Человек без лица

Она никогда до этого так быстро не кончала. То ли небольшой адреналин, то ли осознание, что оператор может нас все-таки увидеть, но она застонала мне в рот уже через несколько минут.
Когда кончился фильм, мы вышли на улицу. Я все же решила у нее спросить:
— Почему ты... согласилась?
— В каком смысле? — недовольно спросила она, повернув голову.
  
— Ну... Почему ты приняла приглашение в кино? — я прочистила горло, снова начиная нервничать.
— Хотела заняться сексом в кинотеатре. Хорошо, что мы были там одни. Иначе пришлось бы идти на последние ряды. А я терпеть не могу сидеть так далеко.
— Только из-за этого? — я уверена, что не смогла скрыть расстройства в голосе.
— Малышка, ты же не думала, что я пошла, чтобы просто провести с тобой время? — снова наглая ухмылка, снова поднятый подбородок, снова глаза в глаза.
— Знаешь, необязательно всегда быть такой сукой, — сказала я, даже не подумав.
— А что? Раздражает?
— Немного.
— Злит?
— Совсем чуть-чуть.
Мы подошли к моей машине и открыли двери.
— Ну ты же можешь отыграться, чего тебе жаловаться, — расхохоталась она и села на переднее сиденье, кинув плакат на заднее.
— В самом деле, — пробормотала я себе под нос, и тоже уселась в машину.
Мы как обычно ехали в полной тишине, как неожиданно она стукнула меня по плечу и заорала:
— Стой! Останови машину!
Я резко нажала на тормоза и испуганно посмотрела на нее.
— Что?! Что случилось?!
Она ничего не ответила, лишь резко открыла дверь и выскочила из машины. Я ни хрена не понимала, поэтому просто смотрела, что она делает. Может, ей плохо стало? Укачало?
Но нет, девушка присела у травы на обочине и что-то там делала. На протяжении дороги стояли фонари, которые освещали местность, но я все равно не могла разглядеть, чем она там занимается, пока Ира, наконец, не поднялась на ноги, и не направилась обратно, при этом странно держа руки у груди.
Когда она села в машину, у меня чуть глаза не выпали. Она прижимала к себе маленького серого щенка. Щенка!
— Как ты... Как ты увидела его вообще? — только и смогла выговорить я, наблюдая, как она ласково держит этот маленький дрожащий комок с испуганными глазами.
— Я его в свете фар заметила. Он дорогу хотел перебежать, видимо, да испугался. Тут я его и увидела, — она так искренне улыбалась этой маленькой собаке, что я даже ему позавидовала. Наверное, это был чуть ли не первый раз, когда я увидела ее искреннюю настоящую улыбку. И она была прекрасна.
— И что теперь? — спросила я, снова вернувшись на дорогу. — Ты его оставишь себе?
— Я не могу, — грустно ответила Ира, почесывая щенка за ухом, — у меня аллергия на шерсть.
— А куда мы его везем тогда? — не поняла я.
— Я же не могла оставить его там! — сердито ответила девушка. — У меня есть знакомая, у нее свой приют для животных. Отдам ей, а она его пристроит. Он такой милый.
Она подняла его чуть выше и посмотрела в его смешную морду. Щенок лизнул ее в лицо, и она засмеялась. Это был самый прекрасный звук. Нет, правда, я никогда не слышала ее смеха. Ее, настоящего.
Я поняла, что если до этого я еще сомневалась в своих чувствах к ней, то теперь мне все стало совершенно ясно. Я влюбилась. Как последняя дура, как школьница, но влюбилась. Только что теперь со всем этим делать — оставалось загадкой, потому что ей моя любовь вообще никуда не уперлась.
Мы заехали в ночной супермаркет, купили пеленки, миски, корм, шампуни, ошейники, какие-то игрушки. В общем, все то, что понадобится подрастающей собаке.
Когда мы подъехали к ее дому, я сама предложила помочь все это занести в квартиру. Она попыталась отказаться, но я слабо представляла, как она одна попрет собаку, два пакета и еще плакат.
Мы зашли в квартиру и она чихнула.
— Будь здорова, — вежливо сказала я.
— Черт, аллергия проснулась. Блин.
Она шмыгнула носом, а я только в этот момент заметила, что у нее красные глаза.
— Это... Это не опасно? — недоверчиво спросила я.
— Нет. Ничего страшного. Просто мне нужны таблетки, и немного побыть от него... на расстоянии.
— Давай я его искупаю, а ты пока примешь свои таблетки и положишь ему еды. Договорились?
— Нет, не надо, я справлюсь, — покачала головой она и снова чихнула.
— Ты хочешь завтра выглядеть так, будто всю ночь проревела?
Она смотрела на меня с сомнением. Я понимала ее. Принять мою помощь, пропустить куда-то кроме спальни, значит пустить меня в свою жизнь больше положенного.
— Это единственный раз. И только потому, что у меня аллергия, — серьезно, и даже немного грубо проговорила она.
— Нет проблем.
Я взяла щенка, шампуни и, получив от нее полотенце, направилась в ванную, по дороге разглядывая все вокруг.
Увидела я немного, но лишний раз убедилась, что ее квартира стоит как десять моих. Если не больше. Откуда у нее деньги? Что это за таинственная работа?
Щенок начал лаять и играть, когда я щедро намылила его шампунем. Еще больше развеселился, когда я вытирала его.
— Мы помылись и хотим есть! — крикнула я, открыв дверь в ванную.
— Давай я его отнесу, — она так неожиданно появилась у дверей ванной комнаты, что я даже немного испугалась.
Я снова наблюдала картину, от которой мое сердце сжалось. В ее движениях было столько нежности. Она заботливо поддерживала щенка обеими руками и улыбалась.
Я не пошла следом за ними на кухню, решив вымыть руки.
Как она может так меняться? Это же два разных человека. Со мной она холодная и наглая сука, а тут чуть ли не сюсюкала стояла. Может, не такая уж она и стерва? Все напускное, показное.
Но я засомневалась в этом уже через минуту.
— Ты еще здесь? — она заглянула в ванную и недовольно уставилась на меня.
— Знаешь, есть такое слово "спасибо". Его люди используют, чтобы поблагодарить за помощь, — ответила я, вытирая руки полотенцем.
— Я запомню это, — кивнула она без единой эмоции на лице, — уже поздно, так что тебе пора.
— Ты выпила таблетки? — спросила я, направляясь в прихожую.
— Со мной все в порядке.
Опять стена. Опять барьер. Опять стерва.
— Ладно, — вздохнула я, сунув ноги в ботинки, — спокойной ночи.
— Пока.
Я села в машину и задумалась. Как она это делает? Ее глаза светились, когда этот крошечный щенок просто лизнул ее. И тут же она вновь ведет себя, как последняя сука, хотя я просто помогла ей. Ее действия какие-то нелогичные. Но теперь я видела ее настоящей. И я уже не выкину это из головы. Я хочу узнать ее такую.
Следующие пару раз, когда я была у нее, я старалась завязать хоть какой-то разговор. Пыталась спросить про щенка, но она только сказала, что отдала его подруге, что его на следующей неделе забирают в дом, и что с ним все в порядке.
  
Максимум, что мне еще удалось, это как-то перед уходом попросить воды, потому что мне действительно хотелось пить. Она посмотрела на меня недовольно, вытянув губы в тонкую кривую линию, но воды принесла. На этом все.