Некромант поневоле, или Кто тут жрет мою кашу? (СИ)

— Ага… — растерянно пробормотала, прикидывая, где бы все разместить в своем домике и какие стазисные заклинания подойдут, чтобы как можно дольше сохранить провиант свежим. — А сколько, говорите, вы без некроманта?
Чересчур уж радушный прием. Учитывая, что мне оставили в первую ночь и как теперь встретили мое решение продолжать жить здесь.
Староста почесал затылок.
— Да лет шесть точно.
  
Я сглотнула. Шесть лет!
Если все, что лезло ко мне ночью, раньше ломилось в деревню, то почему ее не сожрали? Да там за первые полгода не должно было никого остаться!
Я задумалась, припоминая свои ночи здесь. А ведь ломились вяло. Будь они действительно агрессивны, давно бы прорвались, там что стены, что крыша довольно хлипкие. Это наталкивало на определенные мысли, и я подозрительно посмотрела на старосту.
— И что нежить у вас делала плохого?
— Хм… ну… — Он почесал бороду. — Куры пропадали.
— Куры? — Я моргнула.
— Да. И яйца иногда утаскивали.
— Яйца⁈
— Бывало, и кроликов домашних. А один раз корова пропала. Зимой.
Я смотрела на него, уже не веря своим ушам.
— Корова⁈
— Ага. Правда, весной вернулась. Так что, может, и не они. А с другой стороны, может, кровь ее пили всю зиму? Ну и некромантов трех схарчили, да… А еще, — староста, нахмурившись, счел нужным сказать самое жуткое, — яблоки сжирают.
Я подавилась воздухом.
— Что сжирают? — почти прошептала, не уверенная, что не перегрелась на солнышке и это все мне не снится.
— Яблоки! И капусту… За ночь могут весь огород обнести. И молоко выпивают!
Я застыла.
Нежить пьет молоко. После чего закусывает яблочком с капусткой и идет гулять с коровой…
Медленно перевела взгляд на кота. Тот делал вид, что ничего странного не происходит, а сам, засранец пушистый, принюхивался к колбасе.
Староста, выгрузив вещи и продукты у ворот, махнул мне рукой на прощание и отправился обратно в деревню, а мои мысли потекли в совсем ином русле.
Я не специалист по нежити, но так она себя точно не ведет. И что выходит? Они больше запугивали селян, чем вредили. Ну и подъедали что-то по мелочи, причем без разбору, что именно. Похоже, с голодухи все шло в ход.
Я почувствовала, как в груди загорается азарт. Что ж, пора копать глубже.
  
