Попаданец в Содружество (СИ)

***
Сидя на берег речки, поглядывая на поплавок, я покосился на десятилетнего сына Стаса, что сидел метрах в десяти от меня, с заметной живостью вытаскивая из воды краснопёрку. Мы с сыном оба любили такие вот вечера на речке, с немудрённой снастью. Тут эту идиллию прервал звонок, мобильник зазвонил, эти места покрывались вышкой, хотя сотовая связь, для девяносто девятого года пока ещё не развита.
Сняв трубку, услышал истеричный голос жены Ани:
– Валера, Маша пропала, мы договорились встретиться в пять, за покупками сходить, ты же знаешь какая она обязательная. Кажется, что-то случилось.
  
Глава 12
 
– Понял, выезжаю. Только Стаса к бабушке завезу.
– Я дома. Жду.
Дав отбой, я повернулся к сыну, что смотрел на меня, и сообщил:
– Маша пропала, будем искать. Сам до бабушки дойдёшь или довезти?
– Сам дойду, только клёв начался, – решил тот.
Вот так я свернул свои снасти, всё отнёс в машину, большой багажник бардовой «Волги», экспортный вариант машины, принял снасти, устроился за рулём, движок сразу схватился, и покатил, переваливаясь по кочкам, к деревне, а там выехав на трассу, рванул в сторону Москвы. Тут километров сто, и на месте. Прямая трасса. Держал примерно сто двадцать, сам же размышлял. А мне нравиться тут жить. Вернувшись со службы, получил паспорт, прописался в квартире, прописав жену и дочь, и на третий день купил «Волгу» у кавказцев на рынке, экспортный вариант. Отличная машина, до сих пор пользуюсь, хотя ей уже пятнадцать лет. Нет, есть и джип, взял в девяносто тпятом, «Гранд Чероки», но на нём ездит супруга. Мы до сих пор женаты, трое детей. Маша, ей уже восемнадцать, студентка медвуза, Арина тринадцати лет и вот Стас, десяти. Арина сейчас на Енисее со своей группой, на байдарках там, в верховья подминаются. Вообще жизнь удалась. Я полгода поработал на заводе и уволился. Купил дом в Подмосковье. Свежей постройки и сруб из мощных брёвен, газ внутри есть, но и печки тоже. В основном в доме и жил, на выходные приезжая в Москву. Да и Анна часто на природе бывала, даже грядки завела. Хотя чисто городской житель. Я ей «жигуль» купил, сама ездила. Дом-то я на неё записал. Я не работал, считался тунеядцем, но на самом деле занимался пси-исследованиями. И серьёзно продвинулся в них за эти пятнадцать лет. В доме тишина, никто не мешает, просто отлично всё шло. Когда матушка выработала срок, и вышла на пенсию, она взяла и отжала у нас дом, очень уж он ей нравился. Тут и живёт, огород, консервирование, только счастлива, всегда при деле. Дети в основном у неё лето и проводят. Квартиру свою Маше отписала, та там и живёт одна, с момента как шестнадцать исполнилось. После школы поступила учиться на врача, идёт по стопам деда и бабушки. Да матери. Анна у меня заведующая отделением педиатрии. Отец эмигрировал в США в девяностых, сейчас там живёт, новая семья.
Вообще я смутно помню историю этого времени, но вроде всё так шло, как я и помнил. Развал Союза, беспредельные девяностые. Ох сколько я патронов потратил, расстреливая нациков в разных республиках, откуда гнали русских. Море крови было пролито. Зачистил самых оголтелых и горластых. Тут и ответка, и в форме себя держать. А вообще все изменения, это всё прошло как-то мимо меня. Хотя пару раз в Чеченскую войну, посещал, пополнял за счёт боевиков запасы, современным оружием и боеприпасами. Да средствами. США немалые деньги вливали в боевиков, а я перехватывал. Хотя много фальшивок было, но их уничтожал. Сейчас магическое аурное хранилище уже пять тонн, и ничего, качается. У меня там даже небольшой вертолёт имеется, и квадроцикл, но на машине до Москвы быстрее будет. А вообще Маша девушка обязательная, если договорилась с матерью о покупках, обязательно будет. Хотя бы позвонила отменить, у всех же мобильники есть, а тут молчок. Я на телефон звонил ей, вне доступа. Так что поддерживаю волнения Анны, что-то случилось. Даже самые плохие мысли приходят. Что может случиться с девушкой в Москве в конце девяностых? Вот и я думаю, как бы в руки каких нелюдей не попала. А такое может быть, очень уж она у нас красивой уродилась, и очень умной, редкое сочетание. Поэтому и гнал, топя падаль газа. Взор уже на шестьсот метров работал, это предел, если гаишник, то притормаживал. А тут новый звонок от Анны.
  
