Твой маленький монстр (СИ)

Воображение как по команде рисует пол, медленно покачивающийся под ногами. Я достоверно пошатываюсь, и все благополучно отвлекаются на меня, мигом позабыв недавние угрозы. Один лишь Ринат, склонив голову набок, продолжает прожигать меня цепким взглядом. Просёк что ли и теперь осуждает? Да на здоровье!
По сути, мне совсем не стыдно лгать и притворятся. Все люди так поступают, и чем лучше у них это получается — тем высше шансы достичь желаемого. Главное не попадаться.
  
Новенький
 
— Видала, как Левицкая позеленела, когда увидела твой браслет? — заискивающе склоняется ко мне Ева, исполнительная и безотказная проныра, которой цены бы не было, умей она хоть иногда держать рот на замке. — Отличная новость! Наша Златовласка осталась без подарка на новый год.
Мы праздно шатаемся по школьному холлу в ожидании звонка на второй урок.
— Ты уверенна? — скептически вскидываю бровь. Что-то верится с трудом, ведь папашка Екатерины Левицкой, моей заклятой конкурентки, балует её до безобразия.
— Там такой скандал был! — злорадно улыбается одноклассница, старательно потакая моей неприязни к сопернице. — Я у сестры её двоюродной выведала. В общем, аккурат за два дня до новогодней ночи она забыла выйти со своей странички в ВКонтакте, и папаня прочитал её переписку с Чижом из параллельного класса. Он ей там как раз настрачивал, что она круто целуется. Ох, и влетело Катьке! Мы её ещё не скоро на школьной дискотеке увидим.
Папа у Левицкой декан, очень суровый и строгий мужчина. Учитывая его негативное отношение к легкомыслию своих студентов, чужих по сути людей, Кате сейчас должно быть не сладко. Отец наверняка не ограничился одними нотациями. И поделом ей! Успешность не прощает халатности, накосячила, так учись либо скрывать это, либо достойно выпутываться. Лохушка.
Я присаживаюсь прямо на подоконник и довольно хмыкаю. Учебное полугодие начинается блестяще: Катька в опале, а Трошин пропустил свой первый урок — рубашки покупает. Жизнь налаживается на глазах. Тем временем Ева начинает восторженно делится подробностями своей поездки к родственникам, и я полностью абстрагируюсь, лишь изредка кивая.
Ева хоть и считается моей лучшей подругой, для меня дружбы в привычном понимании этого слова не существует. Вера в бескорыстные отношения удел неудачников и наивных мечтателей. Если два человека как-либо взаимодействуют, значит, в основе их союза стоит энная выгода. Например, я Еве нужна для поднятия статуса, а она мне — как самый надёжный источник информации и свежих сплетен. Чистый профит, ничего личного.
— О, смотри, кто идёт. Климов собственной персоной, — прервав на полуслове свой нудный рассказ, Ева взволнованно прижимает ладони к горящим щекам.
Моё внимание мигом фокусируется на иконе мужской красоты и стиля нашей школы. Эдуард Климов перевёлся к нам этой осенью, и сразу же занял собой мои мысли. Обеспеченный, красивый, стильный, щедрый, крутой — этот список кажется бесконечным. Встречаться с ним, значится в первой же строчке моих планов на жизнь. Одна беда смешивает карты — парень не обращает на меня никакого внимания. Не замечает и всё тут!
Эдуард замешкивается, чтобы поздороваться с моими одноклассниками, и короткое приветствие предсказуемо перетекает в оживлённую беседу. Похоже, мне представился подходящий повод ненавязчиво напомнить о себе.
Дело в том, что в меня влюблены все парни в классе, чем естественно грех не воспользоваться. Кто-то делает за меня особо нудную домашку, кто-то решает мой вариант на контрольных, а кто-то пишет вместо меня рефераты. Чтобы не отбить у ребят желание за собой ухаживать, я никому из них не отдаю предпочтение, и годами умело держу всех во френдзоне. Очень удобно.
Чинно поравнявшись с окружившей Эда компанией, я небрежно здороваюсь, и позволяю своим верным кавалерам окружить себя живым кольцом. Мои расчёты себя оправдывают, ажиотаж собеседников волей-неволей привлекает внимание Климова. Брюнет скользит по мне изучающим взглядом и… невозмутимо продолжает прерванный разговор. Гадство! Видимо одной внешностью этот экземплярчик не пронять, нужно искать общие интересы.
 
