Прыжок веры (ЛП)

Тем не менее в Disney в те годы происходили большие события. У нас был внушительный бюджет на НИОКР, и мы работали над рядом проектов в области альтернативной энергетики: электромобилем, солнечными системами разного рода и экспериментальным использованием в жилом секторе моего старого знакомого с «Джемини-5» — топливного элемента.
Мы вывели небольшой жилой квартал во Флориде из сети общего пользования и оснастили каждый дом собственным топливным элементом. Топливные элементы обеспечивали дома всем необходимым электричеством, а поскольку работали на природном газе, не давали никаких загрязняющих веществ. Меня озадачивало, почему потребовалось столько времени, чтобы топливный элемент — открывший возможность полётов к Луне и других длительных пилотируемых космических экспедиций — прошёл столь простое коммерческое испытание. Мы убедились в их высокой эффективности, хотя конкретная марка, которую мы использовали, требовала довольно большого технического обслуживания. С тех пор конструкция топливных элементов существенно улучшилась, и я рассчитываю увидеть их в домах будущего, а также в электромобилях — что избавит от необходимости в батарейных блоках, нуждающихся в подзарядке каждые сотню миль или около того.
  
Шёл процесс создания Epcot Center, и в ходе этой разработки, предполагавшей альянсы с крупными компаниями — General Motors, General Electric, RCA — осуществлялось много интересных проектов. Однажды днём несколько участников из разных компаний и в разных местах провели первую в мире закрытую спутниковую конференцию в реальном времени. У меня был доступ во внутренние святилища Disney и других фирм, и я чувствовал, что занимаюсь интересным делом.
Я летал при каждом удобном случае; у Disney был собственный самолёт, которым мне время от времени разрешали пользоваться. Но я скучал по натовским T–38 — и по собственному реактивному самолёту, на котором можно было носиться. Когда однажды полетаешь на истребителе и включишь форсаж просто ради кайфа, никакой другой самолёт с этим не сравнится. Истребитель чем-то похож на то, что говорят об ослепительной красавице с загадкой: волнует и порой непредсказуем, но риск оправдан.
Несколько недель в 1978 году какая-то женщина, чьего имени я не знал, пыталась дозвониться мне в офис, но я всегда был занят или в отъезде, а она отказывалась оставлять номер. Однажды утром она позвонила, и моя секретарь соединила нас.
Женщина представилась и пригласила меня на ланч.
«На ланч?» — сказал я, несколько опешив. «Это по какому поводу?»
«Думаю, у нас есть общие интересы».
Как я уже сказал, в загадочной женщине есть что-то особое. А Валери Рансон оказалась ещё и красавицей. Кареглазая блондинка лет двадцати восьми — тридцати, она напоминала французскую актрису Катрин Денёв.
Мы пошли на ланч в заведение, где подавали барбекю. Не прошло много времени, как я оценил, насколько умна эта женщина. Имея степень магистра в области журналистики на радио, она работала в сетевом радиовещании, освещая события на Среднем Западе в период Уотергейтского скандала. Затем она работала в Белом доме в период администрации Форда, помогая разрабатывать национальную программу энергосбережения: у неё был офис в новом здании Исполнительного управления рядом с Белым домом. Как стратегический аналитик, она разрабатывала способы лучше просветить американцев об энергетических проблемах и провела всестороннее изучение роли крупных нефтяных компаний — Shell, Exxon, Mobil — в нараставшем энергетическом кризисе, обернувшемся длинными очередями на заправках. Валери рассказала, что изучала альтернативные источники энергии и технологии — солнечные коллекторы, ветрогенераторы, — но нашла большинство из них слишком маломощными для удовлетворения спроса.
Для своего возраста Валери занимала значительные посты, хотя держалась не с заносчивостью, а с видом человека, знающего своё место в мире. Она также не тратила время попусту и быстро переходила к делу.
