"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Ты же знала, — я нахмурился. — Почему молчала?
— Мои взгляды изменились. Я сделала выбор, — твёрдо произнесла Додола.
— Поспеши, — я отошёл от Марены, позволяя Додоле подойти.
Она присела перед Богиней на корточки и распахнула рот. Он несоразмерно увеличился, уродуя её миленькое личико. Щёки растянулись и даже немного порвались. Додола с жадностью втянула воздух. Над Мареной поднялся чёрный туман, и его затянуло в рот Додолы. Та сыто заурчала и сделала ещё один мощный вдох. Вся гниль, которая расползлась по земле, взмыла и понеслась к Додоле, которая ненасытно её пожирала. Я затаил дыхание, наблюдая, как тело Богини очищается. Её сознание прояснилось, она уже более осознанно осмотрелась. С неверием Марена дотронулась до своего живота и заплакала от облегчения.
— Оно ушло! Оно ушло! — повторяла она как заведённая.
Я осторожно стёр слёзы с её щёк, и она нежно прильнула к моей ладони.
— Как приятно снова ощутить человеческое тепло, — пробормотала она и… заснула.
Я счастливо рассмеялся:
— Теперь точно всё закончилось.
* * *
Гостиная лейтенанта Коромыслова. Три дня спустя. 
— Ну ты и подкинул нам работки, — протянул Коромыслов, потягивая коньяк. Ломоносов обещал с ним выпить ещё несколько месяцев назад, но постоянно куда-то пропадал со всех радаров. И вот, нежданчиком, после Божественной Московской катастрофы он заскочил к нему в гости. Без приглашения, но Коромыслов был рад — ему хотелось хоть немного расслабиться после двух дней полнейшего хаоса и недосыпа.
— Это сделал Зевс, а я всего лишь разгрёб основные последствия, — Ломоносов с деланной скромностью улыбнулся. — Кто же знал, что в Старшем Пантеоне царит такой бардак?
— Ты знал, — Коромыслов хитро прищурился. — Войско Ядозубов притарабанил. Ты явно готовился не один день. Но ладно… Если честно, мне наплевать, почему ты молчал. Если бы не ты, всё обернулось бы огромной бедой. Выпьем за героев!
— Давай лучше за счастливое будущее. Оно нам не помешало бы, учитывая, сколько людей погибло. Кое-чего я всё-таки не смог предусмотреть, — возразил Ломоносов. — Последнюю, и я побежал.
— Разве герои не отдыхают после победы?
— Я не герой, — Ломоносов залпом выпил рюмку и встал. — Просто человек, который пытается поступать правильно. Удачи тебе, лейтенант. Может, позже свидимся ещё.
— Не сомневаюсь.
Коромыслов прислушался, как Ломоносов сбегает в подъезде по лестнице, и выглянул в окно. Лейтенант задумчиво проследил, как он сворачивает за угол дома. Поразительный парень. Коромыслов поймал себя на мысли, что совершенно не удивится, если тот когда-нибудь станет Императором.
  
Эпилог
 
«…к этой новости можно относиться по-разному, однако нашему миру, — миру людей придётся с нею как-то ужиться. С сегодняшнего дня Ядозубы получили официальный статус в качестве иностранных граждан, а их Данж теперь будет считаться суверенным государством. Плохо это или хорошо? Политические аналитики дают различные оценки. Но одно утешает — руководит Ядозубами сын нашего Императора, Александр Стахович. Удивительные повороты судьбы — лишившись трона Российской Империи, он внезапно стал королём монстров. Как это произошло? Всё держится в секрете. Но поговаривают, что нашему Императору нравятся диковинки…» 
Я отложил газету и улыбнулся. Всё налаживалось. После битвы с Зевсом прошло всего три месяца, а уже произошли такие подвижки. Но у всего есть недостатки — Саша теперь так занят, что я не видел его уже последние две недели. Скорее всего, и на праздник не сможет попасть. Ну как праздник… Собрание старых друзей, так сказать. Вера и Лера настояли, что нужно устроить торжество. Они порывались его организовать со дня победы над Зевсом, но все были заняты и вечеринка откладывалась и откладывалась. Но сегодня, кажется, все смогли выделить немного времени, чтобы отдохнуть.
— Великан-хозяин-друг, — передо мной соткался Крабогном. Без перехода он всучил мне огромную подарочную корзину с дорогущим алкоголем и протараторил: — Мы опоздать! Сильно опоздать! Дети устроить драку!
 
