Гамбит Бессмертных

– Хорошо, я буду следить очень пристально…
Лидер кивнул, и его взгляд потеплел.
– Отлично. А теперь оставь меня, пожалуйста. Я должен подумать.
Виктор попятился, затем поспешил покинуть лидера. Он был готов теперь сделать все, лишь бы загладить вину и исправить свою ошибку.
Евгения
Когда утром на следующий день Стас не пришел на работу, сердце Жени будто покрылось инеем. Это было плохо, ведь напарник никогда не опаздывал, приходил даже раньше нее, а если вдруг задерживался, то обязательно об этом писал. Но сегодня никакого предупреждения от него не было, а на сообщение Жени он так и не ответил. Даже не прочитал, галочки в мессенджере не стали голубыми.
Можно было бы позвонить начальнику отдела и спросить, куда подевался напарник, но тот придет не скоро. О Стасе точно знал Муромцев, который всегда приходил на работу за час до официального начала рабочего дня. Но звонить вот так вот главе верви и руководителю всего УСК было бы слишком смело и слишком безрассудно, ведь есть другие способы обо всем разузнать.
Но Женя не выдержит ожидания. Несколько минут она металась между «позвонить Муромцеву» и «не беспокоить начальника», потом наконец приняла решение. Ей нужно было разузнать, где Стас, до того, как придут московские коллеги: Женя не хотела демонстрировать им свои чувства. Этот аргумент перевесил для нее все остальные.
– Доброе утро, – поздоровалась она с начальником, когда тот снял трубку IP-телефона. – Это Котова беспокоит. Я бы хотела узнать насчет Стаса Лаврентьева. Он не пришел на работу, на сообщение не ответил.
Женя надеялась, что голос ее звучал как обычно, без ноток тревоги и беспокойства. Не хотелось, чтобы Муромцев узнал об их отношениях больше, чем полагалось.
– Ах, да, Лаврентьев. Он попросил отгул, – сообщил начальник. – Сказал, что вчера вечером почувствовал себя плохо и решил отлежаться дома. По вашему направлению сейчас нет дефицита рабочих рук, так что я позволил ему отдохнуть. Проблем не возникнет?
От удивления Женя не сразу поняла, что Муромцев ждет ответа.
– А, нет, конечно нет! Московские коллеги справляются замечательно.
– Прекрасно. Как у вас вообще дела? Лаврентьев регулярно направляет мне отчеты, но хотелось бы услышать от вас.
– О, да все вроде неплохо, – смутилась вдруг Женя. – Ну, то есть работаем, ищем новые зацепки. В шесть утра наблюдательная группа отписалась, что Рысина у себя дома, в безопасности.
– Хорошо, рад это слышать. Ладно, Котова, работайте.
– Есть.
И Муромцев первый положил трубку. А Женя, слушая короткие гудки, так и осталась стоять с телефоном в руке. Она смотрела в одну точку перед собой, чувствуя, как сердце пропускало удары, а в горле пересохло. Плохо почувствовал себя вчера вечером?
Но вчера вечером Стас был вполне здоров и бодр, ничто не предвещало его внезапной болезни! И почему он на сообщение не ответил? Ладно, возможно, он и правда заболел и просто спит, а Женя рано поднимает панику? Что ж, придется ждать. А это девушка просто ненавидела, особенно когда душу пожирала тревога.
Она положила трубку на телефон, и как раз в этот момент дверь отворилась: в кабинет вошли Алиса, Марк и Дан. Последние двое о чем-то горячо спорили, а колдунья смеялась над их перепалкой. Женя нацепила на лицо улыбку.
– Привет, – первой поздоровалась она.
– Привет-привет! – махнула рукой Алиса.
– Доброе утро! – почти в один голос поздоровались Марк и Драгунов.
– А где наш начальник? – спросил тут же Дан.
– Заболел, – ответила Женя, стараясь не выдать своего беспокойства, – сказал, немного отлежится и вернется к нам.
– А он хитрец! Завтра суббота, выходной, – подметил Марк, – так что отлеживаться ему целых три дня!
Женя замерла. А ведь правда! За всеми событиями и делами она совершенно потеряла счет дням недели. Для нее все дни слились в один сплошной поток. Значит, Стаса она не увидит до самого понедельника. И не узнает, что с ним! Девушка была уверена, что сам он ничего не расскажет ей, и ее это, вопреки здравому смыслу, обижало.
