Колхозное строительство. Дилогия (СИ)

– Можете. Нужно накрыть стол самой красивой скатертью и достать парадные суповые тарелки. Да, ещё нужны и тарелки под второе блюдо.
– А на кухне помощь не нужна? – не сдавалась профессор.
– Тут нет аперитива. Он в гостиной, – Пётр и, правда, купил в вино-водочном отделе бутылку этого исчезнувшего в будущем в стране напитка.
– Пойдём, Люша, нам тут не рады.
Между тем закипела вода во второй кастрюле. Пётр чуть подсолил воду и отправил туда спагетти. Плохо, что нет ещё одной конфорки. Нужно ведь ещё и фаршем заниматься. Забулькал суп. Повар забросил туда кусочки рыбы и сыпанул пару ложек муки для загустенея, размешал, как следует, и снял кастрюлю с огня. Всё, теперь осталось только разделаться с мясом.
Из глубины квартиры доносились женские голоса и смех. Ну, значит, дамы не сильно скучают. Пётр высыпал на сковороду фарш, добавил мелко порезанные остатки вчерашних зелёных помидор, лука и натёртой на крупной тёрке моркови. Когда всё начало скворчать, отрезал от куска сливочного масла приличный шматок и добавил его к фаршу. А через пару минут, когда масло разошлось высыпал на сковороду из банки остатки томатной пасты и уменьшил до минимума огонь. Так. Теперь ещё не забыть сыр на тёрке измельчить. Макароны готовы. Ну, пора подавать первое блюдо. Пётр отщипнул от прорастающей на окошке луковицы остатки перьев и мелко их порезал.
– Елена Цезаревна, несите супницу, – позвал Штелле Чуковскую.
Смех в дальних закоулках квартиры оборвался и появилась "светлая девушка". Вполне себе навеселе, даже щёчки раскраснелись и глаза шалые. Супница была от не дешёвого сервиза. Даже, скорее, от очень дорого. "Мадонна". Ну, мадонна, так мадонна, Пётр перелил в неё суп и торжественно на вытянутых руках внёс в комнату. Дамы успели покурить. Хорошо, хоть форточку открыли. Ещё они успели ополовинить бутылку. Что ж, для того и куплена.
– Рахиль Хацкелевна, сейчас вы узнаете о главном недостатке этого индивидуума, – Люша разлила суп по тарелкам.
Пётр посыпал сверху приятно-красно-оранжевое варево зелёным лучком и, произведя пасы руками над тарелкой, зловещим шёпотом произнёс:
– Крекс, фекс, пекс! Всё теперь можно есть.
Попробовали, недоверчиво. Проглотили.
– У-у-у, как называется этот шедевр? – причмокнула гостья.
– Ля супе томато итальяно.
– Чур, мне добавки, – супе итальяно прошёл на ура, даже о хлебе забыли.
– Вот, я же говорила, что сейчас вы узнаете главный недостаток Петра Мироновича, – победно улыбнулась Чуковская.
– Ну, что вы, Елена Цезаревна, я хомо вполне себе сапиенс и учусь на ошибках. Добавка будет.
Выхлебали и добавку. Пока женщины наперегонки орудовали ложками, Пётр прошёл на кухню, переложил макароны из дуршлага в сковороду и чуть обжарил.
– Несите тарелки.
Тарелки были словно специально изготовлены для спагетти – приличного диаметра и неглубокие. Разложил, свернув тремя гнёздами, макароны, в центр каждого гнезда залил ложкой получившуюся из пасты и фарша бурду, присыпал тёртым сыром. И последние крупинки зелёного лука. Ну, не итальянский ресторан. Но ведь и не макароны по-флотски. Дамы взялись за вилки. С длинными макаронами, несмотря на свои учёные звания, химички обходиться не умели. Пётр взял ложку и показал, как наматывать с помощью неё белых червячков на вику. Впечатлило.
– Теперь я тебя полностью понимаю, Люша, – выскребая остатки с тарелки, шмыгнула носом профессорша, – Пётр Миронович и правда инопланетянин. И у него правда есть недостаток. Он не умеет готовить. В его втором блюде чего-то не хватает. Чего-то существенного.
– Соли? – удивился Штелле.
– Эх, если бы. Не хватает количества. А говорили, что сапиенс.
– У меня есть оправдание.
– Вот как? Хотя нет. Этому не может быть оправдания, – вздела указующий перст будущий лауреат нобелевки.
– Можете сначала выслушаете? – сложил руки в умоляющем жесте Пётр.
– Валяйте.
– Я вам должен рассказать страшную тайну. И мне нужно, чтобы вы при этом не заснули. Кто-то из великих сказал, что талант должен ходить голодным.
 
Фрейдлина тут же поднялась из-за стола и как настоящий начальник скомандовала.
– Елена Цезаревна, где у вас кабинет?
– Люша, ты с нами не ходи. Мы посекретничаем немного. Приготовь, пожалуйста, чаю.
  
