"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Увидев, что его слова не убедили нас, Иваныч предпринял ещё одну попытку:
— Восемь тысяч человек! Вчера было семь тысяч! Это очень много! Посмотрите на названия безопасных зон! Посмотрите-посмотрите! Два лагеря у японцев и ещё какой-то…
— Ставка Вождя! — мрачно сообщил Хир-Си.
— Укубея Квесихулу, — глянув на него, уточнил Кукушкин.
— Алия говорит, это на зулу… — Хир-Си указал на одну из трёх закутанных в одежду фигур. — Переводится как «ставка вождя».
— Значит, японцы и африканцы. Думаю, там хватает людей. И все они где-то тут, рядом с нами… — кивнул Кукушкин. — А если вы справитесь, к нам придут восемь с половиной тысяч новых поселенцев! Восемь тысяч с половиной спасённых жизней! Нам надо послать самых зубастых, самых вооружённых. Надо просто привести беженцев сюда. Пробить к ним дорогу, стрелять в опасных тварей… И тогда они дойдут сами!..
Все сидящие мрачно смотрели себе под ноги. Дураков среди нас не было. Все дураки умерли ещё в первые дни. А те, кто выжил, понимали, что это «ж-ж-ж» неспроста… В лучшем случае, удастся уберечь багов. В худшем, мы просто не вернёмся своим ходом. И, к тому же, останемся без оружия.
— Сразу, как наберётся нужная сумма на репликацию, я отменю налог! Совсем отменю! — поднял на нас уставшие глаза Кукушкин. — До конца зимы никаких налогов! А потеря оружия и патронов… Да там такая награда, что можно всё заново купить!..
— Даже того, что есть, может не хватить… — хмуро заметил Дунай. — Я бы и на красную опасность сейчас идти не решился, не то что на алую. Тиранозад — и тот был только красный…
— Знаю… Но нам нужны эти люди. И нужен этот контракт. И награды за него очень нужны, — тяжело вздохнул мэр. — Это риск! Серьёзный риск. Но мы должны рискнуть!
— А вот тут я соглашусь! — неожиданно вмешался отец Фёдор. — На награды мне, если честно, плевать. Но люди… Восемь тысяч человек… И что, бросить их на произвол судьбы? Сколько из них выживет? А если никто не выживет? Сколько у нас сейчас население города, Дмитрий?
— Если со всеми факториями считать? — уточнил Кукушкин. — Четырнадцать тысяч восемьсот человек.
— Я, как вы знаете, человек верующий. И мне приходится во многом сомневаться из того, что наши учёные напридумывали… — заметил отец Фёдор, проигнорировав громкое фырканье Семёна. — Но даже я понимаю: четырнадцать тысяч — очень мало для нашего выживания.
— Человечество возрождалось с двенадцати тысяч! — тут же возразил Семён.
— Это было другое человечество, даже по вашим данным! — усмехнулся в бороду отец Фёдор. — Эти люди постоянно плодились и размножались. Полтора года — и новый ребёнок!
— Большинство из них гибло в детстве! — не согласился Семён. — И репродуктивный период заканчивался рано, лет в двадцать пять.
— Вот и посчитай, сколько они детей наклепать могли лет за десять-пятнадцать! — отрезал священник. — И пусть из них выживало двое-трое, но… У нас пока даже не все женщины беременны. Нам, чтобы выжить, надо начинать с сотни тысяч! А лучше тысяч с трёхсот! Тогда хоть какие-то шансы будут. Но у двадцати с лишним тысяч человек — шансов выжить больше, чем у пятнадцати! Намного больше!
— С учётом репликации, так тем более… — вмешался я, соглашаясь с отцом Фёдором. — Мы сейчас выбираем не между вариантами «отсидеться в безопасности» или «рискнуть». Мы сейчас выбираем между «рискнуть сейчас оружием и одной репликацией» или «рискнуть потом, но будущим всего Алтарного». У нас, на самом деле, нет безопасных вариантов.
— Либо дерьмо сейчас и поменьше, либо потом — и побольше… — кивнул Сочинец. — Поддерживаю.
— Согласен, разница есть! Нам придётся рисковать. Лучше рискнуть сейчас! — присоединился Витя.
— Багов жалко… Людей жаль… Дальче? Так? — сдался Джошуа.
— Драка! Хорошо! — поддержал Хир-Си.
— Я бы ещё поспорила, конечно… — вздохнула Кострома. — Но если Вано и Сочинец — за, то я с ними, раз они такие дураки!
— Пустырник тоже пойдёт, — кивнул Кукушкин. — Отряд будет не слишком большой. Помните: берите лучших! Берите самых надёжных! Мы не знаем, что там за твари. И не знаем, с чем вам придётся столкнуться. Но мы обязаны вывести как можно больше людей.
 
