"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

  
Глава 3
 
Натурально, готовимся
 
Дневник Листова И. А. 
Пятьсот двадцать четвёртый день. Дела-дела-дела… 
Я сидел у капсулы и, держась за голову, чтобы мысли не разбегались, как тараканы, пытался вникнуть в наши дела…
Действительно пытался! Конечно, я мог бы отмахнуться от всего этого… И, например, рвануть с Гримом на разведку, сказав: «Ай да ладно! Всё равно скоро все умрём!»…
Но я же оптимист!
Я верил, что мы победим. А если начинал сомневаться — всё равно заставлял себя верить. Нельзя сомневаться в подобных вопросах. Ведь даже малюсенькая капля сомнения может проесть душевную броню, нарушив внутреннее равновесие.
А без внутреннего равновесия — нам всем капец! В том плане, что всё из рук будет валиться. Не хватит ни выдержки в делах, ни стойкости в бою. Не найдёшь сил на последний рывок, когда он так нужен. Короче, нельзя нам терять надежду и предаваться апатии. Уж точно не сейчас.
Но вот тут-то и возникает проблема! Раз мы победим — значит, мы все выживем. И, соответственно, я как глава группы должен позаботиться о том, что будет после победы. И о нашей общей финансовой стабильности.
Ладно, я уж опущу тот факт, что меня фактически заставили этим заняться… Причём мои же подчинённые, а это абсолютно противоестественно! Ну потому что, согласно всем неписаным правилам, им положено радоваться моей безалаберности и воровать, как не в себя. А вовсе не напрашиваться на мой аудит.
Рядом со мной лежала стопка отчётов за прошедшую весну. И эта стопка отчётов, сама по себе, тоже была отчётом — по производству бумаги.
Ну то есть самые старые отчёты были на плотных неровных листах, похожих на картон. А последние — на тонких, почти одинакового формата и с довольно ровными краями. В общем, сразу было видно: наше производство не стоит на месте, а шагает в гору.
Кстати, оно оказалось одним из самых доходных для моей группы. И это при том, что бумагу ещё ни разу не пытались продавать на рынке. Весь производимый объём исчезал где-то в глубоких недрах городской бюрократии. Которая, к слову, тоже постоянно развивалась и куда-то шагала. И я надеялся, что в гору. Иначе Кукушкину придётся разгребать и этот бардак.
Как бы то ни было, город выкупал весь объём бумаги, который мы производили. И, если верить отчётам, нам ещё приходилось постараться, чтобы оставить себе хоть немного. Так сказать, для внутреннего пользования.
Отдельным отчётом шёл мониторинг конкурентов. А они, как водится, тоже не заставили себя ждать. Ещё четыре небольших предприятия уже гнали бумагу разной степени качества. И тоже пока не могли выйти на рынок… Кукушкин вообще запретил свободную продажу бумаги, если в городских структурах не было месячного запаса.
А вот торговля оружием практически умерла. Что и неудивительно. Наше оружие никогда не было самым классным в городе: просто дешёвым и массовым. А к сегодняшнему дню оно уже давно всухую проиграло конкурентам. Да так, что нашу последнюю партию еле распродали к концу весны. Ну и, конечно, наплыв оружия из Алтарей тоже сыграл роль…
А вот производство инструментов всё ещё приносило небольшой доход. Топоры и ножи, выточенные из камня, по-прежнему пользовались популярностью. Но и над ними нависла угроза вылета с рынка! Наши продажи пока спасал только перенос промышленного квартала. Зато, когда этот перенос закончится….
Ну, тогда прилавки постепенно заполонят стальные изделия. И уже можно будет на этот счёт не дёргаться. Короче, эта статья наших доходов вот-вот закроется. Правда, Маша нашла пару человек, которые обещали повторить производственную цепочку городской промышленности… Но даже если начнём сейчас, придётся очень постараться.
Подводных камней там было много: разыскать руду, найти или пережечь уголь, выбраться из-под давления городских властей… Кукушкин, хоть и обещал жителям много полезных стальных предметов, но запретил свободную продажу стали. А значит, если и начнём производство — тоже придётся сдавать всё городу. И по фиксированной, а не конкурентной цене.
 
