"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Наша маленькая армия бодро хромала сквозь густые заросли, прорубая себе путь различными режущими предметами. И вдруг, неожиданно, выбралась на полянку неправильной формы, заваленную валунами, почти полностью вросшими в землю.
К счастью для тех, кто находился в голове колонны, я там тоже был. И вместо того, чтобы радоваться, что хоть пятьдесят метров пройду как человек, а не как гусеница-травожорка, грозно вскрикнул:
— Всем стоять! Не двигаться!
Те, кто уже радостно устремился вперёд, резко остановились.
— Нужна длинная жердь! — потребовал я себе инструмент, необходимый для более глубокого познания будущего.
А когда мне её выдали, осторожно пошёл вперёд, постукивая по камням. И совсем не удивился, увидев, как один из них широко раскрывается, превращаясь в голодную пасть.
Рядом с пастью тут же возникли гибкие вспомогательные лапки. И резким движением схватили жердь, с силой вырвав её из моих рук.
Пока голодная «картофелина», выдававшая себя за камень, с хрустом пробовала жердь на вкус, я успел не только отскочить подальше, но и замереть, подняв руку. И заставил весь отряд последовать моему примеру.
Впрочем, скорее всего, дело было не в моей силе убеждения, а в размерах зубастой пасти.
«Картофелина» ещё какое-то время покачивалась на месте… А потом издала странный звук — видимо, древесина пришлась ей не по вкусу. Разочаровавшись в добыче, она срыгнула остатки жерди и начала зарываться обратно в землю.
И только когда она снова замаскировалась под валун, я разрешил себе пошевелиться.
— Обходим стороной все полянки типа этой! — приказал я, обернувшись к отряду.
И, надо сказать, во главе колонны несогласных с моим решением не нашлось. А тем, кто не видел, что произошло — передали информацию по цепочке.
Это происшествие пошло всем на пользу. Люди вспомнили об осторожности и, заметив подозрительные объекты, уже не рвались к ним в радостном предвкушении, а старались обходить по дуге.
И, может, это сильно замедлило наше продвижение… Зато позволило добраться до следующего удобного места днёвки, а потом и до гор, без жертв.
Дневник Листова И. А.
Двести шестьдесят девятый день. Большая долина…
Весь день мы взбирались вверх по пологому склону, чтобы к вечеру достичь вершины невысокой гряды. Правда, эта гряда куда больше напоминала оставленные позади холмы, чем горы. Но это было лишь преддверие гор.
А к северу от нас раскинулась большая долина, которую с юго-востока на северо-запад пересекала узкая лента реки.
Наша группа эту реку отлично помнила. Та самая горная речушка, начинавшаяся где-то в той системе долин, где мы жили. Здесь она была уже достаточно полноводной — с разливами, перекатами и порогами.
Гряда, где мы стояли, на востоке повышалась, заканчиваясь тем самым приметным пиком-ориентиром. К югу от него пролегала Тропа гигантов, которую сейчас с трудом удавалось рассмотреть.
А к северу от нас лежала большая долина. И вот она идеально отвечала требованиям к базе, с которой начнётся освоение гор. Как минимум, потому что находилась в стороне от Тропы гигантов.
Ещё одним плюсом было отсутствие ужасной зелёной травы, которой заросла вся равнина к западу от гор. Здесь была обычная зелень — пускай и высокая местами, но не выше человека.
Кроме того, по всей долине были раскиданы островки лесов, ближе к горным склонам сливавшиеся в сплошной массив.
Этот лес поднимался по склонам на полкилометра, а потом сходил на нет — там, где кручи становились слишком крутыми, чтобы древесные корни могли зацепиться. Выше, на уступах и плоскогорьях, виднелись лишь огромные грибы и травы, знакомые мне по первым дням на этой планете.
Но ещё привлекательнее выглядели склоны того самого пика, на который мы ориентировались. Того, что напоминал Клык — и поэтому был так назван. От его основания тянулись длинные возвышенности, напоминавшие древесные корни. И один из этих «корней» добирался почти до реки.
