"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
А если вспомнить об игрищах людей во время соития — например, про облизывание и покусывание… И в этот момент я отчётливо понял, что дальше развивать эту тему в голове не стоит… В лучшем случае, закончится эректильной дисфункцией, а в худшем — полной импотенцией. Пусть терминология и игрища, связанные с сексом, никак не ассоциируются с тем, что я наблюдал из-за частокола. А мой рассудок пусть остаётся на своём месте…
— Тьфу, Грим, ну и темы у тебя!.. — в сердцах сообщил я ему.
И ушёл.
Вслед за девушкой, разносившей ужин, гордо подняв… Флаг! Да, флаг того, что в этой голове всё ещё относительный порядок, и аппетитные выпуклости поднимают мне вовсе не аппетит!
Дневник Листова И. А.
Сто двадцать четвёртый день. Царство вони и скуки.
Этот город превратился в отстойник. Миазмы гниющих тел окончательно опутали многострадальное Алтарное. И хорошо ещё, моя капсула могла похвастаться отличной вентиляцией. Особенно, когда я всё-таки улучшил энергоядро, чтобы все доступные функции одновременно запускать.
В общем, я и Русый отлично проспали всю ночь. И даже не подозревали, что в это время многие люди страдали от жесточайшей бессонницы.
И это был не конец…
Сначала на жителей города обрушились запахи, а затем на лесных бестий обрушились подкрепления горных бестий. И всё-таки выбили их за реку. А потом выглянуло солнышко, нагревая многочисленные трупы: и новые, и старые…
Когда я открыл утром дверь, запах навалился и на меня. Причём с такой силой, что я даже на несколько секунд застыл, сражённый обонятельным шоком. В первый момент стало дурно… Во второй момент я побежал искать какую-нибудь тряпку, чтобы смочить её в воде, а потом обмотать лицо. Так себе фильтр, но в отсутствие полноценного противогаза — лучше, чем ничего.
Как оказалось, таким умным был не я один, и вскоре весь город щеголял в намордниках. Ни дать ни взять, очередная эпидемия накрыла нашу цивилизацию. И даже полицейских дронов не надо, чтобы контролировать ношение масок.
Днём состоялся срочный совет, на который Кукушкин пригласил и меня. Но я там больше присутствовал, чем участвовал. Предложенная тема (что-то вроде «Методы борьбы с газовой атакой») была от меня так же далека, как ядерная физика.
Гораздо больше меня интересовало другое. Что делать с тем, что люди начинают маяться от безделья? Дело в том, что у большинства групп своих материалов было не так уж много, чтобы хватило на несколько дней работы. И к этому дню их запасы как раз начали иссякать.
С едой всё было гораздо лучше. Её выдавали на каждую группу отдельно. Так что переживать по поводу пропитания пока не стоило. Даже одиночкам полагались пищевые рационы. Заодно их всех переписали, чтобы всякие хитрецы не пытались получить двойную порцию.
Покупать что-то на рынке не имело смысла, потому что, как известно, чтобы купить что-нибудь нужное, надо сначала продать что-то ненужное. А поскольку материалы заканчивались, то и «не ненужного» оставалось мало. Торговля медленно замирала. Как и производство.
Люди начинали маяться от безделья. А это гораздо хуже, чем тошнотворные запахи. Это в перспективе — какой-нибудь Вонючий Бунт или Зловонное Восстание. Люди всегда, когда им нечего делать, начинают играть во всякие политические игры. Кто на место начальника метит, кто воображает, что борется против власти, кто пускает под откосы банковские поезда для пополнения революционной кассы… Что? Просто грабёж? Ну да, грабёж. Но под стягом высоких идеалов!
Я честно намекнул на эти обстоятельства на совете… Однако меня никто и слушать не стал. Никто, мол, в такой вонище восставать не будет. А по мне, так самое время для какого-нибудь бунта. Люди недовольны, маски уже надеты… Осталось только оружием каким-нибудь обзавестись. Но за этим дело не станет. В городской тесноте и дрекольё — убойная вещь…
А самое неприятное — Алтарное было обложено настолько плотно, что хоть караул кричи. Вроде бы до реки пройти от северного частокола — сотня метров. А пока никто не дошёл. Там даже что-то вроде тотализатора открыли… Люди ставки делали: доберётся ли следующий смельчак до реки или вернётся, спасаясь от зубов бестий.