Глава 11
 
Остаток дня я потратила на то, чтобы перетаскать все в дом, найти место, наложить стазисное заклинание, подходящее каждому продукту. К вечеру едва дышала, но это не помешало мне воспользоваться плиткой по назначению и сварить ароматную кашку с яблоками и корицей. Да-да, еды и без того хватало — пирожки-колбаска-хлеб, а хотелось каши…
— Будешь есть? — спросила Лукаса, лениво наблюдавшего за мной со своего любимого кресла, которое готовилось вот-вот стать баррикадой под дверью.
Кот покосился на меня, на гору продуктов, вздохнул и скривился.
— Не люблю сладкое.
— Здесь молоко, сливки…
— Молочку тоже не люблю.
— А колбаску? — Я коварно улыбнулась.
— Колбаска — это святое, — довольно крякнул кот.
Усмехнувшись, отрезала ему кусочек побольше. Он подхватил его и сожрал быстро, но с достоинством. А я себе зачерпнула молочной каши — сытной, густой, с добавлением яблок и корицы. Несмотря на свои предыдущие заявления, кот, попробовав ее, не отказался и себе от тарелочки. Причем просил маленькое блюдечко, а сожрал миску, как здоровый мужик.
Только когда все было приготовлено, убрано и разложено, я поняла, что забыла кувшин с компотом на солнцепеке.
Нахмурившись, выглянула наружу. Солнце почти опустилось, но и мне всего пару метров преодолеть до ворот. Быстро сбегала за кувшином. Компот я любила еще со времен сиротинца.
В домике распечатала кувшин и налила себе доверху огромную глиняную кружку. Компот пузырился… Пропал все же на жаре? Осторожно понюхала — пахло вкусно. Освежающий чуть кисловатый ягодный аромат. Я отхлебнула. Потом еще раз. Боже, как вкусно!
После целого дня работы пить хотелось ужасно, так что я осушила чуть ли не полкувшина. По телу разлилось тепло, щеки загорелись. Настроение поднялось в разы. Да и было с чего! Кладбище наконец-то осмотрела, могилы заплела лозой, ограду наметила, продукты и домашнюю утварь получила, ужин приготовила и наелась от пуза…
— Вот что значит хозяйка! — хихикнула сама себе, весело размазывая капли с губ, — от компота было просто не оторваться!
И на волне накрывшей меня эйфории я понимала, что ночь мне не страшна. Не сожрали же до этого? Значит, и сегодня нечего начинать.
И вообще, мне и поделиться не жалко.
— Ты чего это делаешь, а? — забеспокоился кот, когда я двинулась к двери. — Нежить придет скоро, ау! Баррикадироваться надо, забыла?
— Может, эти твари потому такие злые, что вкусной каши никогда не пробовали? — парировала я и под ошалелым взглядом Лукаса, весело напевая прилипчивую мелодию, потащила на крыльцо кастрюлю с остатками каши.
А после по доброте душевной еще и курицу и одно лукошко с пирожками.
Просто от души!
— Совсем сдурела девка… — пробормотал кот.
— Вот так. Теперь и путники голодные сыты будут, и духи лесные, если заглянут. А тебе каши жалко, что ли? Я завтра свежую сварю. Или еще колбаски хочешь? Нет? Может, компотик?
— Воздержусь, — только и выдавил он.
Я пожала плечами и, довольная собой, снова отхлебнула компота.
Ночь вступила в свои права, но мне не было страшно. Растянувшись на мягком пледе прямо на полу домика, я пела песни и чувствовала себя при этом едва ли не богиней этой земли. Кот благоразумно помалкивал, сидя на своем неизменном месте.
И тут… завыло.
Я замолчала. Затем, тихо прыснув, начала подпевать, пытаясь попасть в их тональность. Судя по тому, как закашлялся кот с очень уж круглыми глазами, получалось у меня слабо, но старалась я от души. Да и завывания и хрипы за стеной становились все громче. Им явно понравился мой концерт, вон как поддерживают! Добавились скрипы, царапанье по стенам, кто-то запрыгнул на угрожающе затрещавшую крышу… И вдруг что-то изменилось.
Я отодвинула кувшин и нахмурилась. Скрежет, но неуверенный. Растерянный шепот, будто обсуждают, и… звон крышки кастрюльки и чавканье. Кто-то довольно хрюкнул, а я застыла.
Они в самом деле жрали мою кашу! Е-е, успех!
Кот громко вздохнул, но комментировать происходящее не стал.
Я наклонилась к двери и крикнула во тьму:
— Эй, гости! Если будете себя хорошо вести и не терроризировать деревню, я часто буду варить вам кашу! Голодными не останетесь!
Темнота одобрительно заурчала. Чавканье усилилось.
Я довольно потянулась и широко улыбнулась. Что ж, кажется, я нашла подход к местной нежити.
  
Глава 12
 
Пока ночные гости увлеченно чавкали угощениями, а тьма за пределами сторожки наполнялась урчанием и довольным причмокиваньем, на меня вдруг накатила грусть. Из головы снова не шел Марко. Обида за последние дни поутихла, но совсем не исчезла.
— Вот скажи мне, Лукас, ты же умный…
— Факт.
— Тогда объясни, какого лешего я, такая дура, поверила, что нужна была Марко⁈
Кот кривился, глядя, как я делаю еще пару глотков компота, но молчал.
Меня же несло.
— Я делала для него все… И знаешь, делала бы и без наших фальшивых отношений. Ну просто он такой… такой…
— Да козел он! — наконец не выдержал кот.
От его неожиданного выпада я вздрогнула и пролила остатки компота на рубашку. Последний час я рассказывала все о нас с Марко, пока кот усиленно делал вид, что спит, и не думала, что он в самом деле как-то прокомментирует мою исповедь.
— Нет, он хороший, — запротестовала, — это я глупая и…
  
— Глупости ты говоришь сейчас. Ты умная, красивая, интересная, трудолюбивая, талантливая, упорная, веселая… — на одном дыхании начал перечислять кот, раздраженно помахивая хвостом.
— Ого… Ты же говорил, что я тебя раздражаю. Что ты хочешь, чтобы я ушла отсюда, — только и смогла пробормотать.