Отец на час. Работает спецназ (СИ)

Хмурюсь, восстанавливая дыхание.
Это ведь то же самое, что с подчиненными, Федерика. Стоит выдержать паузу, перед тем как ответить, иначе непедагогично и бесчеловечно.
— И долго ты собираешься сидеть там один? — Складываю руки на груди.
После того как Влад повез юную квадробершу на день рождения к подруге, я приняла успокоительное и переоделась в свободную белую рубашку и льняные шорты. А еще сделала то, что дома обычно себе запрещаю: нанесла легкий, освежающий тон на лицо и подчеркнула персиковыми румянами скулы.
  
Присутствие в доме двух зрелых мужчин как-то обязывает выпрямлять плечи и быть чуточку «фреш». В смысле свеженькой.
— До тех пор, пока ты не избавишься от этого мужика, мама, я не выйду, — Леон снова ставит мне условие.
— Так не пойдет, — сама не замечаю, как мой голос становится строже. — Пока еще я родитель, а ты ребенок!
— Я не ребенок. Мне уже шестнадцать! — шмыгнув носом кричит.
— Тебе всего шестнадцать, Лео, — мягко поправляю, дергая ручку. Закрыто. — Просто допусти, что ты можешь чего-то не видеть и не знать.
— А ты допусти, что я не обязан слушаться чужого человека. Он мне никто.
— Может быть, Леон, — соглашаюсь, как учили на тренингах для руководителей, и тут же выдвигаю возражение: — Но уважать взрослых ты обязан. Влада... М-м... Владислава Алексеевича приняла на работу я, а значит, своими забастовками ты проявляешь неуважение и ко мне.
— Отстаньте от меня! Все!
— Ну знаешь ли! — тоже взрываюсь и бью ладонью по двери. — Хочешь — сиди там хоть до скончания века.
Топая босыми ногами по ступеням, спускаюсь на первый этаж.
Кажется, моя размеренная жизнь летит в ледяную пропасть. Конечно, все это началось еще раньше, перед нашим разводом с Колей, но сейчас, с появлением в доме Влада Отца, ситуация будто бы обострилась.
С кухни доносятся голоса, и я останавливаюсь в коридоре, поглаживая развалившуюся на диване Каринку. Она, кажется, вот-вот родит.
— Подумай хорошенько, — шепчу ей грустно. — Дети — это тебе не шутка, а с их отцом у тебя тоже траблы. Он ведь даже не появляется…
Каринка равнодушно прикрывает глаза и мурчит.
— Вкусно, Владь… — Мария восхищается кулинарными способностями своего симпатичного мускулистого няня. — Шашлык из кулицы — это вкусна-а-а, Владь.
— Кетчуп будешь? — по всей видимости, захмелевший от похвалы Влад тут же предлагает ей запрещенку.
Маша подозрительно молчит.
Я улыбаюсь. Моя дочь! Знает, что в этих соусах тонны сахара и ГМО. В нашей семье такое отношение к собственному здоровью не приветствуется.
— Мама не лазлешает кечтуп, — сообщает спецназовцам.
— Чем же он маме не угодил? — Влад не сдается. Вот ведь… индюк! — Тем, что «кечтуп» без брокколи?
— Мама не лазлешает, — еще раз вздыхает Маша. Уже грустнее.
Я поднимаюсь с дивана и подхожу к кухне. Стою в дверном проеме.
— Смотри, — Влад, сидя ко мне спиной, показывает Маше упаковку с кетчупом. — Тут написано: «Из отборных томатов и ароматной зелени». Зелень твоя мама больше людей уважает, а томаты… Они ведь полезные?
Моя четырехлетка рассуждает:
— Валвала Селгеевна говолит, что все овощи полезные. И помидолы тоже, — дочь начинает сомневаться и тянется к миске с кетчупом.
— Ну вот… Лупи давай, пока мясо не остыло!.. И хлеб вот. Закусывай.
Сергей, заметив меня, горестно вздыхает и внимательно смотрит на друга:
— Янки в городе…
Янки? Это он про меня.
Оскорбляюсь и закатываю глаза.
— А-а-а… — Влад оборачивается, и от одного прямого, открытого взгляда, захватывающего все мое тело от макушки до пят, я смущаюсь и злюсь одновременно.
Отец же как ни в чем не бывало поднимается.
— Федерика. Садись давай. Я тут немного за тобой… поухаживал. В общем, вот, — растирает лицо ладонью.
На столе красуется тарелка, наполовину заполненная ароматным, пышущим жаром мясом. На другой половине — легкий овощной салат. Все это щедро припорошено мелко рубленной петрушкой.
Это что… флирт по-спецназовски?
— Спасибо, — сквозь зубы благодарю и сажусь напротив. — Маша, если ты поела, можешь поиграть в своей комнате…
— Холошо, мамочка, — она быстро уничтожает следы томатного соуса у себя на губах тыльной стороной ладони. — Спасибо, Владь. Спасибо, Селега.
Схватив мягкую игрушку с пола, вприпрыжку убегает с кухни.
— Я просила не кормить моих детей всякой ерундой! — сразу же нападаю.
Справа слышу тяжелый вздох Сергея, кажется, вместе с матом. Это неожиданно приводит меня в ярость, которую я обрушиваю, естественно, на своего сотрудника. Тренинги здесь больше не работают, пора переходить на успокоительные.
— И не надо лезть, если вас не просят!.. — не сдерживаюсь и вскакиваю со стула.
Упираю руки в стол и нависаю над ним, как коршун.
— Это что ты имеешь в виду? — Влад поднимает голову и щурится.
Силы небесные, помогите!
— Вы! — рычу сквозь зубы.
Достал. По самые «помидолы».
— «Вы»? — ноздри спецназовца раздуваются явно не от хорошего настроения.
— Да! «Вы»! — язвительно повторяю. — У вас с этим какие-то проблемы, Владислав Алексеевич?
— Да вы...
— Что?
— Да-вы-ебывались, — угрожающе произносит, тоже поднимается и теперь, как я, нависает над столом. — Вы-вы, Федерика Тореодоровна, если ваша левая ягодица так захотела!
Довыебывалась?.. Да как он смеет, черт возьми?
Чувствую, как щеки опаляет жар.
Между нашими лицами сантиметров пятьдесят и носятся отравленные дротики, которыми мы забрасываем друг друга мысленно.
Влад смотрит недобро, словно действительно разозлился и шутки кончились. Только вот я стендап и не начинала.
Сергей продолжает ковыряться в своей тарелке и, видимо, стараясь сгладить углы и перевести тему, возмущается:
— Все равно не понимаю. Хоть убейте. Вот у нас детство было: и Алиса с котом Базилио, и Чебурашка, и Шариков из «Собачьего сердца»... А мы все равно ошейники не надевали…
— Хватит! — кричим с Владом в унисон.
Азиат захлопывает рот и пожимает плечами, а мы снова прожигаем друг друга взглядами.
— Вы больше ничего не будете предпринимать без моего ведома, Владислав Алексеевич! — делаю тон угрожающим. — Никаких кетчупов, никаких манипуляций с Сатаной или с новым увлечением Эльзы.
«… и никаких поцелуев», — добавляю про себя.
— Отлично, — соглашается Влад, поигрывая грудными мышцами. Или это получается непроизвольно? — Больше хрен дождетесь…
  
