"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Смотрите, смотрите, — Василь указал в глубь фургона, ловко обогнул меня и нырнул внутрь. Он там покопался несколько минут, что-то поднял, вылез и уселся на подножку, демонстрируя всем алюминиевый баллон, размером и формой напоминающий кеглю. На боку баллона темнел знак, предупреждающий об опасности. Василь радостно оскалился: — По заслугам получили, твари! Заказчик-то не лыком шитый! Подкинул им в фургон подарочек!
— Что это? — поинтересовался я.
— Тихая смерть, — ответил Василь. — Ну, эта, её так называют у нас, в народе. Ядовитый газ без запаха и цвета, его эта, замаскировать легко. А потом — хоба! По таймеру выпустить, и травануть всех, кто хоть раз нюхнёт. Пять минут полетает, потравит всех и всё, разлагается. Безопасным становится, вот как.
— Считаешь, их убили в фургоне, после того, как они напали на Аврелия? — уточнил я.
— Ну а как ещё? — с лёгкой снисходительностью хмыкнул Василь и посмотрел на меня как на дурочка. Правда, быстро опомнился и скорчил услужливую мину. — Да чо тут велосипед придумывать? Наёмники же тож свидетели. Мы б их как допросили! Ух! Всю душу бы вытрясли! Так что эта… Заказчик-то нас хорошо знает, потому и подстраховался, чтоб на его задницу не вышли!
— Да, наверное, ты прав, — я кивнул, хоть и считал эту версию несостоятельной.
— Погоди, погоди, я ж его знаю! — воскликнул невысокий лохматый парень и пристально уставился на мёртвого водителя. — Этот мужик из карательного отряда Гавроша, точно вам говорю! Да посмотрите на его кривую рожу, такого ни с кем не спутаешь! Ух, эта сука приходила к моей сестре — долги выбивала. Сестра — дура, заложила Гаврошу серьги да ещё и заняла целую тыщу!
— То, что твоя сестра — дура, это не новость, — проговорил Аврелий, который незаметно к нам подошёл. Он повернул к себе Лохматого, взял его за подбородок и суровым тоном произнёс: — А по делу что? Ты уверен? Если нападение действительно организовал Гаврош, это тянет на объявление войны. Тебе точно не померещилось?
— Точно, — проблеял оробевший Лохматый.
— Да и у этого морда знакомая, — пробормотал Василь и перевернул один из трупов, лежащий в кузове. — Зуб даю, я его видел с Гаврошем. Сто процентов рядом ошивался!
— Перепроверьте, — велел Аврелий, посмотрел на меня и подбородком указал на шиномонтажку. Мы отошли, и он задумчиво произнёс: — Всё это дурно пахнет. Ко мне приходит романовец и напрашивается в Ронины, хоть ему и дали от ворот поворот. К тому же приходит он в мой клуб, который вырезали подчистую. Романовец говорит, что это сделал «СиДР». Мы едем в моё убежище, и тут на меня нападают мои хорошие товарищи, — последнее слово Аврелий особенно выделил, его голос сочился ядом. — Гаврош и компания.
— Выбрали идеальное время, — я равнодушно пожал плечами, хоть и понимал, куда он клонит. Гаврош… Не тот ли это мерзкий старикан, к которому мы ходили вместе с Карповым? Важная шишка в преступном мире?
— Знаешь, тебя спасает только то, что ты умер бы, — протянул Аврелий и криво улыбнулся. — Мы бы все там сдохли.
— Кстати, спасибо, что напомнили. С Ивана тоже желание по востребованию, — усмехнулся я и уточнил: — Так что, мне отправляться в Новосибирск, или ваши планы изменились? Теперь переживаете за целостность своих Ронинов, а не мою? — я вытащил из кармана телефон, посмотрел на экран и хмыкнул: — Только решайте быстрее, уже три часа утра, а мне к одиннадцати на занятия.
Аврелий тяжко вздохнул:
— Духовка настроена. Если она вообще уцелела, конечно, то можешь прыгать в Новосибирск. Тебя уже заждались.
