Лунаэли не сдаются, или Эльфийское кольцо (СИ)
И вообще, я его нежно люблю! И страстно тоже, и…
— Чего это ты так загадочно улыбаешься? — мой ящер нахмурился, с подозрением взирая на меня.
— Потому что думаю о том, как сильно тебя люблю, — призналась, с улыбкой глядя на то, как благоверный расцвел.
Пусть так. Поведать ему о ночном приключении не решусь. Зная горячий нрав супруга, можно быть уверенной, что он тут же прикажет развернуть каретосани и ехать назад. Эльфы получат допрос с пристрастием и полномасштабный обыск жилища, в ходе которого будет найдено все — от заначки хозяина до пары трупов, замурованных в стены. Шутка.
Впрочем, в этом случае всем будет не до смеха. А последствия могут оказаться такими далеко идущими, что даже с помощью магии я не рискну предсказать их все. Воображение тут же услужливо нарисовало мне картинку, где из-за скандала вспыхивает война между Защитниками и эльфами. Над миром набухает ядерный гриб, уничтоживший все живое. И лишь Темные эльфы, выползая из своего Мракоземья, довольно улыбаются, глядя на руины.
Острые ушки белой мушки! Нет уж, не дождутся, не бывать разладу между королевствами, и так в ходу лишь шаткое перемирие! Помотала головой, отгоняя мрачную картину. Если для того, чтобы избежать таких последствий, мне нужно всего лишь закрыть рот, то так тому и быть. Хотя именно это порой и является самым сложным — знаю ведь, как говорится, что надо промолчать, знаю, но не могу!
Сейчас, правда, смогла — вместо этого прикрыла глаза и положила голову мужу на плечо. Уж лучше подремлю. А вы все не будите лихо, пока оно тихо!
Глава 11 Бяки-буки
— А? Что? Кто? — встрепенулась от сильного толчка.
Открыла глаза.
— Мы остановились? — посмотрела на Иньяра. — Что стряслось?
— Резко затормозили, сани занесло в бок, — он нахмурился. — Спасибо вознице, выровнял, не перевернулись. Сейчас все разведаю, сидите тут!
Он распахнул дверь и вышел на улицу. Я покачала головой — как и у всех мужчин, внештатная ситуация активировала у супруга режим «защищай семью, мочи всех чужих». Хотя он прекрасно знает, что жена не из тех женщин, что будет отсиживаться в норе и дрожать.
Любопытничая, вылезла следом за Иньяром.
Ух ты, как интересно!
На небосводе занималась юная, нежно-розовая заря. И, будто в противовес ее невинности, на слегка тронутом розоватым отблеском снегу стояла троица остроухих незнакомцев. Двое мужчин в возрасте, третий совсем еще мальчишка. Смотрелись они, на мой земной взгляд, довольно комично. Костюмы из черной кожи сильно обтягивали тела, и казалось, что их застали за примеркой костюмов в секс-шопе. Или уже после, за чем-то полюбопытнее.
Темные волосы такими же ухоженными «крыльями», как и у Эльнара, спускались на грудь. На фоне столь же аристократично белой кожи особенно ярко выделялись темные глаза — у всех трех взгляд был настороженный и цепкий. На Земле про таких бы сказали «повидавшие жизнь» или «понюхавшие пороху». А моя бабушка сказала бы проще — к таким спиной не поворачивайся, а то потом топор между лопаток спать будет мешать.
Что ж, хотела с Темными эльфами познакомиться, госпожа Марьяна? Пожалуйте! Сразу трое явились под ваши очи. Общайтесь на здоровье! Только потом обязательно карманы проверьте и сумочку, не ушло ли вместе с незнакомцами ее содержимое. Впрочем, в этом мире я пользуюсь бархатным мешочком, притороченным к поясу.
Колоритные, однако, незнакомцы. Даже сразу захотелось запеть песенку из мультика:
Говорят, мы бяки-буки,
Как выносит нас земля?
Никто, правда, шутку не оценит, жаль. Да и если вспомнить, что дальше про «грабим короля», то лучше уж промолчу.
- Кто такие? Как посмели преградить нам путь? — как грозный хищник, Эльнар метнулся к ним.
На троицу Темных его рык, однако, никакого впечатления не произвел. Переглянувшись, они лениво усмехнулись, и тот, что был старше и имел в черных волосах серебристые пряди, сказал:
— Не шуми, Светлый. Давай-ка сбавь тон.
— С кем имею несчастье разговаривать? — процедил наш эльф, раздувая ноздри.
