Шаг из тьмы 3 (СИ)

Видя что случилось с первыми шеренгами, остальные попытались сдать назад, что оказалось не так просто выполнить. Задние ряды, не видя происходящего впереди, продолжали напирать. На узком причале началась давка, несколько человек успело свалиться в воду, пока предводитель не вмешался, организовав некое подобие отступления.
Воспользовавшись их замешательством, Варяжко успел подстрелить двоих, правда оба раза не насмерть. Климин никого не преследовал, потягаться с охотниками за головами на берегу у него шансов не было. Встав над сбитым первым ударом воином, он ударом ноги вышиб у него меч, и, нанеся удар цвайхандером вертикально вниз, проткнул ему бедро. Выдернул лезвие из ноги воющего от боли мужика, не поворачиваясь отступил к своим.
Пока получившие неожиданно сильный отпор охотники за головами приходили в себя, решая, как поступить со следующим штурмом, в порту появились новые действующие лица. Богато одетый мужик со свитой и, вот те раз, двоих из них Алексей знал. Точнее, имел счастье встречаться. Счастье потому, что в тот раз смог уйти живым. Дружинник из Серёгиной охраны, которому он хорошо проредил зубы и прыткий дед, которого он приложил о стену. Понятно, тяжёлая артиллерия прибыла.
Ладно, дед — классный рубака, но для рукопашной схватки есть своё время и оно называется молодость. С охранником хуже, такого цвайхандером не испугаешь и не остановишь, как фехтовальщик он на голову выше. Но, судя по всему, в рукопашную они лезть не собирались, а, наоборот, намеревались перейти к правильной осаде. Разряженныйостановился в отдалении, подозвал к себе воинов и начал раздавать приказы. Понятно, значит главный как раз он, до этого была инициатива снизу. Что именно он говорилслышно не было, но народ одобрительно загудел и побежал выполнять его распоряжения.
У них что луков нет, уже давно бы расстреляли, тут-того причала, всего ничего, на таком расстоянии даже его продвинутый доспех не спасёт. Всё, пора кончать с гуманизмом. Подполковник спрятался за щитоносцев и приказал обоим рядам встать на колено, алебардщикам заряжать, Варяжке подавать, а сам взялся за арбалет. Подстрелить разодетого не получилось, мужик был всё время на чеку и сумел увернуться от стрелы. Прыткий дед и охранник после первого выстрела буквально растворились. Остальные — или не обладали достаточным опытом, или повезло меньше. Но пока они очищали пространство перед причалом, Алексей сумел застрелить одного и ранить ещё двоих. Восемь ноль, отличное начало, ваш ход господа!
Луки у них нашлись довольно быстро, завязалась вялая перестрелка, в ходе которой один из лучников получил арбалетный болт в плечо, второй в лоб. После чего перестрелка затихла сама собой, оставив в новгородских щитах пару десятков стрел. Между тем, нападающие не теряли времени даром, активно готовясь к решающему штурму. Случилось именно то, чего больше всего опасался Климин, смоленская ладья отвалила от причала, намереваясь поддержать штурм со стороны реки. Оставшийся на суше народ, проанализировав свои ошибки, решил не ввязываться в открытый бой, а попросту блокировать их выход с причала, для чего пригнали из города гружённую дровами телегу, грозя поставить их меж двух огней. Разумно. Подполковник уже хотел скомандовать идти на прорыв, когда в порту появился один колоритный персонаж, в окружении подельников, иным словом описать окружавший его вооружённый сброд было бы весьма затруднительно.
Между предводителем охотников за головами и вновь прибывшими завязался разговор, судя по выразительным жестам и периодическими опусканиями рук на рукояти мечей, беседа протекала на повышенных тонах. Разобрать слова не удавалось по причине значительного расстояния, но смысл не вызывал особых сомнений. Не иначе, местным держателям акций ОАО «Берлад — экспроприация» не понравились вооружённые разборки в принадлежащем им порту. Соответственно, противоположная сторона требовала прекратить вмешательство в их дела. Алексей с опаской подумал, как бы стороны не договорились взять всё и поделить, тогда точно хана. Его опасения развеяло третье лицо, прибывшее на переговоры. С его появлением командир охотников и местный товарищ резко сникли и сбавили громкость.
