Наш папа - прокурор (СИ)

– Я поняла. 
– Не надо тебе с ним идти никуда, Вика. 
– А вдруг я что-то интересное о нем узнаю? И вообще, мне интересно, зачем. 
– А если бы на моем месте, были вы сами? Вы бы пошли? 
Пошел бы, наверное. Когда твой соперник меняет тактику, важно быть в курсе. 
– Ваше молчание – это да. 
– Он не будет тебе ничего рассказывать. 
– Посмотрим, что предложит. 
– Вика. 
  
– Я кое-что придумала. У меня есть прослушка. На практике в академии тренировались. Надо ей воспользоваться хоть раз по назначению, а то гарантия выйдет. – Я закатываю глаза. – Вы же подстрахуете меня?
– Хорошо. Во сколько?
– В семь. 
В шесть сорок пять созвонимся. 
– Фух, спасибо. А о чем мне можно говорить? О чем нельзя?
– Отрицай любые совпадения. Просто практика. Если сомневаешься, то скажи, что подумаешь. 
– А если он попросит не уезжать или пригласит на работу. 
– Боюсь, как бы он не предложил тебе это сделать через постель. 
– Я не готова так. 
– Правильно. Это проверка будет. Скажи, что предложение хорошее, ты все бы отдала за это, но не честь. Пообещай быть преданной и исполнительной. – Она хмурится и сомневается. – На Лену посмотри, вот она согласилась на его условия, кто она теперь и какое к ней отношение. А вообще он тебе еще ничего не предложил, – мы молчим, а потом одновременно начинаем смеяться. 
– Точно. 
Прощаемся до завтра. К Саше я уже не успеваю. Возвращаюсь на работу, разбираю дела, но мысли крутятся возле Антонова. Вика может банально ему нравится. А может, он хочет что-то узнать или проверить ее. Вика, конечно, отчаянная. Чтобы только это ее не подвело. Хотя, в принципе, для этого рядом буду я. Она уедет, своего человека у меня там уже не будет. 
Пока еду после работы к Саше, набираю Сергея Ивановича, благодарю за то, что помог устроить Вику на практику в прокуратуру. 
– Да ерунда, Юр. Ты сам как? 
Иногда в нашей жизни появляются случайные люди, но они близки тебе душой, поддержкой, хотя когда-то дрючили и не хотели принимать зачет.
– Никто не знает, я не рассказывал, но… я стал отцом. 
– Да ладно. Серьезно?
– Да. 
– Поздравляю, Юра. Рад за тебя. Мальчик, девочка?
– Три девочки. 
Слышу, как он откашливается. 
– Прости, не расслышал. 
– Расслышали все правильно. Три дочки. Тройня. 
– Ну, ты мощь! Как так получилось? 
– Да, сам не ожидал. 
– Поздравляю и тебя, и девушку твою. Родители довольны-то? 
– Еще бы. Отец роды принимал, мама уже на низком старте, чтобы нянчить. Они недоношенные родились, поэтому пока под присмотром врачей. 
– Ну, здоровья им. Рад за тебя. А на новом месте как?
– Нормально, обживаюсь. Кстати, совета вашего спрошу. Мне тут письмо пришло анонимное. Статья двадцатилетней давности. 
– И что там?
– Рассказывается про аварию, погибли муж, жена, у них осталась дочка. Виновника аварии, я проверил, не нашли. Вот не понимаю только, что мне с этим делать и почему мне пришло? 
– Анонимно?
– Да. И еще знаете, какое совпадение странное. Девушка эта, которую вы пристроили на практику, она ищет свою двоюродную сестру. Ее усыновили после гибели родителей. 
– И?
– Так вот мужчина из этой статьи это ее дядя?
– А кто ее дядя?
– Ее дядя работал в лаборатории, не знаю какой. 
– Давай подумаем, какие есть варианты?
– Кто-то хочет, чтобы я нашел этого водителя или его родственников и наказал, например. 
– А эта девушка не могла тебе подкинуть эту статью, чтобы ты заинтересовался ей и помог найти?
– Это глупо, если честно. – Я хочу рассказать, что мы жили в одной квартире, но теперь понимаю, что в свете того, что я отец, он не поймет этого. – Нет, это не она. Она давно мне рассказала. 
– Версия с водителем понятна. Девочку кто-то может искать?
– Девочку ищут ее родственники, поэтому тут тоже без вариантов. 
– Остаются муж и жена. 