Одно меня безумно радовало: в моей капсуле был чистый воздух. И если не оставлять открытой дверь, внутри можно было неплохо отдохнуть. Вот туда я и призвал своих «главарей» для обсуждения текущих дел. И, надо сказать, этот совет проходил в гораздо более расслабленной обстановке, чем кукушкинский. Хотя некоторым из пришедших и приходилось сидеть чуть ли не на полу.
— В общем и целом, могу сказать, что пора либо улучшать инструменты, либо отказываться от их производства! — сообщил Сочинец. — То, что мы успели наделать, спросом пользуется всё меньше и меньше. У нас накопилась немаленькая партия дротиков и копий, а никто не берёт.
— Тут поход свою роль сыграл! — заметила Кострома. — Почти три тысячи человек оказались вооружены за счёт города. У умельцев Кукушкина вышли неплохие арбалеты. Копья — хуже. Зато это всё бесплатно. И сделали их с запасом.
— Верно, — согласился Сочинец. — Надо переключаться на топоры! Но даже на них упал спрос… Они не слишком-то нужны, если в лес не ходить. Я пока занял людей на постройке стены вокруг лагеря. Но это ты и сам видел…
Городские рабочие строились медленно. Но когда подключилась наша заскучавшая группа, дело быстро пошло на лад. Особенно после того, как от Намжала пожаловали десять человек, чтобы замеры делать. Поскольку для нашего строительства брали не слишком ровные камни, то подгонку приходилось осуществлять по принципу мегалитической кладки. А именно: в трёх измерениях.
Ребята Намжалдоржо делали всё по старинке. У них были отвесы с перекладиной. При помощи этого отвеса на новом камне отмечались места сколов. И, если скалывать аккуратно, то между камнями палец просунуть было нельзя. Хотя загнать в щель пару-тройку лезвий ножей вполне получалось.
Но сам же Намжалдоржо и объяснил мне, что это совсем не страшно. И вообще абсолютно нормально.
— Ты камень просто не понимаешь, Вано! — сказал он. — Ты камень люби, понимай его! Камень тут сам за себя держаться будет. А глина — это просто страховка! У вас бронзовые долото есть. У вас клинья железные есть. Такое можно даже с каменным инструментом делать! Древние делали — и ты тоже делай!
— Что-то наша стена не особо напоминает кладку инков… — скептически заметил я.
— Ты просто время не учёл! Кладке инков тысяча лет! За это время сколько сезонов сменилось? Сколько раз всё нагревалось? — Намжалдоржо указал на свежую пару камней. — Ты представь, что будет, если камни эти друг об друга тысячу раз потереть!.. Вот так и с древней кладкой. И это я только в годах посчитал!
В общем, наша стена росла не по дням, а по часам. Правда, пришлось мне выложить десять тысяч баллов на те самые долото и клинья… И это хорошо, что меня к Большому Алтарю Вознаграждения пустили… Но мне было не жалко баллов! Во-первых, потому что на полезное дело. А, во-вторых, потому что я собирался потом забрать инструменты себе.
— Ну да, видел… — согласился я.
— Ещё три-четыре дня наши ребята будут заняты, — закончил Сочинец. — А что делать потом — не представляю… Что дежурства на стене — скука смертная, что отдых — ничуть не лучше. Не знаю, чем людей занять, если честно…
— Маша? — я посмотрел на нашу культуристку.
— Не смотри на меня! — отмахнулась та. — Я набрала двадцать человек до того, как бестии пришли. И больше пока новых не беру. А массовиком-затейником я работать не умею!
— Что за люди? — поинтересовался я.
— Неплохие ребята. Из тех, что без группы остались… — ответила девушка. — Дунай, Сочинец и Пилигрим с ними общались. Сказали, что подойдут.
— А в группу вступать будут? — спросил я.
— Эти — будут! — кивнула девушка.
Впрочем, у нас и так хватало тех, кого обязательно стоило принять. Кукушкин намекал, что двое южан, которые нам про работорговцев рассказали, тоже ищут группу — и были бы не прочь отправиться ко мне или к Вите.