"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Судя по всему, он продался вам в рабство? — иронично уточнил я, наблюдая, как Крабогномище суетится вокруг Несвицкой и с трепетом подаёт ей чай. И тут я перемотал весь разговор и до меня дошёл смысл того, что она сказала чуть раньше. Я закашлялся и выдавил: — Каким образом мы станем родственниками⁈
— Крабогномик — ваш фамилиар, это же почти кровная связь, — произнесла Несвицкая с таким видом, словно это всё объясняло. Поймав мой удивлённый взгляд, она закатила глаза, поражаясь моей тугодумности, и добавила: — Между нами вспыхнули чувства. Разумеется, в Российской Империи нет закона, который бы разрешал пожениться монстру и человеку, но я придумаю выход. Например, мы заключим партнёрский договор.
— Партнёрский договор, — прохрипел я, уселся в кресло и отхлебнул горячего чая, обжигая язык.
— Вот не надо мне тут родительского неодобрения, — цокнула языком Несвицкая. — Я уже не молодая девочка, со мной такое не прокатит. Так сейчас выражается молодёжь, да? В общем, Ломоносов, не старайтесь, вы не разобьёте наш союз. Понимаю, для нашего общества он необычен и даже возмутителен…
— Да наплевать, — перебил я, отчего Несвицкая изумлённо на меня вылупилась. Мол: «Серьёзно? Вы так легко приняли, что ваш фамилиар замутил с человеком?» Я хмыкнул и сказал: — Буду рад, если Крабогномище найдёт своё счастье. И по барабану с кем именно. Однако… — я приложил Несвицкую тяжёлым взглядом. — Однако мне стоит предупредить вас, что, если вы разобьете ему сердце, то я не спущу вам этого с рук. Я не позволю обижать моего фамилиара. Знаю вас, богатых аристократов, которым приелись все удовольствия. Если вы строите глазки Крабогному, потому что ищите разнообразия, то лучше вам обдумать своё решение ещё раз.
Несвицкая расплылась в акульей улыбке, наклонилась ко мне почти вплотную и демонстративно, медленно провела указательным пальчиком по моей щеке. Я изогнул левую бровь. Она доверительно прошептала:
— Ломоносов, вам и не снилось, сколько красивых юношей и брутальных мужчин побывало в моей постели. Я никогда этого не стеснялась. В конце концов, чтобы найти хорошего партнёра, нужно протестировать его во всех жизненных сферах, — она грустно рассмеялась и отпрянула, откинулась на спинку кресла. — Однако через несколько лет я осознала, что тестировала не то… Что верный партнёр, с которым у нас будут общие интересы, для меня гораздо важнее, чем постельные утехи. И если этот партнёр из разумных монстров, то что ж… Я готова принять целибат, — Несвицкая мне подмигнула. — Вы и не представляете, какой дефицит хороших мужчин в Российской Империи.
— Ну, с таким-то требованиями как у вас, — пробормотал я.
— Что?
— Ничего, вам послышалось, — я озабоченно нахмурился. — С нашей проблемой может помочь только Кркавческий камень. Боюсь, Триглав не согласится одолжить нам такой важный артефакт, — я прикинулся дурачком, будто бы ничего не знал. — Но спасибо за моральную поддержку и попытку, пусть и неудачную, помочь. Не переживайте, я не буду требовать от вас приданого, чтобы вас приняли в нашу крепкую дружную семью.
— От любого другого я бы посчитала это оскорблением… Но я понимаю, насколько ужасное у вас положение, поэтому прощаю вашу глупость, — Несвицкая скривилась. — Наш Род — главные слуги Триглава. Он благоволит нам и позволяет использовать Кркавческий камень. Завтра в двенадцать часов дня в Северные Гребешки привезут Кркавческий камень. У вас будет около сорока минут, чтобы исправить вашу проблему. Как только обозначенное время истечёт, Кркавческий камень заберут. Не успеете — ваши проблемы, больше вы артефакт не увидите, — она потемнела лицом и тихо-тихо прошептала: — Вероятно, я тоже, — встряхнувшись, она произнесла громче: — Так что в ваших интересах приготовиться. Я передам вам свиток, в котором описано, как правильно использовать Кркавческий камень. Однако если вы поведаете об этом хоть кому-нибудь ещё…
— Вы расчлените меня и скормите диким собакам, — понятливо кивнул я.
— Вот и славненько, — Несвицкая с довольной улыбкой поднялась и поправила платье. — Кстати, приглашаю вас, Ломоносов, на церемонию моего фамилиара.