Пока я украдкой рассматриваю объект своей охоты, в котором безупречно всё, от идеально выглаженной формы до стильной укладки, сам он удивлённо смотрит куда-то мне за спину. Я, не выдержав, заинтересованно оборачиваюсь.
Явился.
— Это ещё что за неандерталец? — потрясённо выдаёт Эд.
— Мой сводный брат, — понуро признаюсь я, чем заслуживаю жалостный взгляд Климова.
Оппа, а это уже эмоция! Значит, тему нужно будет развить.
Ринат же в своём репертуаре: собранные в невероятный пучок дреды, огромные наушники, даже форма на нём выглядит вопиюще небрежно! Его жилет расстёгнут, рукава закатаны, и взгляд какой-то не такой, как дома. Наглый что ли.
— Полный финиш, — резюмирует Эд. Холодные серые глаза окатывают Тролля таким презрением, что даже мне становится не по себе. А вот Ринату хоть бы хны. Походу братец порядком тормозит.
— А мне с этой каланчой приходится жить, — доверительно придвигаюсь ближе к Эду. — Знаешь, какой он гад неадекватный?
Ринат как раз снял наушники и прекрасно всё слышит. Почему-то усмехается. Затем, словно для полноты эффекта, шлёт нам свою фирменную улыбку, и я чувствую, как мою руку сочувствующе сжимают пальцы Климова.
Ох, божечки! Он держит меня за руку. Я это сделала!
— И ладно бы просто придурком был, — быстренько закрепляю за Ринатом новую характеристику, нисколько не смущаясь его присутствия. — Так от него вечно одни проблемы, теперь даже в школе спасу не будет.
Утончённого Климова моя беда, очевидно, трогает, ибо парень отводит от Тролля свои потрясающие тёмно-серые глаза и шлёт мне одну из самых обольстительных своих улыбок:
— Малышка, возникнут траблы — обращайся. Буду рад помочь.
Говорит и, подмигнув на прощание, удаляется. Вот это парень! Мечта.
Мои верные ухажёры, немыми зрителями наблюдающие явление Трошина народу, и прекрасно слышавшие какой он гад, тут же покровительственно меня обступают, отрезая от братца живой стеной. Я едва сдерживаю усмешку, настолько забавное получается зрелище. Ребята минимум на голову ниже меня, а уж про Рината я вообще молчу. Не зря нашу компанию за глаза называют «Белоснежка и семь гномов». Ева, когда рассказывала, долго потешалась над метким сравнением. Ведь моя внешность (а я высокая, синеглазая шатенка с бледной кожей) и фамилия Снежинская только добавляют ему достоверности. Правда сейчас мои гномы больше напоминают сторожевых псов, готовых по первому приказу кинуться на обидчика.
— Покажешь где наш класс? — цедит Ринат, глядя куда-то поверх меня.
— Направо по коридору, — отвечаю безразличным тоном. — Дальше сам разберёшься, не маленький.
— Спасибо.
— Ребята, а пошли во двор, — делаю вид, что не расслышала слов благодарности. Перебьётся. — Смотрите, какой снег пошёл!
В класс мы вваливаемся вместе со звонком, румяные и весёлые после игры в снежки. Ринат уже успел обосноваться за стоящей перед учительским столом партой, чем лишний раз подтвердил мои сомнения в своих умственных способностях. От этого места все открещиваются, как от огня. Кому охота постоянно быть под прицелом преподавательских глаз? Парты у нас в школе одноместные, так что Тролль добровольно поставил крест на возможности как-либо списать. Тормоз.
Пока я прожигаю глазами профиль Рината, в кабинет, мило беседуя с Тамарой Ефимовной, нашей классной руководительницей, вплывает Катька Левицкая. Как обычно, при виде одноклассницы мои руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Эфемерная, нежная блондинка, миниатюрная и хрупкая, как фарфоровая кукла, словом полнейшая моя противоположность. У девушки огромные, орехового цвета глаза, и в данный момент она почему-то не сводит их с моего сводного брата. А тот аж рот приоткрыл, как лох последний. Не удивлюсь, если Тролль уже успел в неё втрескаться. С него не станется.
— О, вижу, новенький на месте, — улыбается Тома (так мы между собой сокращаем имя классухи), завидев приосанившегося Рината. — Выйди и представься, пожалуйста.