Оборотни есть (СИ)

========== Беглянка ==========
No one heard a single word you said.
They should have seen it in your eyes
What was going around your heart.
Ooh, sheʼs a little runaway.
Daddyʼs girl learned fast
All those things he couldnʼt say.
Ooh, sheʼs a little runaway.
Дерек никогда не видел такой красоты. С этим не могли сравниться ни самые шикарные пляжи, ни самые дорогие отели в городах. Он стоял в белоснежном снегу, стянув с головы меховую шапку, которую просто купил у бабульки в поезде, и не мог надышаться, чувствуя что-то первобытное и родное.
  
Здесь было холодно. Гораздо холоднее, чем в округе Москвы. Уже лежал тонкий слой снега, вода покрылась хрустящей тонкой корочкой льда. Чистые и яркие запахи пьянили сознание оборотня, он впервые был на такой чистой от людей территории. Природа вокруг была настолько мощной, что взывала к оборотню наравне с почти полной луной. Сегодня ночью она снова овладеет Дереком, и зверь подчинит его. Но здесь, на природе, это все казалось не таким страшным, как раньше. Земля словно питала его силой, очищала его мысли.
Он приехал в Иркутск рано утром и сейчас, вооружившись картой и рюкзаком, уверенно топал в лес, который высился сейчас со всех сторон. К ночи парень добрался до небольшой охотничьей сторожки, отмеченный на маршруте. Тут, похоже, больше года никого не было, но, после жизни вдвоем с Александром, аскетизм не пугал. Тщательно убрав свои следы вокруг сторожки, Дерек вошел внутрь, разложив вещи и наспех перекусив валянным мясом и консервами.
Ночь и луна наступали на пятки. И с приближением времени обращения невольно вспомнилось, ради чего Дерек вообще тренировался с Александром. От Маркуса не было никаких вестей. Где-то в лесу взвыл волк, словно зовя Дерека присоединиться к нему.
Когда ночь опустилась на лес, Дерек не спеша разделся, толкнув дверь, и ступил босыми ногами на снег, смотря, как тучи тают, открывая ему полную луну, а первая судорога сводит мышцы. Еще секунда, и она повторяется, а потом они идут одна за другой, заставляя тело ломаться в позвоночнике. С неба пошел снег, который таял на горячей коже вервольфа, которая пошла рваными трещинами, высвобождая черную густую шерсть, и зверь поднял косматую голову, завыв протяжно, стряхивая остатки человеческой природы. Трансформация завершилась, и волк переступил по снегу мощными лапами, принюхиваясь. Звериный голод, накопившийся за два месяца, разрывал изнутри. А потому тончайший запах двух мужчин, охотников на медведей, судя по въевшейся в кожу крови животных, был не только легко различим, но и заставлял немедленно удовлетворить голод.
Зверь, не раздумывая, двинулся вперед. Он двигался быстро и бесшумно, скрытый темнотой ночи и тенью деревьев. Двое мужчин уже отыскали берлогу, собираясь выкурить зверя и, воспользовавшись его беспомощностью, убить. Волк зашел им в спину и замер, выжидая. В желтых глазах, обычно горящих голодным безумием, проскользнула вполне человеческая мысль: «Он такой же, как я…они истребляют нас, когда мы беззащитны…они должны умереть». Дерек словно шепнул эту мысль своему второму я.
Тем временем охотники подняли шум, будя медведя, и вскоре ельник, бывший его берлогой, зашевелился. Мужчины отскочили назад, чтобы не попасть под лапу медведя, и один из них налетел на оборотня спиной. Он обернулся, в глазах мелькнул ужас, и через мгновение он заорал. Однако крик почти тут же оборвался, превращаясь в хриплое бульканье. Мощные челюсти прокусили горло, ломая хрящи, роняя добычу на землю и с наслаждением вгрызаясь в горячую плоть. Между тем огромный бурый медведь уверенно пошел на второго охотника, оставшегося в одиночестве.
— Нет! Нет! Так не бывает! — мужчина в ужасе пятился, даже не оглядываясь, широко раскрытыми глазами глядя то на медведя, то на оборотня и ошметки плоти товарища в его пасти. Раньше оборотень бы отогнал конкурента, но сейчас этот зверь был неуловимо другим. Смотря на медведя и вместе с ним делая шаг, они просто зажимали охотника с двух сторон. Косматый сперва скалился, но потом словно понял, что неожиданный союзник не только спас его шкуру, но и предлагает совместную охоту.
