Выключай телевизор, хэппи-энда не будет! (СИ)

А минуте на двадцатой Эштреков, которого в кои-то веки Бесков отрядил в основу, хорошо прошел по правому краю, отпасовал в центр на Семина, который в последнее время все чаще исполнял роль центрального атакующего полузащитника, ну а Юра классно выдал передачу на ход Мельнику. Так, как они отрабатывали на тренировках. Данила выскочил один на один с голкипером «Олимпиакоса», но жадничать не стал. Взял, да и покатил аккуратно налево, Еврюжихину. И спустя мгновение Генка уже радостно кинулся к нему в мертвой тишине, обрушившейся на стадион. 0-1
После этого греки окончательно сломались. С учетом гола, забитого на чужом поле, им теперь надо было забивать аж четыре мяча! Яшину. Ага. На каком, говорите, этаже в вашем книжном магазине отдел фантастики?
В итоге, первый тайм так и доиграли. А после перерыва «Олимпиакос» ринулся вперед с отчаянностью обреченных, которым уже нечего терять. В принципе, так оно и было. Греки даже запихали кое-как ответный мяч, но в очередной контратаке пропустили снова. На этот раз после похожей трехходовки: Эштреков – Семин – Мельник – Данила для разнообразия выложил пятнистого словно на блюдечке не Еврюжихину, а обратно Эштрекову. 1-2
- Сам-то чего не стал забивать? – смеялся Володя, пока они не торопясь шагали к центру поля. – Тебе ведь не мешал никто.
- А я вас в долги вгоняю, - с самой что ни на есть серьезной физиономией объяснил Данила.
- В смысле? – поперхнулся Эштреков.
- Ну как, вы теперь за меня мячи после тренировки таскать будете. Чтобы отработать.
- Ха-ха-ха! Ну и жук ты, Мельник! Может, тебе еще компот в столовке отдать?
- А то. Сука!
- Ты чего?
- Володь, глянь, мне по ходу бровь чем-то рассекли.
- Ох ты ж! Доктор!
  
Глава 12
 
1968 год. Октябрь. Москва
- Как тебе?
Андреева прошлась по квартире и капризно поморщилась.
- Не очень, если честно. Здесь хороший ремонт не помешал бы. А так, уж извини, смахивает на какой-то клоповник. – Девушка брезгливо дернула за кончик отошедших от стены обоев. В самом деле, не Версаль.
Но Мельник был счастлив. Плевать на все, у него теперь есть собственная квартира! Да, обшарпанная. Да, всего однокомнатная. Но своя, черт побери, отдельная! Парень уже насмотрелся в этом времени на «прелести» жизни в коммуналках. Бр-р! Нет, спасибо, увольте – лучше уж на базе в Новогорске мыкаться. Там хоть не попадется сосед-алкоголик, семья с пятью спиногрызами и бабки с сорока кошками.
А смотровой ордер ему вручил Бесков. Вызвал к себе в тренерскую на следующий день после прилета из Греции и торжественно передал официальную бумагу.
- Цени, Малой, у нас не каждому игроку в твоем возрасте выпадает подобное счастье. Но тебе сам Дерюгин – лично! – велел выделить «однушку» в нашем доме на Новой Башиловке. Кстати, в этом же доме Число живет, так что учти: пойдешь с ним в загулы или на блядки – мигом вылетишь из команды. Понял?
- Вы же знаете, - Данила широко улыбался и разве что не приплясывал от радостного возбуждения. Квартира! Своя! Вот это сюрприз так сюрприз. – Я не пью.
- Ага, из мелкой посуды, - недоверчиво усмехнулся Константин Иванович. – Проходили. Скажу тебе честно, я возражал. Считаю, что рановато тебя еще радовать такими подарками. Рановато. Но Лев Евдокимович, когда узнал, что тебя Бобров в ЦСКА сватает, встал на дыбы и велел немедленно подыскать тебе жилье. Правда, вручить ордер велел только после греков. Конечно, не «двушка», как Сева предлагал, - съязвил Бесков, - но уж извини, чем богаты. – Тренер развел руки в стороны.
- Да что вы, Константин Иванович, - абсолютно искренне ответил Мельник. – Какой может быть разговор, я и думать не думал ни о каком ЦСКА. А квартиры мне и однокомнатной за глаза. Слава богу, семьи-детей не наблюдается, вполне хватит.
Вопросы с пропиской и прочими бюрократическими закавыками решились всего-то за пару дней. Пришлось, правда, после утренних тренировок вместо полноценного отдыха мотаться в Москву, но оно того стоило. Да и Бесков не особо лютовал, наоборот, смотрел на отлучки Мельника сквозь пальцы, справедливо полагая, что чем быстрее парень все решит, тем скорее вернется в рабочее настроение. А то будет дергаться, переживать, выпадет из тренировочного ритма. Нет уж, лучше так. Правда, Данила сейчас находился на седьмом небе от счастья и готов был горы свернуть.
 
