"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Ну, ребят! Давайте! — попросил я, глядя, как моя группа смотрит в пол. — Вы чего? Это наш шанс!..
— Мы их не знаем… — подала голос Тиша, очень спокойная и рассудительная девчонка, которая пришла откуда-то из глубины гор. — Нуб, ты уверен, что им можно доверять?
— У нас тут вроде как дом, — сказал Брылов, ещё один парень, который редко участвовал в спорах. — И чо теперь, всё бросить?
— Да поймите вы!.. — взмолился я. — Не выживем мы тут! Сожрут нас бестии!
— Но теперь-то выживем! — не согласился Пёстрый, показав пальцем на Кострому и остальных. — Они же, вон, бестий перебили!
— Эй, паренёк, посмотри сюда! — неожиданно заговорил мрачный тип, которого все называли Пилигримом или Гримом.
И указал на своего питомца…
Вот честно, у меня был настоящий шок, когда я в первый раз увидел ручных бестий! Натурально, шок! Я, конечно, не стал показывать, как удивляюсь тому, что для пришлых — норма… Но ещё долго привыкал к мысли о том, что бестии могут быть ручными. Я-то раньше видел в них только вечно голодных и злых врагов.
Ребята из моей группы тоже, наконец, заметили бестию. И даже отшатнулись, хватаясь за оружие. У них-то не было особых причин скрывать эмоции.
— Бестия! — взвизгнул Тряпка.
— Убейте её! — истерично присоединился Пёстрый.
И только Тиша не стала пугаться. Сморщила лоб, прищурила глаза, а потом сказала, глядя на Пилигрима:
— А я тебя помню! Ты проходил мимо нашей группы весной. Ты рассказывал о бестиях ещё тогда… Это ведь был ты?
— Да, это был я, — спокойно кивнул Пилигрим. — Вроде бы тогда в горах не было других таких же полоумных…
Он усмехнулся. И мне стало его даже немного жалко. Видно же, что мировой мужик. На батю моего похож…
— Мы зря тебя не послушали! — пришла к похожему выводу Тиша. — А почему эта бестия не нападает?
— Она пришла к людям, — улыбнулся из густой бороды Грим. — Почувствовала, что должна. Она первая, кто назвал себя членом Верной Стаи. Это их самоназвание, если что. В горах — Серая стая, в лесах — Бурая стая. В пустыне — Рыжая стая. А с двуногими — Верная стая. Интересно, наверно, как я это узнал? Если посмотреть бестии в глаза, она сможет передавать тебе образы. Как будто картинки в голове.
— Так она чё, ручная? — боязливо округлил глаза Пёстрый.
— Она не причинит вам вреда! — весомо, как будто сваи забивал, ответил Пилигрим. — Бестии чувствуют своих на расстоянии. Кровных родственников ощущают километров за тридцать. Далёких родичей — похуже, поэтому поближе. Они обмениваются информацией. Поэтому вы зря думаете, что мы надолго очистили долину, выбив из неё бестий. В горах много стай. Многие уже знают про нас и про вас. Часть придёт сюда очень скоро. А потом будут приходить ещё и ещё. Война людей с сородичами Хромой будет долгой.
— Значит, мы всё равно умрём? — вскинулся Тряпка.
— У кого из вас остались капсулы? — нахмурившись, спросила Кострома.
Ребята принялись неуверенно переглядываться между собой. Честно говоря, я и сам не знал, цела ли моя капсула…
— Вы получали сообщение от СИПИНов о том, что капсула уничтожена? — уточнила девушка.
— СИПИНы с нами уже давно не общаются! — напомнил ей я.
— Если вашу капсулу не уничтожили сразу — значит, она цела! — кивнула Кострома. — В этой капсуле можно купить штуковину для репликации. Это несложно, пусть и требует накопить баллов. У всех нас есть возможность репликации, то есть возрождения. У людей, не у бестий. Если я умру — меня реплицирует эта штука в моей капсуле. Потерять я могу разве что оружие. Но если кто-то из наших останется в живых — оружие мне вернут. Так мы и собираемся побеждать.
— Но у нас-то штук для репликации нет! — резонно встрял Бозон.
— И не будет, если баллов не заработать! — как ножом, отрезала девушка. — А баллов не будет, если сидеть в пещере! Посмотрите на себя… Бледные, тощие. Вам нужно выбираться отсюда! Переезжайте к нам в факторию. А может, и вообще в Алтарное переберётесь! Там будут баллы, и будет работа. Сможете, наконец, купить репликационную капсулу!
 
