"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Следом катились фургоны, утрамбовывая белые сугробы колёсами. А за ними на снегоступах бежали те, кому не повезло путешествовать на своих двоих.
И конца-края этому безобразию видно не было. Снег всё продолжал падать с неба, а порывы ветра обещали к вечеру знатную метель.
Основательно подмёрзнув, мы распаковали груз, чтобы намотать поверх одежды ещё и меховые шкуры — как плащи. Этого-то добра у нас после войны с бестиями было много. А то, что их только от мяса очистили и слегка подкоптили, после чего посыпали солью — было вполне терпимо.
Первую половину дня прошли довольно бодро. А вот дальше начались проблемы… Ветер усилился, принявшись кидать в спину пригоршни снега. Да и сам снег пошёл более густой, скрыв из виду даже скалу Алтарного.
Но мы продолжали упорно идти, держа темп. Пока позволяла погода, пока оставались силы… Мы шли и шли…
Остаток пути я очень плохо запомнил. В памяти отпечатался холод, усталость, короткие передышки на телеге… Помню, как чуть не свернули в реку… Помню, как начинало темнеть вокруг…
А потом мы как-то почти внезапно оказались у въезда во внешний город. Чего там дальше было-то? Помню, как нам опустили мост, как мы ползли по улицам, как размещали группу Джошуа…
До нашего лагеря я дотопал уже из последних сил. И буквально упал на скамейку рядом с костром. Так и сидел, впитывая тепло от огня, пока ждали Иваныча, чтобы дал разрешение на перемещение капсул и людей.
Потом был короткий разговор с мэром… Потом — ужин в ожидании капсул… А потом первая из них добралась до своего места в Алтарном! И она была сигналом для членов экспедиции, чтобы грузиться в оставшиеся капсулы.
Назад в Алтарное возвращались не все. Многим предстояло в горах перезимовать. Но специалистов и глав групп решено было вернуть в полном составе. Как мы и предполагали. Так что спустя пять часов, глубокой ночью, прилетели и остальные капсулы.
Я уже не помню, как пережил ещё какое-то время, пока шла разгрузка прибывших и перенос грузов на склады… Запомнил только, как Трибэ хлопотал вокруг Ани, радостно её встречая.
А как только моя капсула освободилась, я со слипающимися глазами включил отопление и перенастроил комбинезон на новые погодные условия. После чего переоделся в сухое, завалился в кровать — и уснул.
И спал я так крепко, что меня не добудились утром. Впрочем, это был уже следующий день…
Дневник Листова И. А.
Триста двадцать четвёртый день. Из последних сил.
Когда ты тепло одет, сыт и не надо никуда идти по сугробам, зима — не такое уж и страшное время года. А если кто-то трудолюбивый или просто хорошо замотивированный расчистил снег на улицах — и вовсе кажется, что жизнь удалась!
Я шёл в тёплых зимних ботинках, в подогреваемом комбинезоне с капюшоном и несъёмными варежками, слушал хруст снега под ногами и вспоминал последний Новый год в Москве. Мы тогда с друзьями всю ночь протусили в центре, на праздничных мероприятиях. Пили глинтвейн в уличных автоматах, ели всякие вкусные горячие штуки…
Если по всему Алтарному развесить гирлянды, поставить фонари, разместить палатки, где подавали бы подогретое вино — был бы прямо настоящий Новый год! Впрочем, это всё пустые мечты. Улицы расчистили — уже хорошо.
Да и я шёл не подогретое вино пить, а Кукушкину отчитываться. Позади топали Лена и Кострома, о чём-то тихо переговариваясь. Наша доктор, как я понял, теперь регулярно ходила на совещания в связи с эпидемией.
И, кстати, эта зараза благополучно сошла на нет с первыми морозами.
В погоне за медицинской капсулой не все сумели подключить подогрев. А пока копили баллы на обогрев — внутри капсул было очень холодно. Вот и помёрз возбудитель болезни. Но весной придётся всерьёз озаботиться вопросами медицины и гигиены…
Ну или всю свою немаленькую группу развезти по факториям. Надо же как-то спасаться от болезней, которые начнутся в Алтарном.
А пока же я просто наслаждался теплом, уютом и первым зимним днём, проведённым в Алтарном. Без необходимости куда-то далеко идти, спешить, выбиваться из сил…
— О! Заходите! Берите кружки с решётки! — Кукушкин встречал нас в неизменном белом костюме.
