Колхозное строительство. Дилогия (СИ)
А как же цветы? Конечно. Про цветы забыли. Они, понятно, не в городе, а в собственном поместье попаданца, которого в барина запулил афтор. Хорошо. Пусть в барина. У барина псарня. Тот ещё аромат. У барина птичник. Не нюхали утречком, когда из него выгребают куряк, этот самый воздух, который на хлеб намазывать можно. На самом деле можно, такие концентрации миазмов. Ещё у барина конюшня. И это лошади потребляют одурманивающее пахнувшее сено, а выдают те самые яблоки. Ну, что у Муромова на снегу. Ещё барин любит утром молочка парного испить. Значит, ещё одну костяшку на счётах плюсуем. Есть коровник. Опять не цветами попахивает. А как же без толстого куска сала с прожилками мяса? Нет, не прожить барину. Получается ещё и свинарник у барина под боком и обязательно с подветренной стороны. Ну, плохо в деревне с архитекторами. А вам, уважаемый афтор, доводилось прогуливаться рядом со свинарником. Вот где пласты воздуха для намазывания на хлеб. Всё – всё. Отправляем попаданца в другое время. Назад нельзя, там этих коровников и конюшен только больше, тогда в 60 годы. Ещё не успели загадить природу и нужно спасать Гагарина и Комарова.
А что вы знаете о промышленных фильтрах? Так можете и не рыться в интернете, нет их в 60 годах. Всё сыпется на головы. В Краснотурьинске даже с установкой этих самых фильтров на Суходойке стёкла не прозрачные, а если сдуру оставить машину у завода, то потом её специальными шампунями отмывать надо.
Стоп, стоп, стоп. Там ведь нет консервантов. И правда, нет. По этой самой причине есть простокваша. Забыли уже? Иногда молоко скисает ещё по дороге из магазина домой. В лучшем случае утром следующего дня. И теперь к колбасе. Нет. Ещё есть вкуснейшее "настоящее" коровье масло. Есть. Пока ещё есть. Скоро только по блату и по талонам. Но пока есть. И пока коровье. Нужно отстоять двухчасовую очередь и вот оно жёлтенькое. И оно не мажется на хлеб, так как настоящее. Оно крошится. Чтобы намазывать, его нужно не в холодильнике держать, а на столе в маслёнке. И оно всегда покрыто тёмно‑жёлтым налётом. Оно прогоркло. Но ведь жалко срезать эту прогорклость. Масло стоит очень дорого по тем временам. Приходится, есть с противным прогорклым вкусом. Вернёмся к колбасе. Копчёную не достать. Почему? Потому дорогие "Афторы", что она из мяса. А то, что принято считать колбасой, всякие "Докторские" – это не совсем из мяса. У вас ведь есть интернет, взгляните на ГОСТ. Так и эта "Докторская" только после часовой, а то и двухчасовой очереди.
А вот интернета в 60 годах прошлого века нет. Нет книг хороших. Даже в библиотеках почти нет, а те, что случайно там оказались, всегда "на руках". Нет телевидения. Телевизоры‑то уже есть. Только работает он с обеда и показывает хрень в основном.
А Комаров с Гагариным? Это ужасающее качество отечественной техники. Ещё проклятый "Авось". Бардак везде, даже в армии и космосе. Если стимул это палка в древнем Риме, то вот только из‑под палки и можно заставить советского рабочего работать много быстро и качественно. Только ведь за каждым этого "палочника" не поставишь. Афторы и советские историки, и писатели пугают штрафами и палками при проклятом царизме. Бедные рабочие, забитые и оштрафованные. Забывают только, что рабочий, ну пусть высокого разряда, получал больше офицера, который училище закончил и жизнью рискует. А те рабочие, которые, "подай и принеси" еле концы с концами сводят? Так ты выучись на токаря. Выучись на сталевара. А кто пить будет? А кто прокламации слушать? Читать‑то выучиться лень. Выучись и получай зарплату соизмеримую с зарплатой командира батальона. А ведь у того в подчинении сотни и сотни бывших неграмотных крестьян. А впереди война с немцами и обстрел "Бертами" и газовые атаки.
