Вернуть себя. Том 7 (СИ)

— Ха-ха-ха, — рассмеялась не сдерживаясь Флора снимая маскировку с ментального тела. — Ты бы видел свою рожу, а уж какие эмоции у тебя были? Ты ведь реально на все готов был чтобы вымолить у меня прощения. Эх, зря я не послушалась Лейлу и не дожала тебя.
— Вот же сучка демоническая, — ругнулся я на Лейлу, — Это ее идея была поиздеваться надо мной?
— Ты заслужил, — ответила Флора после чего отодвинулась в сторону и показала взглядом на место рядом с собой, — Садись и рассказывай все, что собирались со мной сделать. Я хочу быть в курсе всего.
— Я уже говорил тебе, что я не просто из другого мира, но и времени. Так вышло… — начал я рассказ Флоре со всеми подробностями официального плана Ули и Гильшака, о некоторых изменениях которые внесли в план я и Симеон я не рискнул говорить тут на корабле. Об этом я расскажу Флоре как-то позже. Думаю излишне говорить, что после подробного ознакомления с планом мы переместились в нашу каюту где и закрепили наше примирение в нашей постели.
Утро началось уже в четыре утра. Оказалось, что в систему прибыло три корабля цикаров и там начался бой за которым мы и смотрели через расставленные зонды. Сам бой был каким-то слишком уж вяленьким, использовали лишь оружие которое эквивалентно четвертому классу по классификации Содружества.
В итоге по обстреливав друг друга пару часов корабли покинули систему, а за ними в погоню отправилась пятерка кораблей оставив на страже лишь половину своей охранной группировки.
— Они не горят желанием друг друга уничтожать, — заметил Симеон, — Папа рассказывал, что вы уже встречали нечто подобное. — обратился он к Уле и Гильшаку.
— Было дело, — согласно кивнула Уля, — Только там убивали реально, а не вот так перебрасывались выстрелами, Оро и Орсо. Помнишь их?
— Помню конечно, ведь именно они в училищах преподают групповые пси воздействия. Помню, хотел припугнуть их отцом, так они распяли меня в воздухе и отходили ремнем при всем классе по заднице приговаривая, что предков надо уважать, а не хвастаться.
— Хм, а случаем не Рутгар был среди них главным? — усмехнулась Уля.
— Он, — согласно кивнул Симеон, — Вы знакомы?
— Знакомы, отличается своим подходом к воспитанию подрастающего поколения.
— Ладно, раз уже никто не спит можем отправляться. Уля, ты остаешься тут на корабле. Лейла, тебе на той стороне тоже нечего делать. А вот мы можем отправиться на другую сторону.
— А мне зачем? — спросила Дженна.
— Для общего развития, — вместо Гильшака ответил Симеон, — Хочу чтобы ты понимала насколько мелок был тот мирок в котором ты родилась.
— Я уже это поняла, отец, — произнесла Дженна заплакав. — Жаль, мама и сестра не дожили до этого.
— Дженна, сейчас не время. — у его дочери из-за восстановления была нестабильность эмоциональной сферы от чего у нее и были резкие перепады эмоции.
— Да, папа, — подскочила она к Симеону и крепко обняла его, — Папа, я тебя люблю, — искренне произнесла она и разревелась на груди у Симеона.
Мы дружно, не сговариваясь оставили их на мостике корабля, а сами направились собираться. Сразу по прилету на эту планету я проводил диагностику сознания Дженны, она наконец-то определилась с тем, что она в первую очередь Дженна, а не жрица Мионеи.
Это спровоцировало ускорение ее восстановления, что вызвало эмоциональную нестабильность. Результат этого можно было увидеть сегодня на мостике. По оптимистичным прогнозам примерно через пол года сознание сможет стабилизироваться, а пока приходилось терпеть вот такие сценки.
Через полчаса Гильшак, я, Дженна, Флора и Симеон входили в челнок. Спустя пару минут Гиль занявший место пилота поднял его в воздух и направил в сторону прохода созданного мною.