Впрочем, у моей группы пока хватало других статей дохода. Мясо, кости, рога, копыта, шкуры, соль и дерево… Всё это мы гнали издалека, и всё это не облагалось дополнительными поборами Алтарного. А главное — неплохо расходилось на рынке.
Разные несъедобные части животных теперь редко покупали для ремесла. Зато они были отличным способом наполнить рефицератор медицинской капсулы. В общем, рога и копыта пользовались неизменным спросом. И чем дальше — тем выше был спрос.
Как я понял, всё дело было в конфликтах. В Алтарном появилось странное, но вполне объяснимое поветрие: выяснять отношения с помощью оружия. Да, пока ещё это делали на ножах, арбалетах, копьях и топорах… Но с учётом бесплатной выдачи вооружения на Алтаре для участников войны с роботами… В общем, я чуял, что скоро эти позорные смертоубийства выйдут на новый уровень.
И как бы Кукушкин ни пытался вводить ограничения, было уже понятно: люди будут убивать друг друга. Особенно здесь и сейчас, когда смерть — ещё не финал. Как выяснилось, даже наш Дунай успел в этих безобразиях поучаствовать. Оказывается, на него уже пару раз выпендрились в городе, где он изредка скрывался от беременной жены. И, как он мне рассказал, в подобных поединках были свои правила.
Победитель получал почёт, уважение и неприкосновенность от рук проигравшего. Правда, лишь на ближайшие дни. То есть устраивать поединок заново, едва лишь вылез из репликационной капсулы, было нельзя: люди не поймут. Сроки пока не были жёстко установлены, но дней пять проигравший обычно кое-как держался.
Но и тут было исключение из правил. Проигравший мог сразу потребовать сатисфакции от победителя. В том случае, если последний взял, да и отрезал что-нибудь от трупа соперника после своей победы. Это было такое изощрённое оскорбление. И чем больше отрежешь, тем большим было оскорбление.
Между делом, мне рассказали историю про одного склочного мужичка, который достал всех соседей до печёнок. И один из них не выдержал: вызвал мужичка на дуэль, победил и отрезал кисть руки у трупа.
Реплицированный мужичок обиделся и потребовал сатисфакции… И снова проиграл, лишившись уже всей руки!.. А после серии дуэлей победитель оставил ему только голову, пообещав, что через пять дней снова последует вызов. А затем снова…
В общем, склочный мужичок не пожалел ста баллов, чтобы свалить на свободное место в Нижний город. Лишь бы не встречаться со своим обидчиком и не тратить кучу денег на животные продукты. В городских монетах, кстати, полное восстановление обошлось бы ему ещё дороже.
В общем, из-за вспыльчивости отдельных индивидуумов, которым несть числа, эта статья нашего бизнеса процветала. Вот только, согласно отчётам Западной фактории, ещё больше увеличивать объёмы добычи было нельзя. Если, конечно, мы не хотим выбить популяцию травоядных в Озёрном крае. Часть охотников и так уже переключилась на обитателей не берегов, а самих озёр. Помимо крокодиллов, в воде хватало подходящих животных.
Аналогичные проблемы были и у Восточной фактории. Рядом с Намжалдоржо заканчивалась древесина. Лесной массив, подходивший к самой реке, сильно проредили как сами каменотёсы, так и мои люди. К тому же, Намжалдоржо уже пару раз заикался о том, что хотел бы добывать соль своими силами.
Это не было серьёзной проблемой. Где есть один солевой холм, там неподалёку будут и другие, как мне объяснили знающие люди. Надо было просто найти эти холмы и перенести туда факторию, оставив в посёлке Намжала лишь перевалочный пункт. Но это тоже требовало свободных рук! А эти руки пока нужны были на войне с роботами…
Короче, если глядеть лишь на отчёты — дела у нас по-прежнему шли неплохо. А вот по факту мы очень скоро могли попасть в затруднительное положение…
И это при том, что в нашей группе уже было, на секундочку, четыреста тридцать два человека! С перспективой увеличения до полутысячи. Ведь мужское население группы явно превалировало над женским. А парни, оставшиеся одинокими, сдаваться не собирались. Того и гляди, приведут себе девушек из других групп, заведут детей…