"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

А вскоре далёкие раскаты грома объяснили причину такого оживления. С моря на берег катилась грозовая тучка, сигнализировавшая всей округе о скором дожде. И делала она это с помощью молний и грома.
В общем, за день мы до вонючей заначки так и не дошли. Пришлось срочно искать укрытие, чтобы спрятаться от непогоды. Гроза — всё-таки штука опасная, особенно в горах. Даже в таких низеньких. В лучшем случае, неосторожного путника просто смоет со склона. В худшем — завалит камнями или землей. Ну или шибанёт молнией, превратив в идиота с расшатанными нервами.
К счастью, именно горы и дарят людям шанс найти надёжное укрытие. Например, в виде какого-нибудь скального навеса, где можно укрыться от непогоды, падающих камней и молний. Один такой нам вскоре и попался, что вызвало всеобщую бурную радость. А поскольку время уже подходило к вечеру, решено было не спешить. И даже переночевать здесь.
Дрова мы наломали ещё на окраине Страшной Пущи. И с тех пор тащили вязанки с собой. У всех участников похода были припасены тёплые спальники, с которыми можно и на камнях сладко уснуть. А ещё у нас имелись запасы еды, медный котелок для травяного сбора, который прихватил Витя — и мои галеты.
За припрятанное оружие мы не боялись. Всё-таки о том, где оно, предположительно, лежит, знал только ограниченный круг лиц. А случайно в это вонючее место мог забрести, дабы порыться под гниющей головой, только отбитый на голову псих. Каковых среди колонистов почти не водилось. А если и появлялись, то ненадолго.
Меня, правда, мучали какие-то странные предчувствия… Но я от них благоразумно отмахивался. Зверью ружья не нужны, а любые злоумышленники будут быстро вычислены и наказаны. Всё-таки это не кожа крокодиллы, а, можно сказать, стратегический ресурс. Да и чужих ушей под навесом Кукушкина не было — все свои, родные.
Оставалось только найти гниющую голову на куче камней. А затем немного покопаться в этой куче — и вернуться вооружённым до зубов отрядом в Алтарное.
Ночных нападений мы не слишком опасались. Со мной был Русый, с Дунаем — Шрам, а с Пилигримом — Хромая. В общем, пока будем спать, незамеченным враг не проберётся.
Витя, добрый человек, прихватил с собой первую пластиковую посуду Алтарного. И даже пластиковые приборы. Так что мы сначала сделали пюре из «картофельных клубней», как тут назвали те коренья, напоминавшие картошку. А потом ещё и приправили их копчёным мясом из наших запасов. Еду разложили по тарелкам, а котелок промыли под струями воды, падавшими с края каменного навеса. После чего налили воды из фляг и поставили греться на костерок.
А стихия разгулялась не на шутку! Грохотало! Сверкало! Лило! Вода сплошной стеной обрушилась на горные склоны. Капли сливались в ручейки, те — в большие ручейки, а те, в свою очередь — в целые потоки мутной, полной грязи, камней и мусора реки. И множество таких рек стекало вниз, в Страшную Пущу.
А мы в сухости и тепле поужинали с аппетитом. А потом ещё и выпили травяной чай. Заодно похвастались перед Витей и тремя его спутниками, одним из которых был уже знакомый Тихон, новыми копьями и топорами с пластиковыми держателями. После чего обсудили плохих торговцев — чтоб им икалось! — и спокойно легли спать.
Дневник Листова И.А. 
День пятьдесят восьмой. Разочарование… 
Я проснулся одним из последних. Очень уж сладко спалось в тёплом спальнике… И не помешала этому ни рука, придавленная до онемения, ни камушек, впившийся в бок. Я даже у себя в капсуле так сладко не спал, как тут.
Гроза за ночь закончилась. И небо почти расчистилось, а значит, новая порция грома и молний нам пока не грозила. И наш отряд, быстро позавтракав, наконец-то выступил в сторону моей оружейной заначки.
Как оказалось, не дошли мы всего ничего. Часа через три в воздухе уже отчётливо ощущался сладковатый запах гниения. Он больше не сшибал с ног, как в первые дни, но всё ещё заставлял желудок подкатывать к горлу.