Глава 50
 
Пётр закончил рисовать формулу и протянул лист Рахиль Хацкелевне. C₆H₁₄N₂O₂.
– Это вещество – мельдоний, метаболическое средство, нормализующее энергетический метаболизм клеток, подвергшихся гипоксии или ишемии. Могу ещё добавить, что данное лекарство можно произвести из ракетного топлива (гептила). Сейчас вы начнёте приставать ко мне с вопросами. Откуда мне всё это известно? Не скажу. Просто поверьте на слово. Это лекарственные препараты. И нигде в мире они ещё не производятся. Вы будите первыми, если сможете их синтезировать. И некоторые из них вполне тянут на Государственную премию. А одно и на Нобелевскую. Продолжать?
– Вы и, правда, прилетели с другой планеты? – недоверчиво впилась в Петра глазами доктор химических наук.
– Значит, про другие лекарства не рассказывать? – сделал вид, что собирается покинуть комнату Штелле.
– Экий вы боевой и неуступчивый, – указала химичка на стул рядом с собой.
– Точно. "Мне бы шашку, да коня – да на линию огня!".
– Красиво. Мне Люша говорила, что вы бесподобные стихи пишите.
Пётр поморщился, не хватало сейчас ещё стихи читать. Фрейдлина уловила смысл гримасы и усмехнулась.
– Нет уж, стихи потом почитаете, сейчас вернёмся к лекарствам.
– С удовольствием. Рахиль Хацкелевна, у меня будет три условия. Первое – вы загружаете Елену Цезаревну так, чтобы у неё и секунды свободного времени на всякие глупости, типа помощь Солженицыну и прочим диссидентам, не осталось. Ну и естественно, во всех статьях, монографиях и документах на награждение должна быть и её фамилия, – Штелле встал с предложенного стула и пересел на подоконник. Фрейдлина опять закурила.
– Не курите? А я вот пристрастилась в войну, да так и не могу бросить.
Пётр сходил в коридор, нашёл там свой портфель, достал статью Франка и вручил её дымящей как паровоз женщине. Профессор докурила, словно предчувствуя действие статьи, и только потом принялась читать.
– Однако. Вроде бы известные вещи, а как мастерски подано. У вас там в Краснотурьинске талант на таланте. Нужно побывать.
– Вот, теперь второй препарат и второе моё условие. C17H19N3O3S. Это – препарат от гастрита и язвы, – Штелле нарисовал структурную формула, – Нужно красивое и запоминающееся название. Пусть будет "Омез". Для учёных – омепразол. Сейчас доктор Франк, автор статьи занимается изучением бактерии Helicobacter pylori. Именно эта бактерия и вызывает гастрит и язву. Язва не от нервов или неправильного питания возникает. Язва, как и куча других болезней, вызывается патогенной микрофлорой. Доктор Франк это докажет, а вы к тому времени разработаете омепразол и найдёте способ доставки действенного антибиотика к месту инфекции. В виде подсказки скажу, что лекарство должно быть упаковано в капсулу, изготовленную из вещества легко растворимого в желудке. Когда всё будет готово, то вы вместе с Франком подаёте заявку на Нобелевскую премию.
– Столько всего необычного вы, Пётр Миронович сейчас наговорили, что не знаешь и какой вопрос первым задавать.
– А вы не задавайте. Осмыслите сначала всё, попытайтесь синтезировать препараты, а потом и к вопросам вернёмся. Итак, следующее вещество и последнее условие. Альбутерол сульфат. Формула: C13H21NO3 бронхорасширяющий препарат. Действует очень быстро, поэтому будет применяться для купирования приступов бронхиальной астмы, а также при хроническом бронхите, – Пётр нарисовал следующую формулу.
 
– Ну, здесь довольно просто будет получить, – внимательно изучив листок, протянутый Петром, покивала своим мыслям членкор.
– Силденафил, формула – C22H30N6O4S. Препарат обладает выраженным влиянием на кровоток в области органов малого таза (в половом члене в том числе). То есть это самый мощный из афродизиаков. И он работает, в отличие от многих других. Вот за него вы получите вторую Нобелевскую премию. Пусть будет называться – "Виагра". Условием будет включение в состав соискателей моей жены. Она медик по образованию, – Штелле нарисовал очередную структурную формулу, – Представляете, как в очередь будут становиться за ним стареющие миллионеры. Про патенты за рубежом поговорим позже, когда получите препарат. Поехали дальше. Уденафил – это лекарственное средство, также предназначенное для лечения эректильной дисфункции, то есть неспособности достичь и сохранить эрекцию, необходимую для совершения полового акта. Средство слабее, но тоже действует наверняка. Формула – C25H36N6O4S, – нарисовал и эту формулу.