— Хорошо, — я кивнул. — Будем ждать. Не думаю, что закруглимся раньше полуночи.
Крабогном исчез, напоследок суматошно взмахнув клешнями. Он всё больше походил на обеспокоенного отца, который кудахчет над своими подопечными как курица-наседка. Несвицкая сделала его своим содиректором, и он активно участвовал в жизни Божественного интерната. Дети его обожали. К тому же к ним часто наведывалась Рита Романова — Император сдался и разрешил ей дружить с Крабогномом.
Я вышел на улицу. Северные Гребешки уже вовсю готовились к празднику — везде развешены гирлянды, натянуты брезентовые навесы, расставлены длинные столы. В воздухе витают аппетитные ароматы. У Храма толпился народ — нёс подношения любимой Богине. Жители деревни были готовы носить Марену на руках — буквально не могли на неё надышаться. Все помнили, как она слегла от ужасного проклятия, и боялись повторения. К Марене начали приезжать из Краснодара и других городов. Люди вспомнили о ней.
Я заскочил обратно в дом, прихватил пакет и направился в Храм. Меня пропустили без очереди.
— Привет, о прекрасная Богиня! — подобострастно воскликнул я и положил на алтарь пакет.
В яркой вспышке появилась Марена — откинула серебряные волосы назад и закатила глаза:
— Хватит клоуничать, — несмотря на фальшивое негодование, она с любопытством взяла пакет, открыла его и восхищённо ахнула: — Какая красивая!
Богиня очень любила драгоценности и платья, а мне нравилось её баловать. Нет, я к ней не подкатывал, просто… заботился. Да, верное слово. Я привык о ней заботиться и воспринимал её как младшую сестру. Хотя, если так подумать, она была старше меня на несколько сотен лет. Но об этом быстро забывалось, когда Марена так потешно надувала губы и строила умильные глазки.
— Великая Богиня присоединится к нашему празднику? — спросил я, шутовски поклонившись.
— Конечно. Лера обещала приготовить малиновый торт. Разве я могу это пропустить? — рассмеялась Марена. — Кстати, Додола приедет?
— Вроде бы обещалась. Если снова не потерялась в своих расследованиях.
Додола кхм… сублимировала свою жажду убийств. Она твёрдо решила стать на путь исправления. Но жестокие порывы просто так в мусорку не выкинешь. Так что она открыла частное детективное агентство. Следила за неверными мужьями, искала потерявшихся собак, копала компромат на важных боссов. А в свободное время — расследовала тяжёлые преступления. Иногда маньяки, которых она находила, умирали при странных обстоятельствах.
— Погоди, что это? — я ощутил странные пространственные возмущения. Кто-то втихаря пробрался в Храм. Враг? Я врубил сканирование и сразу же нашёл источник. Чуть правее, у дальней стены. Я вызвал Тени и приказал им схватить лазутчика.
— ПАПА!!! — разнёсся по Храму возмущённый голос Дракоши.
— Не папкай тут, — я нахмурился. — Ты что тут делаешь?
— Золото ворует, что же ещё, — фыркнула Марена.
— Серьёзно? — я уставился на Дракошу. — И не стыдно тебе? Ты же звезда чуть ли не мирового уровня. А занимаешься мелким воровством!
— Да оно всё равно тут без дела лежит, — заканючил Дракоша. — А у меня в пещере… Всё так красиво разложено, такая классная коллекция… а вот этого вот не хватало…
— Если ещё раз опустишься до воровства, я тебе запрещу в кино сниматься. Понял?
— Но у меня четыре контракта!
— Напоминай себе об этом, когда позаришься на чужое золото. А сейчас — шагом марш помогать Лере и Вере!
Дракоша мученически простонал и растворился в воздухе. Я покинул Храм, улыбаясь своим мыслям. На улице меня поджидала Кристина. Она стояла, скрестив руки на груди и состроив суровое выражение лица.
— Мне впору начать ревновать, — хмыкнула она.
— Да, ты права, — согласился я, и её глаза удивлённо распахнулись. Обычно я начинал её щекотать и кружить, отвлекая от глупых предположений. Но сегодня я решил, что с этим стоит покончить. Кристина напряглась. В глубине души она была неуверенной в себе девочкой с тяжёлой судьбой. И я видел, как она натягивает на лицо равнодушную маску, готовясь, что я вот прямо сейчас брошу её ради Богини.