— Не местный ты, очевидно, — вожак незнакомцев прищурился. — Нас тут все знают.
— Мне нет необходимости знаться с Темными! — презрительно и надменно бросил наш остроух, и тут же отчеканил, — перед тобой Эльнар Элитикус ла-Лорейн Левантив ла-Эльнор, советник Его Величества, урожденный Ле-Галас, удостоенный чести Внутренних покоев, пятый в очереди престолонаследия!
О как! По-моему, даже редкие снежинки замерли в морозном воздухе, осмысливая услышанное. Выходит, представляясь мне, он сжалился, использовав короткий вариант.
— Даже после бочки бражки это не повторю! — совсем непочтительно хохотнул второй Темный. — Да, Хольм? — он ткнул парнишку, стоявшего рядом, локтем в бок.
Тот, явно не ожидавший такого, едва не упал. Острые кончики ушек предательски заалели, но мальчишка тут же выпрямился и напыжился, изо всех сил стараясь казаться таким же крутышом, как и собратья.
— Незачем повторять, — старший сплюнул на снег сквозь щель между передними зубами.
Почему манеры и разбойники взаимно отталкиваются, скажите на милость? Вздохнула, вспомнив свои девичьи романтичные грезы. Эх, всегда любила плохих мальчиков. Потом покосилась на супруга и улыбнулась — а замуж вышла, как умная девочка, за хорошего. Хотя в Иньяре всего достаточно.
— Нас жизнь свела на миг, — продолжил философствовать Темный, — вот уплатите за проезд, и снова разойдемся в разные стороны.
О, так на нас местные рэкетиры наехали! Этакие эльфийские лихие девяностые! Я невольно даже восхитилась их наглостью. Ведь это же все-таки додуматься надо, взимать плату за проезд по общему горному перевалу! С той же степенью уверенности можно требовать деньги за вдыхаемый воздух. И обложить налогом выдыхаемый. Жилку надо задействовать предпринимательскую.
Даже интересно, чем будут аргументировать необходимость уплаты «темной дани». Но мотивацию бяки-буки нам изложить не успели, потому что Эльнар взревел, как раненый слон:
— Да я вас всех в снег по пояс вобью, мерзкие отродья Мракоземья!
В воздухе сверкнул, многозначительно отражая пламенеющее рассветом небо, прекрасный эльфийский меч. Валирийская сталь. Э-э, нет, это малость из другой сказки.
— Прекратить! — вдруг рявкнул супруг.
Все замерли, даже клинок, алые блики с которого перестали спрыгивать на снег. Какой же у меня муж! Восхитилась, пораженно выдохнув. Умеет всех построить! И решить все спорные вопросы миром, не вбивая никого в снег по причиндалы.
— Пока что, господа Темные, предлагаю вам сохранить лицо и уйти — до того, как будет пролита кровь. — Мудро предложил Иньяр.
— Ага, дядя, — отозвался средний эльф, попытавшись сплюнуть также мастерски, как вожак — не особо успешно. — Вишь, уже бежим и портки на ходу теряем!
— Было бы предложено, — муж пожал плечами.
— Тебе вон предлагаю, иди к своей фигуристой бабенке, пусть монеты достает, кошель-то, гляжу, у нее на поясе висит — как раз рядом с твоими яйцами подвешен!
Глава 12 Мордобой
Переговоры закончены, вздохнув, поняла я. В то же мгновение кулак моего благоверного врезался в нос наглеца. Носяра громко хрустнул. Темный рухнул на спину. Следом за снег «ожерельем» упали капельки его крови. Но, вопреки земному обычаю, первая кровь не объявила финал драки, а наоборот, обозначила ее начало.
— Ух ты! — у двойняшек, не усидевших в карете, засияли глаза.
Вот чему это научит детей, спрашивается? Разве что тому, что эльфа надо бить первому. Я вновь вздохнула и вовремя ухватила малышню за капюшоны, не дав броситься на помощь дорогому папочке.
— Ну маааамааа! — дуэтом раздалось обиженное.
— Не мамкать! Папа сам справится! Не мешайте ему, э-э…
Чуть не сказала «развлекаться». Ну, в самом деле, как это назвать? Хотел бы прекратить драку, достаточно было бы легкого обращения — когда по лицу идет волна из проступающего под кожей рисунка чешуи ящера, а в глазах вытягивается игла зрачка. В обморок, может, эти негодяи и не рухнули бы, как впечатлительные девицы, но наутек точно бросились бы.