– Он лаборант, она бухгалтер. 
– Может, она какие-то сделки проводила? Да черт там что теперь докажешь, спустя столько лет. 
– Интересно, но не понятно, с чего начинать. 
– А что насчет лаборанта, где он работал?
– Старший лаборант в одной из российских клиник. 
– Хм. А что за клиника?
– Вроде бы его племянница говорила, что там что-то было связано с акушерством. 
– Если предположить, что надо искать, то все равно не понятно, что именно. 
– А что там можно искать? 
– Да хоть что. Жена вон сериалы смотрит, то детей перепутали, то украли. Может, там что-то произошло, тебе надо разобраться. 
– Как ошибку в законе искать. 
– Даже не знаю, чем помочь. 
– Хочу на выходных туда съездить, узнать больше о нем. 
– Может, вещи какие-то остались. Ты узнай. 
– Да, вы правы. 
Я паркуюсь возле клиники. 
– Если надо какой-то совет, обращайся. Со стороны порой видней. Расскажи, потом подумаем вместе. 
– Хорошо, всего хорошего, Сергей Иванович. 
Мы прощаемся, я выхожу из машины и иду к Саше. 
Ее нет, она на процедурах, приходится ждать. 
А мне уже хочется увидеть ее и обнять. Вчерашний вечер в отличие от остальных закончился позитивно для меня. Я лежал с Ахиллом и нам так не хватало рядом Саши. Она ведь тогда сказала, что любит. Потом перевела разговор, что любит быть со мной, но мы оба знаем, что она имела в виду на самом деле. Просто тогда не хотелось озвучивать это вслух. Ситуация была сложная. 
А сейчас я с ума схожу, как хочу быть с ней больше, к себе забрать, чтобы никто кроме меня ее не касался. Прошлое наше забыть и все простить. Если это не любовь, то я не знаю, как по-другому назвать. 
Но и одновременно страшно сказать это вслух. Для меня это не просто слова, это уже навсегда. Как печать, утверждающая мои намерения. 
Дверь тихо открывается, Саша с медсестрой появляются в палате. Я сразу встаю. Тихо здороваемся. Я так и стою. Жду, когда медсестра оставит нас. Но она рассказывает Саше про какие-то таблетки, напоминает, что когда принять. 
Как только наконец оставляет нас наедине, уверенно, но не спеша иду к Саше. Она оборачивается, замирает, но не отталкивает, когда ее обнимаю. Целую в щеку. Стоим так, не отпускаю ее пока не чувствую, как обнимает в ответ. 
Никто не делает дальше шаг. Не тот случай, когда надо торопиться. Хочу, чтобы просто почувствовала, что я рядом. И постель – это лишь составляющая. Мне хорошо с ней просто быть рядом и поддерживать. 
– Ты как? 
Отстраняюсь и смотрю в глаза. Ее губы так близко. Вот вру же себе. Поцеловать ее хочется. Быть рядом и поддерживать хорошо, но еще лучше иметь доступ к ее телу. 
– Нормально, – смотрит в глаза и ждет чего-то. 
– Сходим к нашим девочкам?
– Я только что была, мне разрешили сейчас зайти. Позже у них пересменка и нельзя будет. 
Я выдыхаю. Жаль, хотел с ней. 
– Но я их сняла чуть-чуть. Показать тебе?
– Конечно. 
Саша лезет в карман за телефоном. Я сажусь в кресло и тяну ее себе на колени. 
Она пытается сопротивляться. Для вида. Я подыгрываю, удерживаю силой. Смотрю через ее плечо, боковым зрением любуясь ей самой. Она такая красивая. Мне вообще досталась такая красавица, с этой родинкой сексуальной. 
Прижимаю к себе, чувствую, как часто дышит. 
Ее пальцы жмут не на ту кнопку, вместо галереи открывается словарь. Саша его тут же закрывает.
Я случайно провожу кончиком носа по плечу, цепляю губами кожу. 
Она уклоняется. Хочет еще меня помучить. Обида уже начала стекать как в водосточную трубу, но ее еще много, конечно. Засорилось за полгода сильно. 
Саша открывает наконец видео и включает мне. 
Озвучивает как подходит к каждой малышке и рассказывает что-то для себя. Поджимает губы, чтобы не расплакаться. 
  
Мне так хочется ее утешить, что я без прелюдий и вопросов, наклоняюсь и целую ее за ухом.