— Ребята, собирайте припасы! — снова повторил я. — Мы не переживём зиму! Я ведь лучше других знаю, как у нас идут дела: шансов у нас нет. Они — наш единственный шанс. Хватит упрямиться! Я не для того ночью шёл туда, а теперь обратно к вам, чтобы вы тут зимой от голода умерли! Собирайтесь!..
И они, наконец, поверили. Или просто смирились.
Быстро собрав нехитрые пожитки, мы выбрались из пещеры и, ёжась на холодном ветру, стали спускаться вниз. Промоина от водопада выходила на Четвёртый Корень. Чтобы попасть на Третий, надо было спуститься с него, пройти лесной участок — и снова преодолеть подъём. Это был самый опасный этап пути.
Бестии, да и другая живность, любили прятаться именно между Корнями. А вот на саму гряду животные подниматься не хотели. Этот отрезок надо было преодолеть засветло. И мы старались! Ребята выбивались из сил, но почти бежали по лесу.
Кострома позволяла делать короткие минутные передышки, но очень редко. На одном таком привале Пилигрим долго смотрел своей ручной бестии в глаза, а потом сказал:
— Нас засекли!
— Давно? — спросила девушка.
— Минут пятнадцать назад, — ответил он. — Стая уже бежит к нам. Придётся ускориться…
— Так, слушайте все! — Кострома встала, строго оглядев своих людей и мою группу. — Бестии нас засекли и спешат сюда! Нам придётся бежать. Если у вас есть что-то тяжёлое или то, что помешает бегу — не стесняйтесь бросить эту поклажу. Она бестиям неинтересна. Потом можно будет вернуться и всё забрать! А теперь встаём и бежим!
И мы побежали… Солнце уже коснулось горизонта. Тени от деревьев, кустарников и камней стали длинными. Видимость быстро ухудшалась. А наш отряд всё бежал, бежал, бежал… Моя группа начала бросать поклажу. Тюки с тёплыми спальниками, запасы провизии… Всё, что было слишком громоздким или тяжёлым — летело на землю.
Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, мы уже были на склоне Третьего Корня. До места засады «мушкетёров», как звал их Вано, оставалось совсем чуть-чуть.
Но именно там, на склоне, нас и догнали…
Бестии вынырнули из лесу и кинулись по нашим следам. Не было ни шанса добежать к отряду прикрытия. Людоедов пришло около тридцати, а сопровождающих у нас было всего семеро. Они, конечно, вскинули оружие, стараясь прицелиться в сумерках. Да и мои ребята сбились строем, выставив копья. И даже питомцы наших сопровождающих, Хромая и Шрам, рычали, скаля клыки…
Я понимал, что без жертв не обойдётся. Было обидно, хоть плачь. А потом…
А потом из лесу вывалился лохматый и воющий на все лады комок шерсти! Я не сразу опознал в нём одну из лесных бестий. И эта лесная бестия, надо сказать, очень странно двигалась. Она почти катилась по земле, и это выбило из колеи не только людей, но и её диких родственников.
Комок шерсти прокатился перед носом у стаи, которая нас преследовала. И, не прекращая подвывать, покатился дальше.
— Русый, блин! — выругалась Кострома. — Если его сожрут, Вано будет в ярости…
— Его не сожрут: побрезгуют заразиться! — уверенно сказал Пилигрим. — Бежим дальше!
И мы побежали снова. А вся стая диких бестий продолжала стоять, удивлённо глядя, как косматое нечто нарезает круги по склону…
  
Глава 24
 
На отличненько постреляли…
 
Дневник Листова И. А.
Двести семьдесят шестой день. Ночная встреча!
Первым на гребень выкатился Русый.
Что это моё чудовище, я понял сразу. Я больше не видел бестий, которые изображают из себя колобка, подвывая при этом, как сраный баньши.
Впрочем, колобка он изобразил ещё часа четыре назад — когда умудрился свалить из фактории, уйдя и от бабушек, и от дедушек, и даже от собственной совести. А я волновался, между прочим!
Слегка… Я же знаю, что он сейчас нажрётся чего-нибудь, и ему сам чёрт будет не брат. Ну вот, что и требовалось доказать… Нажрался!