"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Автора я тоже мельком вижу — это стоящая у торца кампуса Кристина, с закушенной нижней губой и направленной на меня чернокнигой.
Хочет остановить. Не выйдет. Мне до забора, через который сноровисто перекидывают Арию, пару десятков метров пробежать!
Выстрел. Пуля, прошедшая левее, взрывает дерн передо мной. Не думая, автоматом прыгаю по диагонали влево — на стрельбах Кристина показала мне, что у неё очень хороший глазомер, но слишком тонкие и изящные руки. Отдача даже от её невеликого револьвера (который она таскала по академии несмотря на запрет оружия!), сильно уводит её руку.
Угадал. Вторая пуля мимо, а больше девушка ничего сделать не успеет — я перемахиваю забор, сразу уходя за дерево на тротуаре. Там и получаю в ухо от одного из похитителей, явно ожидавшего меня в засаде. Удар сбивает с ног, в глазах вспыхивают звездочки, а ухо, и так недавно пострадавшее от двоедушца, вспыхивает простой фейерверком мстительной боли!
Какое, сука, невезучее ухо!
Я трачу с пяток секунд на прийти в себя и подняться. За это время пузатый объемный манамобиль, чем-то напоминающий «газель», добирает в свои недра последних похитителей и срывается с места. Беру с него пример, проклиная всё на свете.
Местные манамобили не только выглядят как массивные мобили начала двадцатого века, но и скорость держат невысокую, поэтому я, бегущий за похитителями, уверенно держу машину в поле зрения. Правда, ни на что другое времени нет, вытянуть из тюка хоть какой-то из пистолетов или даже дробовик не получится, тем более на ходу, поэтому приходится скакать козлом, уповая на гримуар и внутреннее душевное электричество.
А скакать приходилось именно козлом в этом нелепом преследовании.
Даже в этом волшебном мире, полном различных чудес и магии, бедная культурная столица святой Руси была проклята петербуржцами — медленными, вальяжными, неумолимо толкающими перед собой свое огромное воображаемое достоинство. Уворачиваясь, проныривая, подталкивая и то и дело забегая на проезжую часть перед бибикающими манамобилями, я проклинал и проклинал щедрую душу русского народа, привыкшего как перенимать культурные особенности, так и драть своих соседей, точнее соседок, порождая смешанное потомство. В данном случае, заражение людей близкорасположенной прибалтийской неторопливостью бесило меня невероятно.
— Простите!
— Извините!
— Очень спешу!
— Там человеку плохо! — именно с такими воплями я вовсю стараюсь увернуться не просто от тех, кого я догоняю, но и от тех, кто прёт мне навстречу, даже не моргая глазом при виде приближающегося бегом человека.
Упыри тормозные! Вот бы дробовик достать, но полиция может неадекватно понять!
У похитителей были проблемы того же толка, но справлялись они с ними чуть лучше. Они даже соблюдали правила дорожного движения, пока я, наконец, не преуспел достаточно, чтобы один из них, высунувшись в окно, заметил, что их преследует злобный красный брюнет с красным ухом, подозрительным баулом, а что еще куда опаснее — здоровенной книгой на поясе!
Пузатый манамобиль тут же дал по газам, демонстрируя решительное намерение удрать.
Черт!
— «Кейн! Любое заклинание в них! Любое!», — азартно кричит моя даймон.
— «Какие есть?!», — торопливо спрашиваю я, стараясь уравновесить дыхание.
— «Я зачла первую схему!»
— «Молодец!», — выдыхаю я, лихорадочно перебирая заклинания в этой схеме.
Это подойдет. Оно, по сути, единственное, что подходит.
— Злой тычок Лира, — произношу я, указывая пальцем на газующий мобиль. Призрачная ярко светящаяся копия пальца срывается в полет, с гулким звоном врезаясь в нижнюю часть багажника транспорта похитителей, после чего остается там, ярко и часто мигая.
— «Меня в руки забыл взять, дурак!», — воет белугой даймон, — «И раскрыыыыыть!»
— «Не до этого!»
Магия. Местная? Выверенная, точная, предельно эффективная. Моя? Нет. Она малозатратна, но в мире Эмберхарта никто не заморачивался выглаживанием заклинаний до идеала, поэтому почти весь мой арсенал состоит из ухваток и уловок, обманок и слабых атак с неожиданного угла. «Злой тычок Лира», как я назвал этот летающий палец, бьет совсем несильно, действительно очень похоже на тычок пальцем, зато, «застряв» в мишени, продолжает мигать и светиться, чем будет здорово отвлекать гипотетического противника.
