Шаг из тьмы 3 (СИ)

«Не послушали мы Евангелия, — со скорбной миной причитал монашек, — не послушали апостола, не послушали пророков, не послушали светил великих … Не раскаялись мы пока не пришёл князь владимирский безжалостный по Божьему изволению… Испытав сие, братья, убоимся наказания этого страшного и припадём к Господу своему с исповеданием, да не навлечём на себя ещё больший гнев Господень, не наведём казни больше прежней! — в этом месте он уже сорвался на визг, — Доколе не отступим от грехов наших!? Пощадим же себя и детей своих! В какие времена видели мы столько жестоких смертей? — он махнул в сторону пролома, где как раз больше легло сожжённых суздальцев, — А если предадимся мы воле господней, то всяческим утешением утешит нас Бог небесный, аки детей своих помилует Он нас, печаль земную отымет от нас!».
Пробрался сквозь толпу, благо люди его уже знали, да и одетая поверх полушубка туника с крестом внушала гражданам уважение. Протиснулся вперёд и залез на баррикаду рядом с монашком, тот недоумённо посмотрел на него и уже хотел что-то сказать, но Рябушев опередил.
— Я ненадолго, только уточнить один вопрос, — не давая оппоненту опомниться затораторил хирург, — я правильно понял, суздальское нашествие это наказание Божие?
— Во истину так, сын мой, — важно провозгласил монашек.
— Сын? — картинно удивился Рябушев, — ты ещё пешком под стол ходил, когда я уже лекарем стал. Но если ты считаешь себя мне духовным отцом, то это тоже чушь собачья. Потому что поганый еретик им являться не может!
Среди практикующих хирургов, как правило, не встречаются ни знатоки рукопашного боя, ни особые силачи. Так сказать, издержки профессии, руки хирурга не только его хлеб, но и всегда чья-то жизнь. С трясущимися после тренировки руками не очень-то по-оперируешь. Но, природа не терпит пустоты, невеликая физическая сила компенсируется высокой точностью её приложения. Хирургу без точности ни куда, времена Пирогова, когда операции проводились под лозунгом «быстрей, быстрей, пока пациент не умер от болевого шока», давно прошли. Сумка с инструментами описала короткую дугу и соприкоснулась с челюстью монашка как раз в том месте, где во внешнем кармане лежал болторез. Рябушев нагнулся над бесчувственным телом и со щелчком вставил ему на место выбитую челюсть, «точность вежливость королей», с усмешкой вспомнил старый рекламный слоган.
— Ну что господа, — обратился хирург к ещё не перешедшим в себя горожанам, — кто поможет мне доставить еретика на суд к владыке?
Как ни удивительно, в желающих поспособствовать оказалась практически вся толпа и особых вопросов по поводу его самоуправства у граждан не возникло. За прошедшие полтора года подзаработал некоторый авторитет. Потом, ещё эти его шашни с церковью, в виде организации братства и одежда с крестом…. Похоже, народ счёл происходящее внутрецерковной разборкой. Непосредственно учавствовать, ну его нафиг, а посмотреть со стороны очень даже забавно, зомбоящика то нет, скучно однако.
Владыка как обычно был весь в делах, но когда к его палатам подвалила такая толпа, вышел лично. И похоже малость ошалел, когда узнал о поводе для сборища. Да, свобода воли это больная мозоль всего христианства, как с первых соборов начали ломать копья, так по прошествии двух тысяч лет и не закончили. А в промежутке случилась реформация и тридцатилетняя война, это не считая костров на площадях и обычных разборок типа варфоломеевской ночи.
Недовольство архиепископа понять немудрено, про господ Лютера и Кальвина он естественно не слышал, но к чему могут привести такие дискуссии в осаждённом городе, представлял прекрасно. Это помимо того, что сама тема чрезвычайно скользкая, сколько народу посворачивало на ней шеи, страшно подумать.