Но мы же люди умные и предусмотрительные! Достали из рюкзаков тряпки, намочили водой и остатками травяного отвара — а потом намотали на морды. После чего радостно двинулись дальше. И вскоре уже свернули с дороги, приближаясь к месту жестокой расправы над хищником.
 
Его тело лежало дальше по склону. И было плотно оккупировано какими-то мелкими летунами-падальщиками. Это нам оно казалось лишь кучей гниющей плоти, а им — не иначе как изысканным вином! Которое с каждым днём становилось только лучше и лучше.
Ну а голова, оторванная от тела, лежала на куче камней…
На раскиданной куче камней!
На совсем недавно раскиданной куче камней!
Потому что часть камней была сухой…
А значит, эта куча была раскидана уже после недавней грозы…
А посреди виднелось пустое углубление в земле… В которое отлично должен был уместиться свёрток с оружием…
— Вот …ять! — выразил общее мнение расстроенный в лучших чувствах Витя, которому была обещана винтовка. — Вот же …ять-переять!
А я от обиды внезапно почувствовал… Нет, пока ещё не желание убивать, а, что куда более необычно, творческий зуд…
Правило №7 успешного и живого колониста неизученных планет (версия первая, неотредактированная, выведенная колонистом Вано, когда у него из-под носа увели ценный приз). 
Любой колонист имеет два «думательных» органа. Первый орган хорошо известен — это задница. Она всегда готова предупредить о грядущих неприятностях. Второй орган, каким бы странным не казалось такое его использование — это голова! Именно она должна не только услышать, но и принять предупреждения всеведущей и всезнающей задницы.
Поэтому любой успешный колонист неизученных планет, почувствовав предупреждения задницы о грядущей жопе — должен к ним прислушаться.
И не жопой, а головой! 
— Не уйдут! — бешено вращая глазами, просипел Дунай, которому полагалось одно из ружей. — Я хочу ружжо!
— Я тоже хочу ружжо! — в тон ему согласился Пилигрим, которому тоже полагалось оружие.
— И я хочу ружжо! — не остался в стороне Тихон, который тоже очень надеялся на огнестрел.
— Натурально скажу, пацаны: мы все хотим получить ружжо! — задумчиво сказал Мелкий, которому «ружжо»-то как раз не полагалось. — Но никто не хочет получить из ружжа!
— Необычайно глубокая мысль! — кивнул Витя. — А теперь заткни-ка лучше фонтан философии! Не видишь, взрослые мужики рыдать готовы?
— Так… Отставить плач и стенания! Нужно брать след! — приказал я, указывая на землю. — И нужно понять, какая сука нас сдала!.. Никто же не знал, где моя заначка лежит!
— И давайте не переглядываться! — поморщившись, добавил Витя. — Нет среди нас тех, кто реально мог бы сдать. О целях похода из присутствующих знал я, Вано — и всё. А вы все узнали, куда мы идём, и почему взяли именно вас, только после выхода!..
— Сейчас вообще не время искать крысу! — заметил Пилигрим, подходя к куче камней и делая те же выводы, что и я чуть ранее. — Они ушли совсем недавно… Часть камней сухая. Не попали под ливень, потому что были в глубине кучи. Мелкий, Трибэ, Олег и Боря, в чью смену дождь закончился?
— В мою! — откликнулся Трибэ. — Я последним дежурил! Перед самым рассветом.
— Они не могли далеко уйти… — кивнул Витя.
А Пилигрим подозвал к себе старую самку и решительно уставился ей в глаза. Бестия поняла приказ на зависть быстро: сразу видно, с Гримом они сработались. Обежав кучу камней, Хромая несколько раз остановилась, внимательно принюхиваясь. А потом уверенно взяла след, рванув в ту сторону, откуда мы только что пришли.
Мы всей толпой ломанулись за ней. И хотя некоторые засомневались, что направление выбрано верно, мы надеялись, что Хромая точно знает, что делает. Ведь бестия побежала не так, как шла бы сама, а по маршруту, который бы выбрали люди — если они идут по каменистой местности и огибают препятствия.
И да, она знала…
Через полчаса мы выскочили к небольшому каменному козырьку на краю перевала. Под ним было обнаружено обложенное камнями кострище, где ещё теплились угли. А на земле отчётливо виднелись следы трёх лежанок…