 
— Чего? — я требовательно уставился на Крабогнома. — Ты решил сменить великана-хозяина-друга?
— Никогда! — обиженно воскликнул Крабогнома и крепко обнял мою правую ногу. — Я подарить Вася! Он мечтать смотреть город. Госпожа Несвицкий мечтать о фамилиар! Два сложить два — получиться идеальная четыре!
— Как же замечательно всё сложилось, — вздохнув, я улыбнулся.
— Вы недовольны? Так нравятся трудности? — с иронией уточнила Несвицкая.
— Скорее, не верю в бесплатный сыр.
— Боитесь попасть в мышеловку, — с пониманием ухмыльнулась Несвицкая. — Уважаю вашу осторожность.
Мы церемонно попрощались, я проводил её к припаркованной «Чайке», и Несвицкая уехала. Несколько минут я задумчиво смотрел ей вслед, в голове крутилась одна мысль: «Неужели всё разрешилось так просто?» Смерть Софии, «болезнь» Марены — всё навалилось на меня неожиданно и больно по мне ударило. Помощь Несвицкой не была жизненно важной… Откровенно говоря, я бы отлично справился и без неё. Однако она давала мне передышку и возможность не рисковать. Я позвонил Андрею и коротко описал сложившуюся ситуацию. Мы договорились, что ограбление пока не отменяется. Мало ли — вдруг Несвицкая передумает и подложит мне здоровенную свинью. Только когда Кркавческий камень исцелит ребёнка внутри Марены, я подам сигнал и Андрей займётся своими делами, разочарованный, что ему не удалось поднасрать хоть кому-то из аристократов.
Перед сном я заглянул в Храм к Марене поражённая «злом» территория неумолимо расширялась. Дома рядом с Храмом уже были покинуты — деревенские жители переселились поближе к окраине и подальше от болеющей Богини. Новый алтарь теперь стоял на улице, на земле, которая ещё не была тронута гнилью. На нём лежали подношения, но довольно скудные. Лера и Вера запретили молиться Марене, чтобы не подпитывать кровожадное существо внутри неё. Однако деревенским было сложно перестроиться. Они по привычке несли подношения на алтарь. Я зашёл в Храм и поморщился — внутри отвратительно воняло.
— Марена?
— Её нет, — прорычал страшный голос. Отдалённо он напоминал голос Марены, но его интонации, тембр постоянно менялись, искривлялись и отдавали грубым басом. Я прикрыл нос воротом футболки и шагнул вперёд. Меня чуть не вырвало. Тело Марены гнило, истекало сукровицей, а сгибы локтей, ключицы, низ живота и большая часть лица поросли чёрным глянцевым мхом. Её рот распахнулся, из него вылетел мерзкий издевательский смех. — Она скоро умрёт. Ты не остановишь это. Не остановишь меня. Никто не остановит…
— Марена? — позвал я снова, вглядываясь в её полуприкрытые глаза.
Неожиданно она сделала резкий вдох и быстро, поверхностно задышала.
— Марк? Это ты? — прошептала она. — Я ослепла… Ничего не вижу…
— Да, это я. Оно подавляет твою волю?
— Оно вытесняет меня из моего же тела… Сегодня это произошло впервые, всего пару часов назад. Но он становится сильнее с каждой секундой. Марк… Ты обещал спасти меня…
— И я выполню обещание. Пожалуйста, нужно всего лишь потерпеть до завтра. В полдень всё закончится.
— Ты уверен? — её рука нашла мою и крепко сжала запястье.
— Да.
— Если не получится…
— Всё получится, — отрезал я. — Иначе не может быть.
— Если не получится, — с нажимом повторила Марена, — я бы хотела, чтобы ты меня убил, но… — она всхлипнула. — Нельзя. Если я умру, оно победит. Только моё тело его сдерживает. Только остатки моей воли. Ни в коем случае не позволяй мне умереть, а ему — развиваться. Ты должен погрузить меня в стазис, словно муху — в янтарь. Ты не остановишь его развитие полностью, но выиграешь время. Постарайся найти, как уничтожить его.
— Я не потеряю тебя, — мои пальцы погладили её склизкую кожу. — Ты будешь жить.
Марена хрипло хихикнула:
— Ты либо отчаянный врунишка, либо невероятный оптимист… — её грудь выгнулась, задрожала. Я буквально видел, как обозлённая сущность отвоёвывает её тело. Ногти впились мне в запястье, а голос Богини сорвался на визг: — Я уничтожу вас! Я всех уничтожу!