По крайней мере, подвернувшийся ему в очередном туре под руку «Арарат» Мельник вынес, чуть ли не в одиночку. Дважды забил сам и еще два раз ассистировал партнерам. В итоге крупная домашняя победа 5-1. Динамовцы после игры шутили в раздевалке, что всей командой надо было в ресторан идти, а Мельник и так справился бы. В газетах особо отмечали вдохновенную игру молодого форварда и высказывали осторожную надежду, что в лице Мельника «Динамо» и сборная команда СССР возможно обрели еще одного хорошего нападающего, способного долгие годы радовать болельщиков и специалистов.
А люди понимающие разглядели под обтекаемыми формулировками о «молодой смене», «еще одном юном таланте» и прочей подобной чепухе даже прямые отсылки к началу карьеры Эдуарда Стрельцова. Лестно, конечно, что и говорить. Бесков, правда, в свойственном ему стиле зачитал перед тренировкой в Новогорске особо хвалебные пассажи и долго язвительно разбирал на контрасте ошибки в игровых действиях Данилы. Мельник не обижался. Он прекрасно понимал, что тренер искренне переживает, как бы у его подопечного не снесло крышу от этих авансов.
А еще через пару дней, получив паспорт со штампом о новой прописке, Данила решил пригласить в гости Елену. Сделать, так сказать, сюрприз. И теперь девушка расхаживала по его новым владениям.
- Кухня сколько метров? – поинтересовалась она, критически оглядывая практически пустое пространство. Прежние жильцы оставили после себя выжженную землю – вывезли все. Хотя, учитывая тотальный дефицит, Мельник не мог их винить за такое поведение.
- Девять.
- Угум, - Андреева погрузилась в какие-то свои мысли. – А комната?
- Семнадцать.
- Санузел раздельный, прихожка метра три с небольшим, лоджия перекрывает и комнату и кухню. – Елена кивнула, словно подытоживая некие расчеты. – Что ж, - она решительно тряхнула головой, - не все так плохо. Бригада ремонтников у отца на примете имеется, сделают в этом свинарнике все красиво и уютно. Мебель закажем во ВГИКе.
- Где? – ошалел Данила. – ВГИК – это же там, где на киношников обучают. Или я что-то путаю?
- Нет, все верно, - снисходительно улыбнулась девушка. – Только ты забываешь, что там по роду деятельности имеется своя столярная мастерская – декорации всякие делают и прочие разности. А я, так уж получилось, через папу познакомилась с их главным. На дачу кое-что для веранды и своей комнаты заказывала.
- Лен, - осторожно поинтересовался Мельник. – А кто у нас папа?
- А, ерунда, заместитель министра культуры, - легкомысленно отмахнулась Андреева. – Что с тобой?
- Ни…ни…ничего! – сумел, наконец откашляться Данила. – Предупреждать же надо! Это что же, у самой Фурцевой?
- Испугался? – опасно прищурилась Елена. – Я думала, ты посмелее. Выходит, ошибалась?
- Еще чего, - набычился парень. – Почему я его бояться должен? И вообще, - решил он немного похулиганить, - знаешь анекдот про прачечную и министерство культуры? Только он малость неприличный.
- Ну-ка, - заинтересовалась Андреева. – Удиви.
Рассказал. Ленка хохотала, как сумасшедшая. До слез. До поплывшей туши. Держалась за живот, пыталась успокоиться, но…
- Ху…чечная! – и новый взрыв смеха. – Ох, уморил, Даня, - смогла, наконец, немного придти в себя девушка. – Вечером расскажу отцу, он точно оценит.
- Лет на пять, с конфискацией? – невинно поинтересовался Мельник.
- Дурачок, - фыркнула Андреева. – Нынче не те времена.
Ага, охотно верю, покивал Данила. Вслух комментировать заявление подруги, разумеется, не стал. Если что, папаша за свою кровиночку размажет и не заметит. И плевать, что на дворе не тридцать седьмой, возможностей и в министерстве культуры хоть отбавляй. Кстати, понятно, откуда Елену знает Бесков – жена из артистических кругов, стыдно не быть в курсе того, кто у них начальник. Но спросил про другое.