Первым выступал Рябушев, как заваривший всю кашу. Чтоб ввести Феофана в курс дела, начал издалека, мол прохожу мимо недавнего пролома, а там на баррикаде гражданин в рясе вещает будто Господь решил наказать нас за грехи использовав суздальского князя в качестве карающей длани? В таких случаях, чтоб самому не прилетело, нужно правильно расставлять акценты и хирурга понесло. Это что, Иисус говорил про возлюби ближнего, а потом разгневался и покарал нас всех оптом, от младенца до старика, прислав для этого таких же христиан? Они тоже в чём-то провинились? И получается, что он сначала принимает мученическую смерть ради нас, а потом натравливает друг на друга? Не берусь утверждать, но на первый взгляд, здесь не просто ересь, а попахивает сатанизмом! А как его слова согласуются со свободной волей? Решения шестого вселенского собора успели пересмотреть, или это личная позиция обвиняемого? Большинство мирян выпали из реальности минут через пять, слабовато у народа со знанием писания, а про решения первых соборов, не все церковники в курсе. Архиепископа хватило на десять.
 
— Довольно! — прогремел в морозном воздухе его голос, — я понял тебя Владимир. Теперь ты — обратился к монашку, — Иоанн, говорил ли людям сим о том, что суздальское войско послано нам самим Господом в наказание за грехи наши?
— Да владыко, — не стал юлить монашек — ибо…
— Достаточно! — прервал его Феофан и уже обращаясь ко всем собравшимся закатил проповедь на полчасика. Не отнять, у мужика талант, проповедь может выдать на раз, без бумажки и подготовки, причём не запинаясь, без эканий и аканей, речь свободная, образы яркие. Рябушев попов не любил, но проповеди архиепископа всегда слушал с удовольствием, наверное именно такими и были первые христианские проповедники, во времена, когда вера ещё не стала религией. Как и предполагалось, Феофан сгладил острые углы, рассказав собравшимся, что после того, как кровь Спасителя смыла с нас первородный грех, для людей началась новая эра. Путь указан, никто на него силком не тянет, откровений свыше больше не будет до страшного суда. С воздаянием же, придётся потерпеть до окончания земного пути, но не сомневайтесь, воздасться. Поэтому, не стоит обвинять Создателя в собственных проблемах и заявления о Божественном наказании являются просто легкомысленными. А про сатанизм, наш уважаемый лекарь немного погорячился в своём излишнем рвении. В общем, всем спасибо, все свободны, кроме виновников торжества.
Дождавшись пока новгородцы разойдуться, Феофан двумя пальцами подозвал к себе обоих.
— Не думал, что ты так превратно понимаешь писание, Иоанн, — прошипел он на монаха, — но сдаётся мне, здесь дело в обычной гордыне. Нравиться когда тебя слушают открыв рот, пусть даже изливает он откровенную глупость?
— Всё происходит по воле Его! — взвился монах.
— Ну вот и посидишь в порубе до окончания осады! — огрызнулся архиепископ, — согласно твоим умозаключениям, можешь считать меня исполнителем Его воли. Увести его — бросил он служкам и повернулся к Рябушеву.
— А тебя старый, чего на подвиги во имя веры потянуло? Думаешь у меня других забот нет? Жизни спасай в лечебнице, вот лучший подвиг!
— Царство разделившееся в себе не устоит и дом разделившийся в себе падёт. Мне нужно было мимо пройти?
— Знаю, писание ты разумеешь, только про шестой всенский собор ты зря вспомнил.
— А что не так?
— Да всё не так! Слышал звон, да не знаешь где он. Кроме всего прочего, шестой собор определил правила поведения для духовенства и мирян, и кстати, на будущее, «не подобает мирянину пред народом произносить слово, или учить, и тако брать на себя учительское достоинство, но повиноваться преданному от Господа чину, отверзать ухо приявшим благодать учительскаго слова, и от них поучаться Божественному», это из его постановлений. При некоторой ловкости можно тебя за это притянуть. А то о чём ты говорил, звучит вот так, «Проповедуем также по учению святых отцов что в Нем и две природные воли, и два природных желания, и два природных действиянераздельны, неизменны, неразлучны, неслиянны. И две природные воли не противоположны одна другой, как говорили нечестивые еретики, — да не будет! Но Его человеческое желание не противоречит и не противоборствует, а следует или, лучше сказать, подчиняется Его божественному и всемогущему желанию». Это о Христе, если до тебя не дошло.