Спасите меня, Кацураги-сан! Том 9 (СИ)

— У вас очень хороший район, — сказал я. — Заметил, что под определённым углом даже Императорский дворец отсюда видно.
— Да, только вы не подумайте, что он так просто мне достался, — усмехнулся Эитиро Кагами. — Я ведь тоже начинал с самого низа, как и вы, Тендо-сан. Жил на съёмной квартире с тараканами. Только не в Осаке, а на окраине Токио. Я лишь хочу сказать, что с вашими амбициями… Не удивлюсь, если вы в итоге и в Императорский дворец переедете!
— Это уж вряд ли, — рассмеялся я.
— Ну почему же? — пожал плечами Эитиро. — У императора есть свой личный врач, который следит за его здоровьем и здоровьем всей семьи правителя. Слышал, что Ямамото Мифунэ с ним знаком. Вроде как, они когда-то давно работали вместе.
— В итоге один стал императорским врачом, а второй создал самую передовую фармацевтическую корпорацию в мире, — усмехнулся я. — Нехилый размах. Тогда уж давайте так, Кагами-сан. Я рвану в Императорский дворец, а вы на кресло генерального директора «Ямамото-Фарм». Повторим судьбу великих людей?
В этот момент Мизуру вошла в гостиную с уже успокоившимся Тендо на руках. Вся семья Эитиро вместе со мной собралась у камиданы — семейного синтоистского алтаря. Он практически не занимал места в гостиной и представлял собой обычную полку, подвешенную на стене. Однако, несмотря на компактные размеры, притягивал к себе взгляд.
Он был украшен разными атрибутами главной японской религии. Всех названий я не знал, но на полке находилось миниатюрное святилище, амулет и какое-то зеркало.
Когда время подошло к полуночи, Эитиро Кагами посмотрел на своего сына и объявил:
— Теперь ты официально Эитиро Тендо. Названный в честь человека, спасшего жизнь тебе и твоей матери.
В какой-то момент я заметил, как от алтаря к ребёнку потянулась тонкая струйка жизненной энергии, но вскоре моментально исчезла.
И весь этот вечер стал для меня прямым доказательством того, я всё же могу создавать новых лекарей. Если я всё же решу воскресить свой орден, теперь это действительно возможно. Только к этому вопросу нужно отнестись с большой ответственностью.
«Анализ» даёт большие возможности, но даже его нужно уметь правильно использовать. В руках необразованного медика он лишь обыкновенная игрушка — не более того.
Эитиро Кагами предложил мне остаться с ночёвкой, но я вежливо отказался и отправился к себе домой.
Следующие несколько дней пролетели быстро. Я утонул в работе и не заметил, как наступил тот самый вечер. Время похода в театр на мюзикл Томимуры Сайки.
Поскольку после представления у меня намечалось ещё и свидание с девушкой, я озаботился заранее покупкой нового костюма. Да дело даже не только в свидании. В театре тоже не стоит появляться в той же одежде, в которой я обычно хожу на работу.
В вестибюле уже скопилось огромное количество людей. Я подошёл к работнику театра — капельдинеру и назвал своё имя:
— Кацураги Тендо, — сообщил я. — Посмотрите в списке, мне должны были выделить место.
— Одну минуту, — улыбнулся мужчина, затем заглянул в перечень приглашённых лиц и тут же его закрыл.
Он резко изменился в лице, сглотнул сухой ком и заявил:
— Простите, Кацураги-сан, но вас нет в списке. И если у вас нет билета, я, к сожалению, не смогу впустить вас в зал.
  
Глава 15
 
Приехали. Целую неделю я ждал возможности познакомиться с культурой японского театра, и вдруг оказывается, что меня и вовсе нет в списке приглашённых гостей. И он говорит мне, что без билета я пройти не смогу. А билетов-то уже нет! Их и неделю назад не было, всё раскупили заранее.
Странно, ведь при мне Томимура Сайка и постановщик Ямагучи уже решили эту проблему. Он говорил, что лично разберётся с этим вопросом. С чего это вдруг меня не оказалось в списке? Вряд ли он забыл. Проблема явно в другом.
Уж больно странно капельдинер отреагировал на моё имя, когда заглянул в список. Будто я в нём есть, но отмечен особым образом. Странно…
А ведь Томимура Сайка писала мне совсем недавно, что я пройду, достаточно лишь назвать своё имя.
  
