Развод. Не простить измену (СИ)
— Не трогай меня никогда! — выдохнула я и снова замахнулась. — А вздумаешь силой утащить в квартиру, я такой погром устрою, что все соседи будут в курсе с кем ты спишь. Да я тебе прямо сейчас машину распишу под хохлому своими материалами!
Я присела резко на корточки и дернула из пакета контейнер. Открыла его и показала Антону.
— Начинать? — уточнила я, подходя к машине.
— Аня, ты просто перенервничала, — выдохнул муж. — Ты понимаешь, что ведёшь себя неразумно и опасно. Ты вообще хоть что-нибудь понимаешь?
Антон взмахнул руками, и с его шеи слетел шарф. Я прищурила глаза и произнесла холодно, приближаясь к капоту авто.
— Я прекрасно понимаю, что не буду больше терпеть такое обращение. Я не буду с тобой, хоть ножом меня режь!
Я приближалась все ближе к машине, а Антон по широкой дуге старался обойти меня. Но я пристально следила за его перемещениями.
— Да ты хотя бы понимаешь сколько стоят роды и ребёнок? — воззвал к голосу рассудка муж, но мне было плевать. Я не та восемнадцатилетняя дура, которая в рот ему заглядывала. Мне надоело быть комнатной фиалкой и терпеть все.
— Я справлюсь сама. Я все сделаю сама. А твоего участия или присутствия в своей жизни не потерплю!
— Да я просто отсужу у тебя ребёнка! — зло выдал Антон, а я оскалилась и заметила:
— Если я только не выйду до его рождения замуж!
По лицу Антона прошла тень ярости, но он умело ее спрятал. Умело и очень быстро, но когда восемь лет глядишь на любимое лицо, замечаешь любые изменения.
— Надо быть полным идиотом, чтобы взять в жены беременную бабу, — фыркнул Антон, а я уде поворачивалась спиной к своему подъезду. Телефон в кармане продолжал вибрировать, и я понимала, что Стас бедный уже весь испереживался, но ответить не могла увы.
— Надо быть последним психом, чтобы столько лет наставлять рога жене, а потом удивляться, что она не согласна жить и дальше так! — выдала я, и Антон все же дёрнулся ко мне, огибая машину. Я нервно взмахнула и бросила в мужа открытый контейнер со штукатуркой. Поскольку Антон подошёл слишком близко, он не смог уклониться и по груди мужа ровным хорошим слоем разлилась белая тягучая масса. Я полными ужаса глазами смотрела на все это, а потом побежала к подъезду. Антон мне что-то крикнул, наверно обидное, но я не расслышала, потому что сердце грохотало где-то в ушах и только писк домофона и мой топот по лестнице не дал мне сойти с ума.
Я хлопнула входной дверью и провернула все замки, привалилась спиной к стене и сползла по ней на пол, сначала думая, что слёзы меня просто затопят, но вместо них на меня напал истеричный смех. Я заливалась икающими смешками. Давилась ими, не веря в то, что только что сделала. Паника и страх наконец-то отступили, и я с трудом смогла встать с пола. Руки все равно дрожали и тряслись. Я щёлкнула выключателем и прямо в обуви завалилась в ванную, открыла кран с холодной водой и стала умываться, чтобы весь жар отхлынул от лица.
Я выронила из рук полотенце, когда в дверь постучали. Нет. Стучат обычно тихо, костяшками пальцев. В мою же дверь били кулаком. И так громко, что послышались нервные крики соседки. Я прошла и посмотрела кто стоял на лестничной клетке.
Мое сердце сделало кульбит. Я думала, подавилась воздухом.
Виктор.
Он зло смотрел на мою дверь и продолжал все сильнее барабанить по железному полотну, видимо надеясь его промять. Я нервно и быстро отворила все замки и выдохнула:
— Добрый день…
— К чертям доброту, девочка, — рыкнул Виктор и схватил меня за запястье. Дёрнул на себя, вытаскивая из квартиры. Я оступилась на пороге и почти влетела носом в широкую грудь под дорогим пальто. — Ты уезжаешь со мной.
Глава 34
Виктор.
Творится там у него.
Стас ещё что-то орал в трубку, а я просто уточнил:
— Адрес.
Друг быстро и нервно продиктовал улицу, дом и квартиру, и я попросил водителя слегка изменить направление.
— Три минуты, Стас, — холодно уведомил я, понимая что эта чокнутая семейка меня не оставит в покое. Да и что греха тратить, не последняя я сволочь, чтобы кинуть Стаса в такой ситуации.