Видимо, тоже купил для него подогрев. Потому что невозможно же ходить зимой в одном костюме, да ещё расстегнув верхнюю пуговицу! Единственное послабление, которое допустил в своём образе наш мэр — это вызывающая гомерический хохот белая шапочка… С помпоном. С пушистым таким помпоном!..
— Вано, хорош на мой помпон лыбиться! Бери кружку! — усмехнувшись, посоветовал Иваныч.
Кружки стояли на металлическом мангале. И накрыт он был металлической решёткой. А в кружках плескалось горячее вино, исходившее запахом каких-то трав.
— Значит, не просто так я сегодня думал о глинтвейне! — я довольно улыбнулся и сделал первый глоток.
Внутрь меня обрушился горячий нектар! Напиток зимних богов, отдававший травами, гвоздикой и цитрусовой цедрой! И я даже не стал спрашивать, чем всё это заменяли в наших инопланетных условиях. Лучше, наверно, не знать…
— Давайте под навес! Время идёт, Совет ещё не начинался, а должен был уже закончиться! — Кукушкин погрозил мне и Костроме пальцем. — А всё, потому что кто-то очень долго спит!
— Иваныч, ну не бухти… — попросил я, смакуя вино. — Мы не специально, честно!..
— У-у-у-у! — согласился со мной Русый, который с интересом принюхивался к напитку.
Чует мохнатый торчок, чего выпрашивать надо… Но ему, естественно, никто глинтвейн не налил. Если он ещё и алкоголиком станет, мы все тут с гарантией рехнёмся. Иваныч, правда, ему что-то всё-таки сунул в пасть, отчего Русый остался доволен как слон. Но что?.. К сожалению, я не успел рассмотреть.
Внутри хлипкой постройки, облепленной снегом, уже собрались все участники Совета: Пустырник, Витя, Вавася, Бур, Семён, Борода, Дуб, Старик, Вадим и, конечно же, Ольша.
— Итак, начнём! — предложил Кукушкин. — Начну, пожалуй, я. Мне есть, что сказать. И это хорошая новость!..
Мэр для пущего эффекта сделал паузу и обвёл всех взглядом. Видимо, чтобы придать торжественности моменту. И тут же рядом со мной прозвучал голос Лены:
— Иваныч, а ты в курсе, что в помещении шапку надо снимать?
— Даже если она с помпоном, — поддержала её Кострома. — Даже с таким прикольным!
Кукушкин вздохнул, потёр пальцами виски… И, устремив взгляд в бесконечную даль, отрезанную от него хлипкими стенами навеса, негромко сказал:
— Игнорировать всяких завистников, Дима! Просто игнорировать!..
А пока возмущённые девушки искали цензурный ответ, Кукушкин успел вернуться к той теме, которой хотел коснуться первоначально:
— Итак, мы набрали уже шестьдесят миллионов баллов. А семьдесят восемь комплексов всё ещё ждут, когда же на них найдётся покупатель! Господа… — мэр кинул взгляд на Кострому и Лену. — И задыхающиеся от зависти ко мне дамы! Нам надо ещё немного поднажать. И у нас, наконец, появится комплекс репликации!
— Чтобы поднажать, Иваныч, мне надо в факторию! — не удержался я.
— Ты не напутешествовался ещё, что ли? — удивлённо спросил мэр, посмотрев на меня, как на идиота.
— Вот так уже!.. — показал я пальцами у горла. — Но не хочу упускать большие и вкусные суммы. И так, возможно, упустил…
— Ничего ты не упустил! Вклад участников экспедиции в комплекс — огромный! — отмахнулся Иваныч. — Так что дай и другим себя проявить.
— Завтра я в факторию! — упрямо ответил я.
Мэр задумался и неожиданно кивнул:
— Ладно! Только не завтра, а послезавтра. Мы отправим несколько плотов, на которых добытчики руды к морю уйдут. Вот на плотах и езжай вместе с ними! А завтра отчитаешься мне по экспедиции. И по новеньким, которых ещё заселить куда-то надо… А с этим, между прочим, проблемы!
— У них же капсулы есть… — удивилась Кострома.
— Капсулы у них есть, — согласился Иваныч, а потом просиял, как начищенная монета: — А ещё у них есть стадо офигенных зверей! Которых, правда, в городе держать нельзя. Всё-таки там больше половины — дикие. Я видел. Значит, нужен загон для них, чтобы спокойно паслись. И нужен сарай какой-нибудь. А ещё обеспечить охрану от хищников. В общем, вопросов с ними много… Вот вы с Вано этим завтра и займётесь! А потом на доклад ко мне.