Дневник Листова И. А.
Триста пятьдесят восьмой день. Короткий разговор.
— И мы идём? — спросила Кэт, усевшись рядом со мной на кровать.
— Мы должны идти, — вздохнул я. — А ты не обязана!
— С чего это? — улыбнулась девушка. — Вано, я у тебя один из лучших стрелков! Хватит уже! Не делай скидок на наши отношения, пожалуйста! И Славка пойдёт. Он тот ещё разгильдяй, но уж точно не подведёт.
— Да я… Просто мне кажется, что мы ввязываемся во что-то очень опасное! — признался я. — Возможно, придётся очень многим пожертвовать…
— Ну и ладно, — пожала плечами Кэт. — Что, собираешься свою капсулу задействовать?
— Возможно, да… — озвучил я то, в чём боялся признаться даже себе самому. — В эту капсулу столько баллов вложено, что она одна способна остановить какую-нибудь крупную тварь… Понимаешь?
— Понимаю, — кивнула Кэт. — Но тогда у меня к тебе есть предложение. И, думаю, от него ты не откажешься. Оно и для тебя снизит риски!..
— Да? Ладно! Сейчас расскажешь, — кивнул я. — Только подожди десять минут! Русого перегоню к кому-нибудь в капсулу, кто точно не такой придурок, как я…
Дневник Листова И. А.
Триста пятьдесят восьмой день. В пургу!
Ветер свистел, поднимая с земли снег и закручивая его в какие-то фантасмагорические воронки. Он как будто предупреждал нас: «Не выходите из города, глупцы! Вы живыми не вернётесь!».
Да, вал и стены были надёжной защитой от непогоды. Но где-то там, в снежной пелене, на юг двигались опасные северные твари.
И рано или поздно они доберутся сюда. Много ли защиты дают вал и ров? Пока там стоят люди, у которых даже мушкетов нет — это вообще не защита. Рано или поздно твари придут. И начнут искать, кого бы сожрать. А мы окажемся заперты внутри Среднего города, без возможности даже снег выбросить.
У нас не было шансов остаться в стороне. Просто, потому что… И сейчас за пределы Алтарного уходил отряд, который был, наверно, главной силой на многие километры вокруг. Винтовки, ружья, револьверы, мушкеты, множество «слонобоев», которые успели наделать в Алтарном… Запасы патронов и пороха, запасы ядер и картечи…
Моей группе удалось выставить почти всех серьёзных бойцов. Даже мушкетёры Паши оказались в деле. Только Пилигрим остался в фактории, но тут уж ничего нельзя поделать. Доставить его сейчас в город было бы фантастикой.
Даже копейщики в нашей маленькой армии были вооружены не просто копьями, а пиками. Длинными, с толстыми древками — такие в одиночку сложно было долго держать на весу. А ещё ведь были стальные наконечники, большие ростовые щиты и богатый боевой опыт. И всё это делало наших копейщиков не менее грозной силой, чем стрелки́.
Кроме того, с нами выходили сорок наездников на багах. Тоже вооружённые, тоже готовые к бою и даже к гибели. Всех багов отправлять не стали. Даже сорока этих животных хватит, чтобы значительно ускорить эвакуацию.
Шесть сотен бойцов. Всего шесть сотен. Но здесь и сейчас они стоили десятка тысяч! Во всей округе вряд ли сыщется сила, способная сравниться с этой армией. И что там выл ветер? Что он может?
Мы выходили в самый опасный поход в своей жизни. Мы это знали. И всё равно шли.
Первые баги врубились в снег, проламывая его своими могучими телами. А остальные животные, следуя за ними, протаптывали широкую тропу, по которой двигались уже другие баги, впряжённые в сани, и пехота.
За нашими спинами оставалась полоса утоптанного снега, по которому в город придут новые люди.
А, возможно, и новые враги.
  
Глава 18
 
Однозначно опасная
 
Дневник Листова И. А.
Триста пятьдесят восьмой день. Милый вечерок в снежном аду