Когда мы въехали во двор, то я попросил водителя притормозить, потому что моему взору открылась чудесная картинка. Анечка, художница, выглядела бешеной волчицей. Она что-то коротко и зло выговаривала мужику хлипкой наружности, ну как хлипкой, я бы такого в охрану не взял. А потом резко дёрнувшись, Аня вытащила как фокусница банку с чём-то и стала демонстративно ей угрожать мужику.
Мужик, как я понял и был мужем. И из того, что успел рассказать Стас, я пришёл к выводу, что неверный козлина приехал забрать девчонку домой, потому что узнал, что она беременна. Но Стас зря нервничал. Аня и без меня прекрасно справлялась. У меня даже стрельнула шальная мысль, что вот так, отстаивая своё, борясь, Анна больше походила на северную валькирию. Но апофеозом сцены стало то, как Анна размашисто бросила в лицо мужу банку, наверно, с краской. Жаль, что стояли через несколько подъездов и не слышно было о чем говорили, но после Аня, быстро собрав себя в руки, стартанула к своему подъезду и скрылась в нем, только светлые волосы мелькнуть успели. Мужик демонстративно отряхивал с груди шпаклевку вроде бы и матерился сквозь зубы.
Выйти что ли, поговорить?
Или оставить на более нужный момент разговор?
А я уверен был, что этот момент обязательно наступит.
— Припаркуйся у того подъезда, куда девчонка убежала, — попросил я водителя и положил ладонь на ручку двери, когда машина заняла парковочное место.
— Босс… — протянул Юра, водитель, — может я сам схожу, вдруг опасно…
— Девчонка с краской? — вскинул я бровь, стараясь не заржать. — Ты меня неженкой не делай.
И открыв дверь. я в два шага дошёл до подъезда, взбежал по ступеням и стукнул пару раз в дверь. Девчонка открыла и стала что-то там про доброту бубнить, но у меня и так встреча похоже накрылась, а если я ещё и на обед с партнёром опоздаю, то совсем взбешусь. Я дёрнул Аню на себя, хлопнул дверью, вырвав из тонких девичьих пальчиков ключи…
— Виктор, вы что делаете? Вы что… — бунтовать начала Аня, чем выбесила меня.
— Тшшш… — протянул я и, схватив ее за локоть, потащил по ступенькам вниз.
— Вы что? Я не буду на вас работать! У меня и так два заказа! И я улетаю в Израиль скоро! И что вы себе позволяете… — сыпала фактами Анна, а я уже открывал дверь машины и запихивал тщедушную фигурку внутрь. Сам обошёл авто и занял место рядом.
— Тшшш… — снова повторил я и обратился к водителю. — Сейчас в квартиру быстро… А ты…
Я перевёл взгляд на надувшую щеки Анну и вспомнил о том, что надо написать Стасу. Выдернула мобильник, набил короткое сообщение, что девчонка со мной и перевёл взгляд на неё.
— А ты, чтобы не создавать неприятностей будешь жить у меня. И только попробуй хоть вопрос задать…
— Что? — вздохнула она, а на щеках проступили красные пятна.
— Я же сказал про вопросы, — вполне миролюбиво напомнил я и посмотрел на экран мобильного. Выматерился мысленно, все же просрав встречу, и полез за планшетном отправить документы помощнику.
— Я поняла про вопросы, но не поняла с какой стати вы меня можно сказать похитили и теперь… — медленно и тихо сказала Аня и, не глядя на меня поджала губы, словно вот вот расплачется. Я покачал головой.
— И теперь тащу в своё страшное логово, — пробубнил я себе под нос и отправил документы.
— Зачем? — выдала Анна, а у меня пришло сообщение с номером перевода и я быстро открыл онлайн банк…
— Ещё вопрос и повезу прямо к мужу… — припугнул я, а Аня вздохнула и полезла в карман куртки.
Через десять минут водитель припарковался на парковке дома, и я быстро вышел из машины, обошёл, открыл дверь как истинный джентльмен и, поймав тонкое запястье моей персональной головной боли, повёл в квартиру.
— В холодильнике еда, в гостевой ванной все есть. В мою спальню нос не совать. В кабинете узнаю если возилась, лично выпорю розгами. Все. Жди, — быстро произнёс я и захлопнул дверь, повернул ключ под поток вопросов с той стороны и вернулся на паркинг. Сел в авто и поехал на работу.