Чтобы обогнуть его, русло делало длинный излом, образуя каменистый полуостров. И попасть на него можно было лишь по узкому перешейку шириной метров тридцать.
 
Этот полуостров был чудо как хорош. На нём имелась вода, а поблизости зеленели древесные рощи. К тому же, рядом хватало камней, которые можно использовать для строительства.
Первым это чудесное место заприметил Пилигрим. С учётом того, что место для нашей западной фактории тоже обнаружил он, я начинал подозревать, что у него глаз намётан на поиск удобных локаций.
Жаль, в этот день мы уже не успели дойти до будущей городской фактории. Это только с высоты кажется, что там рукой подать. А на практике — попробуй-ка на своих двоих, да с мозолями и привалами… И, если честно, у меня были сомнения, что мы и на следующий день успеем.
А пока высоко стоим и далеко глядим, я предложил выбрать три места для будущих ночёвок. Чтобы не только удобно, но и безопасно выспаться. Одно из мест, приглянувшихся нам, располагалось рядом с белым цилиндром Алтаря Вознаграждения. Не Большого Алтаря, к сожалению, но и так неплохо.
Правда, разглядеть, что там вокруг, нам не удалось. Слишком далеко. Но по всему выходило, что на вершине холма можно будет с комфортом отдохнуть.
В этот день лагерь мы разбили прямо на гребне. Дрова, правда, пришлось долго собирать — маловато тут было растительности. Кроме того, к вечеру мы уже кутались в спальники, стуча зубами: на высоте холод пробирал куда сильнее, чем внизу.
Зато окрестности отлично просматривались. А ночью, когда на небе соревновались два местных спутника, можно было почти не напрягать глаза.
Дневник Листова И. А.
Двести семьдесят первый день. Последний форпост…
Наш авангард, вышедший к Алтарю, почему-то резко остановился. Люди переминались с ноги на ногу, оглядывались — и явно не решались идти дальше. Оставив основную колонну, я вместе с Костромой и Пилигримом поспешил вперёд, вверх по склону.
Причина, почему замер наш авангард, стала ясна, едва мы преодолели последние метры склона и вышли на вершину холма.
Прямо там, светлым пятном среди травы, белели кости.
Много костей.
Не только человеческие. Среди костей хватало тех, что когда-то принадлежали хищникам средних размеров. И, судя по скулежу Русого, эти хищники состояли с ним в родстве.
В отличие от моего лохматого, Хромая к виду мёртвых сородичей отнеслась проще. Судя по тем картинкам, которые она нам как-то показывала, ей не за что было любить сородичей.
— Последний форпост… — тихо проговорил Пилигрим.
И указал на покосившийся указатель, сделанный из дерева и коры.
Слова «последний» там не было. Зато виднелась надпись, сделанная чёрной краской — «Форпост выживших».
Мы неуверенно двинулись дальше, внимательно оглядываясь по сторонам. Картина была знакома и вызвала болезненные воспоминания. Хотя, сказать по правде, мы ничего подобного организовать не сумели, хоть и пытались…
Видимо, местные колонисты стягивались к этому Алтарю, чтобы выжить. Они бежали, пытаясь спастись из долины, заполненной бестиями. А те уже двигались дальше в горы, но выпускать загнанную добычу не захотели.
Те, кому удалось уйти, спешно отстроили укрепление из камней, дерева и камня. Холм опоясывала двухметровая стена — наподобие той, что когда-то пытались сделать мы. Она была чем-то вроде скоса естественного склона. Внешняя сторона была выложена камнями, а прочность кладки поддерживали вбитые в землю брёвна.
Выглядело это на порядок крепче и надёжнее, чем наша давнишняя поделка. Возможно, успей попавшие в ловушку люди закончить работу — и всё бы для них закончилось хорошо. Но они не успели… Так же, как и мы когда-то. Стену доделали, но проходы внутрь не были заложены. Видимо, там собирались делать ворота.
Именно ворота закончить и не успели.
Заготовки под створки лежали внутри, усеянные белой россыпью костей. За лето всё это затянуло травой, скрыло кустарником… Но даже сейчас внутри укрепления ещё угадывались прямоугольники, где когда-то стояли капсулы погибших.