А что в 60 годы? Да, то же самое. Рабочий опять получает больше офицера. Причём, на шахтах и металлургических заводах гораздо больше. Даже больше космонавтов. Больше первых секретарей обкома партии. Что‑то не так в государстве датском. Учись сынок, а то сталеваром будешь. Так сталевар получает больше директора завода и руководителя целой области. Не учись сынок и будешь хорошо жить. Учись сынок, а то дворником станешь. Но дворнику сразу положена квартира, а лейтенант получит её только когда умрёт, да и то однокомнатную. Цинковую, деревянную, а может и без этой излишней роскоши "братскую".
Медицина была бесплатная. А чем торговали в аптеках? А были ли аптеки? Ругают злобные "афторы" бесплатную советскую медицину. А ничего, что врач получал в три раза меньше электролизника или шахтёра? А учитель в четыре? Гегемоны. Что‑то не ломанулись они, эти гегемоны, спасать свою власть в 91 году. А теперь опять бурчат, про проклятых буржуев. Опять больше их денег у кого‑то. Опять нужна революция и гражданская война. "Поделить". А нужен просто стимул. Палка нужна.
В Краснотурьинске вчера пьяный гегемон зарезал жену. Тоже пьяную. Чего они там не поделили? Ах, последнюю рюмку водки. Магазины уже закрылись вино‑водочные. Пётр Миронович виноват.
Виноват. Исправлюсь!
Глава 2
– Трофим Ильич, а скажите, как вы оцениваете профпригодность учителей физкультуры в школах? – Пётр сидел в своём кабинете и напротив него поблёскивал очками зав ГорОНО.
– А как надо? – Сидоркин блеснул вновь очками.
Не специально. Просто сидел в пол оборота к окну, а за раздёрнутыми шторами поднималось не высокое ещё, но вполне уже весеннее солнце.
"Хм. А как надо? А надо чтобы был дух соревновательности. Нужно вырастить детей стремящихся во всём быть первыми".
– Ну, ведь как‑то вы определяете, кому дать "заслуженного учителя"? – Пётр чуть отодвинулся, чтобы очки на него зайчики не отбрасывали.
– Есть эстафета на приз газеты "Заря Урала". Есть соревнования по волейболу и футболу между школами.
– Давайте честно. Это не ученики школьного физрука выступают на этих соревнованиях, а ребята, которые ходят в профильные секции.
– И что вы предлагаете? – вот правильный вопрос.
Пётр вспомнил про замечательную передачу из детства. Оригинальное название сейчас не вспомнить точно, по‑немецки всё же: "Mach mit, ещё какой‑то мах, Mach" s besser", а вот перевод, пожалуйста: "Делай с нами, делай как мы, делай лучше нас". Там классы гдровских школьников соревновались по всяким бегам в мешках и прочим дисциплинам, не включённым по ошибке в олимпийские игры. Вот сейчас Штелле и описал заведующему ГорОНО десяток вспомнившихся упражнений. Трофим Ильич снял очки и протёр их полой пиджака, конечно же, коричневого.
– И по этому можно судить о профессионализме физрука?
– Ну, не только по этому. Конечно, нужны и эстафеты и первенство среди школ по различным футболам и волейболам, но главное, нужно чтобы соревновались не только те, кто занимаются в секциях, но и самая последняя толстая девочка в классе.
– Я подумаю. Что‑то ещё? – Сидоркин водрузил очки на место.
– Да. Мне пришла в голову идейка проводить во дворце еженедельные соревнования эрудитов среди школьников. Игра будет называться: "Что? Где? Когда?". Шесть участников от школы. Им задают вопрос и у ребят есть одна минута на обсуждение, кто первым ответит, тот и победил. Можно одновременно четыре школы привлечь. Поставить во дворце на сцене четыре круглых стола, а в зале на первом ряду жури, а дальше учащиеся школ, которые пришли поболеть за своих. Возможно, и родители придут.
– Понятно, придут. А что за вопросы?
– Ну, Трофим Ильич, дайте команду учителям школ по разным предметам подготовить интересные вопросы. Вопросы должны быть не очень простыми, но и не про бином Ньютона. На вскидку. Кто такой "Изюбр"? Какая самая южная столица государства? Почему двенадцатый месяц "Декабрь" переводится на русский как десятый? Почему старый новый год 13 января и когда он будет 14 января? Ну, то есть вопросы должны быть интересными. Чтобы потом ещё целую неделю дети их обсуждали.