 
Пришли ли стороны к компромиссу — неизвестно. Вновь прибывший забрал у одного из охотников щит, поднял его над головой, развернув лицевой стороной к себе. Так и пошёл по направлению к причалу. Приказав одному из новгородцев продемонстрировать в ответ тыльную сторону щита, Алексей направился на переговоры. Увидев их мирные намерения, переговорщик отшвырнул щит, пойдя дальше налегке. Встретились на берегу, в самом начале причала.
— Я — Вольга, сотник Ярослава Владимирковича, — без затей представился переговорщик и усмехнувшись добавил, — поставлен здесь за порядком присматривать. А ты кто таков? По какому поводу наделал мне покойников?
— Алексей, Сергея сын, — представился Климин, махнул рукой в сторону новгородцев, — это мои люди. Напали на нас эти тати, вот мы их малость и побили.
— Тати говоришь? — сотник в задумчивости погладил бороду, — а вон тот, разодетый, говорит что он сам боярин суздальского князя, а тать как раз ты. Требует задержать тебя и людей твоих, да выдать своему князю с головой. И говор у тебя странный, бронь необычная, откуда ты и что здесь забыл?
— Долго рассказывать, — начал было Климин, но собеседник перебил его.
— А ты постарайся, — в голосе прорезалась сталь, — пока у меня настроение не испортилось.
— Понял, — Алексей примирительно поднял руки, злить свою единственную надежду на благоприятное избавление от преследователей вовсе не входило в его планы, — если кратко, прибыл я из земель киданей в поисках лучшей доли. Сам я военный инженер, по вашему городник и мастер пороков. Мой отряд нанял Киев для устройства пороков и войны против суздальского князя. Когда город пал, нам удалось пробиться за стены и вот, я здесь. Видимо я хорошо выполнял свою работу, что суздальский князь назначил награду за мою голову, а они захотели её получить.
— И давно ты из Киева? — помрачнел собеседник.
— Десять дней как.
— Кто может подтвердить твои слова?
— Со мной два киевских жителя, что прибились к моему отряду.
— Не густо, — покачал головой сотник, — подозреваю, то что они киевские мужи, подтвердить здесь никто не сможет?
— То не ведаю, — пожал плечами Алексей, — а знаком ли тебе киевский боярин Борис Романович, прозываемый Тихим?
— Знаком, — насторожился собеседник. В яблочко, ну правильно, ещё бы ему был не знаком главный мент соседнего княжества, а если повезёт, он ещё и у него дома бывал.
— Его старшая внучка со мной, она может подтвердить мои слова.
— Девка в суде свидетельствовать не может, — отрезал сотник, — хотя, поговорить можно. Пусть придёт, подскажи только, как зовут, а то уже запамятовал?
— Ирина.
— Вот и славно, — в глазах собеседника что-то мелькнуло, похоже, только что ему устроили маленькую проверку, которую он прошёл, — дай нам наедине перемолвиться.
Подполковник вернулся к ушкую, вызвал девочку, попросив поговорить с дружинником Галицкого князя, сам встал за стену щитов, взяв в руки заряженный арбалет. Сотник, конечно, производил впечатление человека вменяемого, но жизнь бывает преподносит сюрпризы. А с такого расстояния, да ещё и с арбалетом в руках их можно свести к минимуму. Разговор с девочкой вышел долгий и, судя по всему, то что она рассказала, настроения сотнику не добавило, уж очень нервно он махнул рукой Алексею.
— Что ж, мастер, не соврал, помню девку и отца её знал и деда. Но по нашим законам свидетельствовать в суде она не может. А брань меж вами требует княжьего суда, который я и учиню не медля.
— Подожди. Никто ведь из ваших не пострадал, урона чести для твоего князя от нас не было, распря токма между мной и этим суздальским боярином. Так разреши нам Божьим судом закончить наш спор.
— Хорошая мысль, — Вольге явно не хотелось влезать в грязную историю, а судебный поединок снимет сразу все вопросы. Сотник повернулся к охотникам, — эй, Кучкович, подойди, разговор есть.