковшик с водой, начала лить её мне на ногу. Я вскочила и стала отходить в сторону.
— Госпожа, — вдруг раздался голос Эдды, — там не Ваш муж Вас разыскивает во дворе?
— Пойдёмте, девочки… — сказала глупая молодая кукла, а я с облегчением выдохнула. Связываться с этой идиоткой мне сегодня не хотелось!
— Скажи ей, — вдруг шепнула мне Эдда.
— Мы договорились с герцогом, что я буду молчать…
— Скажи только ей, когда рядом никого не будет! Всё равно все скоро всё узнают…
— Почему?
— Едет проверяющий от короля. Он будет со своей кашани. Королю, значит, уже доложили про вашу свадьбу… Кашани едет знакомиться с тобой, Тибо…
Я повернулась лицом к этой суровой, но доброй женщине и ответила ей:
— Меня зовут Айо, Эдда! Тибо — всего лишь прозвище…
— Вот это да! И что ещё ты скрываешь? — в глазах поварихи мелькнуло изумление напополам с восхищением.
— Не важно… Говоришь, сказать? — я выпрямила спину и пошла во двор. Если Осталия ещё гуляет там, то скажу прямо сейчас! Если её нету, значит, не судьба.
Девушки сидели в устроенной специально для них беседке, и я поняла, что говорить придётся! Моя надежда на то, что тогда она отстанет от меня, возросла многократно!
— Госпожа Осталия, мне нужно поговорить с Вами… Можно Вас на минуточку?
Девушки уставились на меня, как на ядовитую змею, но я прямо смотрела только на любовницу герцога.
— Говори тут, старуха! Никуда я не пойду!
— Не бойтесь, я Вас, — я усмехнулась, — не трону!
— А я и не боюсь! С чего ты взяла? — девушка поднялась со скамейки, расправив свою шикарную юбку. Я сделала шаг в сторону ото всех и приглашающий взмах рукой.
Мы стояли на виду, но в то же время в стороне.
— Ну? Говори, что хотела!
— Мне кажется, госпожа Бендерик, Вы неправильно понимаете наши отношения с господином Томариком! — я облекла свою мысль в официальную обёртку, так мне легче было её донести до своей собеседницы.
— Неправильно? Всё я понимаю правильно, нищая подстилка!
— Нет, госпожа, я — не подстилка, Вы ошибаетесь! Я — законная жена, благословенная Веном!
— Что-о-о-о? — закричала Осталия, черты лица её исказились, а кожа покраснела. — Ты лжёшь!
— Нет… Не лгу… Спросите у своего любовника… Так что вопрос, кто из нас чья подстилка, думаю, решён?
— Да как ты… — девушка открывала и закрывала рот, не зная, что сказать в ответ, а я уже развернулась и пошла прочь.
Ночью приходил герцог, и я молча вытерпела его поцелуи и всё то, что последовало за ними.
Когда он ушёл, я, почти спокойно, помылась и уснула. Следующим утром сама мысль о том, что так будет продолжаться каждый день, и уже к такому привыкла, напугала меня!
Гарнизон опять должен был отбыть куда-то для сражения, и девушки с кухни, стайкой, побежали провожать воинов. Я же теперь не двинулась с места. На неодобрительные взгляды и перешёптывания просто старалась не обращать внимания.
— Он будет ждать… — сказала Эдда.
— Нет. Меня — так точно нет…
Осталия, вроде бы, успокоилась. Но я всё равно по улице ходила с оглядкой. Теперь мне уже начало казаться, что каждый в форте разглядывает меня как-то по-особенному внимательно.
А Эдда вдруг спросила:
— На этот раз не сбежишь?
— Пока не собираюсь никуда… Да и деньги закончились…
— Смирилась бы ты, Айо, да приголубила мужика. А там — будь что будет!
Я только горько усмехнулась. Мне казалось, что семейная жизнь должна начинаться как-то не так. Да и какая из меня герцогиня? Вот Осталия Бендерик — другое дело! А это всё, что случилось в Храме, всего лишь шутка, жестокая шутка Богов!
Я опять сходила к коменданту, но тот лишь покачал головой. Теперь я поняла, почему все деньги во время торговли находились в руках у Троланга, а не у Эльги. В семье на Вензосе всем руководил мужчина. Если женщина оставалась вдовой, то за ней присматривал или сын, или другой ближайший родственник-мужчина.
Дела мои были плохи. Ещё и эта кража серёжки. Если деньги ко мне вернулись, то как найти вора серёжки, я не представляла себе! То, что разгром в моей комнате устроила Осталия, я знала точно. Но я не думала, что такой знатной и богатой молодой женщине понадобились бы жалкие двадцать серебрушек да крохотная серёжка. Осталия каждый день надевала на себя разные украшения, по внешнему виду очень и очень дорогие!