Или, в данном случае, вешает магическую метку.
— «Слежу за ними!»
— «Умница!»
— «Разумеется! Я же не черная стерва!»
— «Та тоже умница…», — рассеянно думаю я, быстро оглядываясь по сторонам. Нужно догонять, но на чем? Трамвай? Пусть подвезет, думать лучше на бегу!
Быстро цепляюсь сзади на подножку «зайцем», попутно начиная копаться в бауле. Пистолеты, пистолеты, а я маленький такой… Достать стволы несложно, сунуть в карман тоже, а вот патроны — другое дело. Револьверы разряжены, «Рубикон» и «Ганимед» тоже. В такой раскоряке возиться, забивая магазин полуавтомата — полная ересь, так что мучаюсь с револьвером под неодобрительные взгляды прохожих.
— «Это она-то умница?!», — моя внутренняя брюнетка негодует на внешнюю, — «Она?!».
— «У нее было всего лишь несколько секунд, Фелиция. И за них она предприняла аж три действия, пытаясь выполнить свое задание. Да, она умница, хоть и не наша».
— «Хмпф!»
Зацепившись крюком руки за какую-то железку, еду на трамвае, попутно заряжая оружие. Похитители уже ушли в сторону, повернув на только что бывшем перекрестке, но мне надо передохнуть и вооружиться. Еще несколько секунд.
Какого черта я вообще творю? Этот вопрос просто не существенен, его смысл не пробивается через уже принятые императивы. Мне, обычному жителю цивилизованного мира, попросту не справиться ни с гормональной системой здорового парня, не привыкшего себе отказывать в случайных импульсах, ни рефлексам своего бывшего «я», упорно диктующих, что преследование и быстрое уничтожение похитителей твоей собственности — наиболее эффективный способ её вернуть. И, скорее всего, единственный. Кроме того, Витиеватый и его люди не дали бы мне и чихнуть, пришли похитители свои требования. Баронесса Руси не нужна, это уже доказано руководством академии.
Спрыгиваю с трамвая, тут же переходя на бег. Револьвер в кобуре, тренировочный сунут хамски за пояс, заряженный дробовик сжимаю через ткань баула, дабы не пугать местное население, которого, как и всегда, чертовски много на улицах. Святые времена, никакого интернета, никаких видео с котиками, все красивые девушки на улицах, а не в «онлифансе»… но как же это мешается!
— Паря, а ну стой! — требует от меня здоровенный бородатый мужик в кожаном фартуке, кепке и с метлой. Увидев, как я несусь вдоль дома, он встал на перехват и уже тянет здоровенную ручищу, продолжая выкрикивать что-то вроде «Ты чего, украл?!»
Видимо, намекает на баул. И совсем не разбирается в одежде.
Здоровяк с удивленным глухим воплем отбрасывается в сторону разворачивающимся Щитом гримуара, а я бегу дальше. Спасибо тебе, Кристина свет батьковна, быстро твоя наука пригодилась. Вот так всегда, век живи — век учись, дураком… ну куда ты мне под колеса лезешь, мамзель!
Испуганно взвизгнувшую полную девушку в очень широких юбках еле удается обогнуть, едва не ударив дробовиком в бауле. Ну куда ты такую жопу-то отъела и нарядила на питерские-то тротуары?! Тут нормальным людям не разойтись, а уж…
— «Кейн! Они уходят! Связь рвется!»
— «Какого лешего?!», — ору я мысленно, — «Ты же говорила…»
— «Это чужая магия, умник! Мы её не проверяли! Мы ничего не проверяли!»
Твою мать! Что делать?!
Мотоцикл! Огромный, разлапистый, настоящий дизельный монстр! Настолько здоровый, что у него есть позади водительского места аж надстройка из трех кресел, пусть даже и небольших! Про толстые здоровенные колеса, шириной больше локтя, я вообще молчу!
Мужик, который с барской ленцой залезал в основное седло этого грубого волосатого предка всех мотоциклов, был такой же, как и его железный друг — здоровым почти до невменяемости, брутальным дядькой в тяжеленном даже на вид кожаном плаще. И в натуральной ковбойской шляпе! И в сапогах! Охренеть!