— Прекрасно, — я обозначил полупоклон и зашёл в помещение шиномонтажки. Печь не пострадала. Я распахнул дверцу, засунул голову в духовку, и меня мгновенно засосало внутрь, закрутило, вытянуло, разрезало и расщепило. Ощущения были премерзкие — словно меня пропустили через мясорубку, а потом зашвырнули в бушующий торнадо. Я не мог понять, где мои ноги, а где — руки или голова. Казалось, это длилось несколько часов, пока меня не выплюнуло из точно такой же духовки, но в другом месте. Если точнее — в небольшом деревянном сарае, у которого не было передней стены. Перед сарайчиком, на круглой поляне, стояло девять человек. Фотографии восьмерых я видел в папочке со сделками — группа, с которой мне предстоит пойти в Данж.
— Здравствуйте, я — координатор, Альберт Павлович, — представился девятый. — Разрешение для вас в Информационном Бюро уже получено, так что можете выступать в поход. Он предварительный, для исследования местности. Более серьёзную экспедицию можно будет организовать в следующий раз. Если вы, конечно, захотите продлить сделку, — Альберт усмехнулся и указал на высокого крепкого, но… горбатого мужика: — Все документы у вашего командира.
— Что-то Аврелий подложил нам свинью, — презрительно меня оглядев, прогремел Горбатый. — Тебе сколько лет, дед? Ты вообще как ходишь-то? Песок ещё не сыплется?
Я окинул их быстрым взглядом и мысленно поморщился — да уж, не зря Аврелий предупреждал, чтобы я был осторожнее. Моя группа не вселяла доверие. Я, конечно, не привык судить книгу по обложке, но во всех правилах бывает исключение. У Горбатого и его дружков были бандитские рожи, не обременённые интеллектом. Зато гнусность из них лилась через край. Таким ударить в спину — плюнуть и растереть. Хорошо, что я по ошибке взял стариковский паспорт и в итоге пошёл на дело в гриме. Наверное, и дальше буду пользоваться услугами Ивана, чтобы никто не узнал в неприметном старикане Марка Ломоносова.
— Эх, сынок, ты меня так просто со счетов не списывай! — прохрипел я, изменив голос. — Хорошего романовца из меня не вышло, но в Академии я всё равно до аметиста дослужился!
— Амеркиста? — переспросил блондин без передних зубов и левого уха. — Что такое амеркиста?
— Драгоценный камень. У романовцев обозначает второй ранг, — сплюнул Горбатый и уточнил, стараясь скрыть искренний интерес: — А что наследнички? Или ты, старик, не только рангов, но и семью не нажил?
— Да разъехались все. Вот я один в особняке и кукую, — с глуповатым видом протянул я, решив притвориться идиотом. Если они будут считать меня слабаком и болваном, это даст мне преимущество. Горбатый с предвкушением ухмыльнулся. Судя по всему, он считает, что мной легко управлять и манипулировать, а в нужный момент — так же легко слить в утиль. Пусть заблуждается и дальше, не мои проблемы, его ждёт большой сюрприз. Я состроил мечтательную физиономию и пробормотал: — В молодости так хотел третьего ранга достичь, но как-то не задалось… Вот, перед смертью решил ещё раз попробовать. Терять-то уже нечего!
— Перед смертью, тут ты прав, — фыркнул Блондин, облизнул губы с какой-то звериной алчностью и переглянулся с одноглазым стариком. Горбатый резко дёрнул головой и нахмурился — недоволен тем, как торопятся его соратнички. Он осадил их взглядом — мол, рано, держите языки за зубами. Одноглазый громко сглотнул и спрятался за Блондина. Эти трое явно из основной группы, которая и набирала добровольцев. Ещё двоих я вычислил путём несложных выводов — они топтались рядом с Горбатым и пялились на него, ожидая приказов. Хромой азиат и женщина средних лет, на правой руке которой не хватало трёх пальцев.
Странно, очень странно. У каждого члена этой группы есть существенный физический недостаток, с которым охота на монстров значительно усложняется. Нет, в прошлой жизни я, конечно, знал воина без левой руки, который мог без проблем завалить средненького дракона, однако… Не походили эти ребята на тех, кто усердно тренируется и превозмогает. Кажется мне, что они промышляют не только охотой. Точнее — не столько охотой на монстров, сколько на людей. Очень уж оценивающие взгляды они кидают на добровольцев, особенно задерживаясь на ценных вещах.
— Время — деньги, — заявил Альберт и спросил: — Вы собираетесь в Данж или мне отменить поход?
— Собираемся, собираемся, — Горбатый панибратски хлопнул его по плечу. — Не видишь, что ли, как старикану не терпится?
Да уж, этот поход будет интересным. Чуйка подсказывает, что сражаться мне придётся не только с монстрами.