Глава 19. Федерика
 
Подъезжая к дому, посматриваю в зеркало и устало вздыхаю. Окончательно расстраиваюсь. Цвет лица — серый, землистый, глаза потухшие. Кроме того, мое тело вот-вот скрипеть начнет. Как дряхлый продавленный диван на старой даче.
Защита полугодовых бюджетов для дивизионов всегда выжимает из меня все соки. Пожалуй, кроме желудочного. Этот на месте, потому что в животе урчит от голода.
Я просто устала…
Новые ворота, поставленные только вчера, при виде моего «Рендж Ровера» и не думают открываться. Заперты наглухо.
К чему вообще такая серьезная система охраны? Я чего-то не знаю?..
— Черт тебя дери!.. — шиплю, плавно опуская стекло.
Жму кнопку на специальной стойке и нервно постукиваю ноготочками по рулю.
— Да, — хрипит в динамике незнакомый мужской голос.
— Что «да»?.. — отвечаю.
— Вы кто?
— Я? Хозяйка этого дома. На секундочку.
В ответ абсолютная тишина.
Рычу разъяренной кошкой — про себя, конечно, ведь невежливой перед чужим человеком быть не хочется.
— Сейчас уточню у Владислава Алексеевича, — слышу недовольный голос.
— Уточните. Вдруг что-то поменялось.
Злюсь неимоверно.
Моя младшая дочь, мои мысли, теперь мой дом — везде хозяйничает этот хмурый спецназовец, а сил, чтобы сопротивляться его неуемному энтузиазму и, признаюсь, особой мужской харизме, у меня не осталось.
  
Все силы Павел Олегович со своим «Федерика Тао…алваыана» и неспособностью высчитать складские расходы забрал.