«У меня есть план объединить группу технических специалистов с необычными талантами», — сказала она ещё до того, как принесли салаты. «Я знаю, что Disney занимается интересными вещами, но существуют технологии куда более передовые. Я хотела бы, чтобы вы помогли мне сформировать ядро частной технологической группы».
«У меня уже есть работа», — сказал я.
«Я говорю о передовых технологиях. О технологиях, которые нам необходимо понять, если мы хотим решить проблемы, угрожающие потенциалу человечества как вида».
«Угу».
Её взгляд впился в мои глаза.
«Вы должны понять, полковник. У меня есть доступ к необычной помощи».
Я кивнул.
Тут она выдала всё сразу: «Мой источник знаний — не с этой планеты».
Она знает о моём отношении к НЛО и разыгрывает меня. Настала моя очередь смотреть на неё в упор. Под моим ледяным взглядом она не дрогнула.
Из общения с нескончаемым потоком людей, приходивших с улицы со своими изобретениями, я знал: из каждых десяти трое-четверо — в той или иной мере чудаки. Ещё трое-четверо — как один парень, который пришёл тем утром с аккумуляторами, намного превосходившими изделия Ever Ready, — оказываются настоящими. К какой из двух групп принадлежала Валери Рансон, я ещё не знал.
«Звучит интересно», — сказал я так непринуждённо, как если бы сказал «Передайте масло».
«Существует универсальный разум, пронизывающий Землю. Источник может исходить из любой из множества точек. Я знаю это, потому что получаю эти сигналы уже много лет. Думаю, мы участвуем в грандиозном коммуникационном эксперименте». С улыбкой она добавила: «Этот эксперимент выводит идею радиожурналистики на совершенно новый уровень возможностей».
Кто эта красноречивая, живая женщина? — задался я вопросом.
«Суть в том», — продолжила она, когда официант принёс горячее и ушёл, — «что во Вселенной существует значительный источник разума, желающий нам успеха. Он готов служить посредником, чтобы мы могли развиваться как народ и цивилизация, но нам нужно самим делать черновую работу. Никто не прилетит с другой планеты делать это за нас. И время истекает».
Она рассказала, что была создана головная организация с офисами в Вашингтоне, округ Колумбия, где у неё тоже есть офис. По её словам, дочерняя структура — Advanced Technology Group — будет заниматься тестированием и внедрением новых революционных технологий.
«Мы формируем сеть мыслителей, новаторов, инженеров, педагогов, учёных, исследователей и аналитиков социальной политики, готовых внести свои разработки в создание нового облика завтрашнего дня. Мы объединим талантливых людей и концепции высоких технологий, очень перспективных. У каждого будет своя роль — своя область экспертизы. Двигательные установки. Медицина. Электроника. И самое важное — энергетические технологии: чтобы обеспечить нас как нацию и как планету чистым, возобновляемым, неограниченным источником энергии. Нам нужна ваша помощь».
«Почему я?» — спросил я.
«Ваш авторитет из космической программы помог бы привлечь лучших технических специалистов», — сказала она. «Им нужно будет создавать новое оборудование, чтобы доказать миру некоторые из этих теорий. Мы обеспечим контекст для этого».
Я занялся жареным мясом, решив, что, пожалуй, стоит поскорее закончить ланч, но тут произошло кое-что любопытное. Чем больше она говорила, тем больше меня захватывало. Скептицизма у меня хватало, и я просто слушал — не более того. В то же время моя пожизненная открытость к новым и необычным возможностям — как на Земле, так и в бескрайнем космосе — удерживала меня на месте.
  
К тому времени, когда мы доели, она достаточно разожгла моё любопытство, и я согласился снова встретиться с ней и продолжать слушать.
Мы встречались несколько раз на протяжении следующих месяцев. После каждой встречи я оказывался под ещё большим впечатлением от её ума, проницательности и энтузиазма. Ни странности, ни глупости, ни шарлатанства я не замечал. Валери Рансон была мыслителем и человеком дела — редкое сочетание.