  
Колдуны расселись по местам. Делать им сегодня по факту оказалось нечего: новых данных по делу не было, новых жертв они не ждали, судя по всему, в расследовании наступил спад. И как любой сотрудник УСК, Женя была этому рада, ведь с такой напряженной работой редкие передышки воспринимались просто как дар свыше. Разумеется, о полноценном отдыхе можно было и не мечтать, ведь в любой момент могла появиться новая жертва, кто-то из тех, о чьем существовании они поначалу не знали и кто был связан с убитыми. А это значило, что в любой момент они должны были быть готовы выехать на место преступления или сорваться в офис.
К тому же они еще не допросили младшего брата Серого, которому теперь должно было отойти все имущество убитого и, скорее всего, пост лидера калининградской волчьей стаи. Впрочем, учитывая, что брату Серого еще не было даже двадцати одного года, а сам он все это время находился на учебе в Санкт-Петербурге, вряд ли он скажет на допросе что-нибудь дельное. Им оставалось надеяться только на какие-то детали, которые не знала Рысина и не сообщил сам Серый при встрече со Стасом перед собственной смертью.
Но брат Серого приедет только в воскресенье вечером, а значит, колдуны все-таки могут до понедельника на этот счет не переживать.
Женю, впрочем, сейчас больше беспокоила не работа, а таинственная болезнь Стаса. Время шло, перевалило за полдень, а он ей все еще не ответил. Она написала ему еще одно сообщение, но и на нем цвет галочек остался серым. Тревога Жени усиливалась, и девушка сидела как на иголках. Она думала, что обед в компании московских коллег поможет отвлечься, но ошиблась. То и дело она посматривала на телефон, экран которого оставался темным, отвечала невпопад или вовсе не сразу реагировала на вопросы и фразы, обращенные к ней.
На обратном пути в Управление Женя сказала друзьям, что хочет зайти за кофе в киоск и попросила не ждать ее. Однако Дан, нахмурившись, проводил ее взглядом, а потом бросил Марку и Алисе:
– Идите, я догоню.
– Это что? Драгунов на нее глаз положил? – подняв бровь, спросил колдун.
– Чушь. Женя влюблена в Стаса. А Дан, похоже, просто смог найти с ней общий язык. С ней сегодня что-то не то, пусть поговорят. Пошли, вернемся в офис.
И, взяв Марка за руку, Алиса потянула его в сторону здания Управления. А Дан догнал Женю у дверей кофейного киоска. Когда она заметила колдуна, во взгляде ее на миг появилось недовольство, но уже через пару секунд он смягчился. Драгунов придержал для девушки дверь, и колдунья первой вошла в прохладное и крошечное помещение.
– Тебе что-нибудь взять? – спросила Женя у Дана.
– Да, черный кофе с корицей, пожалуйста.
С легкой улыбкой девушка кивнула и сделала заказ, попросив для себя дынный раф. Когда кофе был готов, она протянула один из стаканчиков Драгунову. Тот забрал его со словами искренней благодарности и сразу же с наслаждением сделал глоток.
До конца обеденного перерыва у колдунов было еще пятнадцать минут, и они, дойдя до «Быков», заняли одну из свободных скамеек в тени липы. Под «Быками» журчал небольшой фонтанчик, который оккупировали мучимые жаждой сизые голуби, а липы разливали свой сладко-сочный густой аромат над сквером. Некоторое время колдуны сидели молча, а потом Дан спросил:
– Ты сегодня просто сама не своя. Что случилось и как можно тебе помочь?
Не торопясь с ответом, Женя сделала несколько глотков кофе. Напротив них на лавочке сидел со скучающим видом дворник, а его метла, повинуясь колдовству, шуршала об асфальт, сметая мусор и редкие опавшие листья. Переведя на борющихся «Быков» невидящий взгляд, девушка ответила:
– Помочь чем-то – вряд ли. Просто переживаю… за Стаса. Он как-то слишком резко заболел. Вчера с ним было все в порядке. А сегодня он не отвечает на мои сообщения. Даже не прочитал их!
– Хм, – задумчиво протянул Драгунов, – ты не думала, что он, может быть, отдыхает? А заодно решил устроить информационный детокс?