— Н-н-не н-н-надо, — взвыл мужчина, словно звери могли его понять, и в следующую секунду не выдержал, развернулся и бросился бежать. Черный волк припал к земле и прыгнул, настигая горе-охотника и сбивая того с ног, роняя в глубокий снег. Отлетевшее ружье, к которому он потянулся, было перекушено пополам. К ним присоединился медведь, и волк, облизнув окровавленную пасть, отступил, давая лесному собрату насладиться поздним ужином.
Вопль ужаса и боли потонул сначала в снеге, а затем в хрусте. Потревоженный и озверевший, обычно спокойный медведь, когтями разодрал плоть человека и зубами ухватил кусок. Кровавая слюна капала на снег. Но медведь не убил несчастного, человек продолжал биться в предсмертной агонии и пытаться дышать.
Волк стоял вдалеке, наблюдая за развязкой и не спеша соваться под лапы медведю. Он сейчас чувствовал то же, что и он, и в то же время какой-то стальной стержень внутри контролировал его, не давая присоединиться. Наконец, развернувшись, оборотень перемахнул через поваленное дерево, помчавшись вперед.
Остановился он на небольшой опушке, смотря на полный диск луны, и затем опустил морду. Сперва ничего не происходило, но вскоре мышцы зверя начали подрагивать, едва ощутимо сжимаясь. «Я смогу…я смогу…я должен попытаться, » — упрямо твердил зверю человек. Занятый попыткой, парень не сразу заметил, что несколько пар желтых глаз наблюдают за ним из чащи.
Давление полной луны когтистой лапой удерживало зверя, не давая человеку побороть его. Но вот полупрозрачное облако скользнуло по бледному диску, и лунный свет, чуть приглушенный, словно отпустил человека и зверя.
«Борись с ним, подчини его, Дерек!» в голове прозвучал как наяву голос Александра, словно придавая силы, и зверь зарычал, выгибаясь и падая на землю. Тело начало вытягиваться, обретая черты человеческого тела, но не сбрасывая шерсть. Желтые глаза впились в высокое небо, отражая свет луны. Новый приступ боли скрутил все его естество, и Дерек закричал, царапая рукой с длинными когтями снег, переворачиваясь на живот и склоняя голову. Луна снова показалась из-за облаков, грозя вновь обернуть его зверем, но парень был упрям. Ударив кулаком по земле, он прорычал, и из волчьей пасти вырвалось человеческое:
— Смогу…
Шерсть стала опадать клочьями, и, спустя пару минут, первый оборотень за бог знает сколько лет сбросил шкуру в полнолуние, забрав последние силы и заставив человека упасть в снег. Угасающим взглядом Дерек увидел, как на свет выходит серая волчица.
Сознание Дерека померкло, и перед внутренним взором вместо снега возникла жаркая Португалия. Солнце здесь едва зашло за горизонт, в спину ласково дунул ветер, заставляя короткие коричневые пряди падать на глаза. Сознание оборотня сейчас намертво слилось с ее реальностью, и Дерек, сам того не зная, видел все глазами Элис.
Девушка смотрела, как диск полной луны становится все ярче на фоне темнеющего южного неба. Долгий тихий выдох сорвался с красивых губ, а взгляд опустился вниз. Элис стояла на холме, а внизу раскинулись огни и яркие ленты цирка. Она чувствовала их, охотников. Знала, что они рядом. И знала, что бежать — значит стать открытой мишенью. Рядом с людьми был шанс…на что?
Мысли потонули в дикой боли, заставившей тело согнуться пополам, ломая кости. Удлиняющиеся зубы рассекли губы, из груди вырвался крик боли, который перешел в вой. И она выла до тех пор, пока менялась, мучительно и болезненно. Через несколько долгих минут на вершине холма выпрямилась поджатая вервольф, на полголовы ниже самцов. Ее шерсть имела причудливый оттенок: наравне смешались серые и коричневые волоски, в свете луны делая шкуру рыжеватого оттенка.
  
Когти царапнули землю, вырывая траву. Зверь тяжело дышал, чувствуя страх из-за витающего в воздухе серебра. Опустившись на все четыре конечности, Элис втянула носом воздух, чуя людей внизу, в ярких палатках цирка.