— Думаю, вы ошиблись, — настоял я. — Проверьте список ещё раз. Моё имя там есть.
— П-прошу прощения, но вы задерживаете очередь! — решил возмутиться капельдинер.
— Хорошо, — кивнул я и активировал «харизму». — Тогда настоятельно рекомендую позвать сюда Ямагучи-сана. Иначе после окончания мюзикла у вас возникнут очень большие проблемы. Ведь он узнает, что приглашённый им гость в зал так и не попал.
Капельдинер растерялся, а затем, почувствовав давление моей магии, попросил коллегу его заменить, а сам отошёл вместе со мной в сторону.
— Кацураги-сан, вы простите, но я ведь правда не могу, — начал оправдываться он. — Ошибка какая-то! Не думаю, что нужно звать Ямагучи-сана. Он сейчас очень занят и…
— Покажите мне список, — велел я, продолжая воздействовать «харизмой».
Я прекрасно понимал, что знакомиться со списком гостей я не имею права. Однако интуиция трубила, что здесь что-то не так. По какой-то абсолютно загадочной для меня причине этот человек не хочет меня пускать. Хотя, очевидно, что он просто рядовой работник, которому кто-то приказал так сделать.
Томимура Сайка точно бы этого не сделала. Может, сам Ямагучи? Передумал допускать меня до зала, испугавшись, что я могу помешать спектаклю так, как я это сделал на репетиции? Но ведь сейчас с Сайкой всё в порядке, дым заменили, и на той сцене у неё больше не возникает ларингоспазм.
Я увеличил давление магии, и капельдинер сдался.
— Ладно… Вот, только… Только не говорите, пожалуйста, Ямагучи-сану. Никому не говорите, прошу вас! — начал умолять он.
— Что не говорить Ямагучи? — послышался голос из толпы.
Прямо перед нами появился сам постановщик. Увидев меня, он воскликнул:
— Кацураги-сан, сколько вас можно ждать⁈ Я хотел поприветствовать вас лично и ещё раз поблагодарить за помощь с исправлением сцены! Даже организовал всё так, чтобы у нас места в зале располагались рядом! Почему опаздываете?
— А об этом лучше спросите этого господина, — ответил я, указав на капельдинера. — Говорят, что меня нет в списке. Поэтому я и опаздываю.
— Что-что? — злобно прищурился Ямагучи. — Ну-ка быстро дайте мне этот список! Я точно помню, что сам вносил туда имя «Кацураги Тендо»!
Капельдинер понял, что деваться ему уже некуда. Он отдал нам список и отвёл взгляд. Я подошёл к Ямагучи и пробежался по фамилиям вместе с ним. Только долго искать моё имя не пришлось. Оно было подчёркнуто красной пастой.
Только оно и было подчёркнуто.
— Что это значит? — процедил сквозь зубы Ямагучи. — Кто сделал эту отметку и зачем?
— Клянусь, я не знаю! — начал оправдываться мужчина. — Я просто… Просто увидел эту отметку и подумал, что Кацураги-сан не стоит пускать в зал прямым путём, поскольку для него заготовлено особое «VIP» место!
— Зубы-то мне не заговаривайте, — прорычал Ямагучи. — Я в театре работаю чёрт знает сколько лет. И прекрасно понимаю, что такое — плохая актёрская игра! Ладно, сейчас у меня нет времени разбираться с этим. Но поверьте, после мюзикла я из вас вытрясу всё. Директор театра об этом узнает, не сомневайтесь.
Ох и странное же начало. Вечер не задался прямо-таки у самого входа. И пока что я даже предположить не могу, кому может быть выгодно провернуть такое.
Хотя… Одна теория у меня есть. Возможно, из-за отсутствия билетов кто-то заплатил капельдинеру или кому-то из вышестоящих работников театра, чтобы заменить одного из гостей собой.
Только даже это звучит слишком абсурдно. Почему в таком случае выделили именно меня? Вряд ли тут дело в простом невезении.
— Вы уж простите, Кацураги-сан, — вздохнул Ямагучи, когда мы прошли в зрительский зал. — Понятия не имею, что нашло на этого идиота, но я обещаю, что лично проконтролирую этот вопрос. Бардак какой-то, честное слово!
Ямагучи ворчал до тех пор, пока мы, наконец, не уселись в первых рядах. Там было всего два свободных места — моё и постановщика.