Ответил на ходу, связь была неплохой, хорошая слышимость:
– Да?
– Мне сейчас позвонили, сказали сто тысяч долларов готовить или Машу мы уже не увидим живой. Молодой мужской голос.
– Ну это уже легче, проблем не вижу. С её телефона звонили?
– Да.
– Странно, почему тебе, а не мне?
– Ну ты же известный деревенский затворник, а я на джипе езжу и работаю в частной клинике. Ха-ха, думают, это я семью содержу.
– Да, похоже, это те кто нас не знает. Скорее всего, молодые да ранние. Будь на телефоне, что и как узнаю, сообщу.
Пока же притормозив, я достал кейс спутникового телефона, и ноутбук. Та ещё электроника, но мне как программисту с ней работать довольно просто, так что вышел в интернет, взломал архив сотовой связи, у нас один оператор, и изучил архив звонков с телефона Маши. Сейчас телефон снова выключен. Отрубили его на связи одной из вышек Москвы, и включали на пять минут тоже у той же вышки. Телефон пока дистанционно включать не стал, чтобы прослушать, что там происходит, и поехал к тому району, что покрывала эта вышка. Как телефон заработает, я сразу отпингую его местоположение с точностью до метра. Вот так и гнал. Работающее оборудование лежало тут же на переднем пассажирском сиденье. Так и въехал в город, и сначала покрутился по улочкам. Взор работал, аура Маши известна, поэтому и просеивал квартал за кварталом. Есть, плетение, сканирующее на шестьсот метров, что имело в архиве слепок ауры Маши, отработало первым. Я нашёл дочку раньше, чем похитители снова запустили телефон. Отключив спутниковую связь и ноут, убрав обратно в хранилище, машину припарковал в стороне, после чего запер её, пискнув сигнализацией. У меня машина ухоженная, и форсированный движок, одни ребята, спецы в своём деле, следят за её стоянием. У меня её семь раз угоняли, яркая, вся в хроме, так по скрытому маяку, спрятанному внутри, находил и зачищал угонщиков. Вот так и прогулялся до обычной панельной девятиэтажки с одним подъездом. Этаж девятый. Легко взбежав по лестнице, лифт я проигнорировал, а так себя отличной форме держу, даже не запыхался. Подойдя к двери, прислушался. В квартире, она была однокомнатной, было трое. Маша, связанная в ванной лежит, и двое в зале. Смотрели телевизор. По виду обычные молодые быки. Не знаю их. Не используя хранилище, у меня отмычки есть, вскрыл замок, просунув руку, убрал пару звеньев внутренней цепочки и, приоткрыв дверь, держа в руке «ПБ», прошёл в коридоре. А там и к двойным дверям в зал. Они открыты были.
– Что-то сквозняком потянуло, – сказал один из быков. По виду спортсмен-тяжеловес, да в спортивном костюме.
Таких уже давно задавили, по тюрьмам сидят, иди в земле гниют, мы легко пережили самый расцвет бандитизма, а всё же вылезли откуда-то. Второй повернулся, и замер, глядя на меня.
– Сколько вас? – спросил я.
Оба молчали. Два выстрела из бесшумного пистолета Макарова, обоим в коленные чашечки, и те с воем упали на пол, катаясь по полу. Огнестрельного оружия у них не было, кроме выкидух, отобрал, и связал. Дальше прикрыв входную дверь, и сразу к ванной. Там включив свет, встретил зарёванный взгляд Машин. Похоже, крики похитителей её изрядно напугали. С каким же облегчением во взгляде та меня встретила. Быстро срезал скотч, со рта оторвал кусок, дал проревется, обнимая, и велел привести себя в порядок. Заодно опросил. Нет, насилия пока не было, так облапали всю, обещая, что вечером повыселяться с нею.
– Твои похитители в зале лежат, никуда не денутся. Сколько их вообще было?
– Трое мужских голосов и один женский. Кажется, я его где-то слышала.