Я же заняв место второго пилота подключился к сенсорам корабля и контролировал чтобы мы не цепляли стены прохода челноком. Моя задача была если потребуется расширять в некоторых местах проход.
То расстояние которое я пролетел вчера менее чем за двадцать минут в этот раз у нас заняло больше трех часов. Проблема была в том, что в некоторых местах я все же не до конца расширил проход, особенно в местах поворотов, а потому приходилось тратить время на это.
 
Но наконец-то спустя три часа мы влетели в переход. Уже оказавшись на остатках Шаррна Симеон выбрался из челнока и перенастроил защиту так чтобы она пропускала конкретно этот челнок в обе стороны.
— Фиск, ты единственный родом из этого мира, — произнес Гиль, — Думаю надо тебе предоставить право на первый наш вылет в твою родную Вселенную.
— Спасибо, — поблагодарил я Гильшака и переключил управление на себя, — Знаете, а ведь я волнуюсь. Что там за щитом?
— Хватить рефлексировать, — влез Симеон, — Давай уже, — стукнул меня в спину он.
Усмехнувшись на его своеобразную поддержку я направил челнок к границам защиты и вновь остановился. А после затаив дыхание словно собирался нырнуть под воду направил челнок за пределы защиты.
Практически сразу же поднялся сигнал тревоги. С трудом удалось увести челнок от непонятно чего впереди челнока и резко его остановить. За ту секунду, что прошла с момента выхода из под защиты я мягко говоря успел уже попрощаться под защитой.
— Да, что тут происходит, — ругнулся Симеон кинувшись к вторичному пульту. Гильшак в это время уже вовсю работал со сканерами челнока.
— В радиусе десяти километров фиксируется шесть аномалий. Две темпорального характера, одна гравитационная, та самая в которую мы едва не влетели, и три пространственные. — озвучил Гильшак выведя в салоне челнока трехмерную голограмму.
— Дядя, посмотри на дальние сенсоры, — кивнул Симеон и сменил картинку. — Фиск, узнаешь?
— Узнаю, — сквозь плотно сжатые зубы процедил я. Честно говоря я думал, что ту ненависть и злость я оставил на Карстоне. Но вот стоило увидеть как она вспыхнула с новой силой.
— Что это? — спросила Флора у меня, — Фиск, я никогда не видела тебя таким злым.
— Гигантский улей архов, — ответил вместо меня Гильшак. — Причем судя по размерам это какой-то флагман, больше шестнадцати километров в длину.
— Фиск, успокойся, он мертв, — произнес Симеон увеличив изображение улья находящегося всего двадцати пяти миллионах от нас. Он как и мы дрейфовал в астероидном поле оставшемся от Шаррна. — Судя по всему по нему прошлись минимум первым классом.
— А вот и тот кто это сделал, — произнес Гильшак и сменил картинку на огромный корабль который у нас на глазах стрелял, взрывался потом вновь оказывался целым, вновь стрелял и вновь взрывался.
— Похоже на линкор, но я не узнаю чей он, да и похоже он более продвинутый чем все, что было в Содружестве, — произнес я. — Что с ним? Темпоральная петля?
— Да, они угодили в темпоральную петлю перед своим разрушением. — произнёс Гильшак. — Три секунды
— Дядя, смотри, идет не полное повторение. — заметил Симеон сравнив полсотни перезапусков темпоральной петли.
— Мне остается только пожалеть их, — мрачно произнес Гильшак.
— Симеон, объясни, — обратился я к нему.
— Откат происходит лишь в физическом спектре, сознание не откатывается. Экипаж пытается что-то предпринять, но у них лишь три секунды. — ответил Симеон.
— Мы можем им помочь? — спросил я у Гильшака.
— Без большого запаса отрицательно заряженных тахионов туда нечего даже соваться. Мы сами можем стать частью петли. — ответил Гильшак, — Ладно, наша задача провести картографирование ближайшего пространства…
— Гиль, — прервал я его, — Насколько большого?
— Очень большого. Тот запас который у нас есть реверс темпоральных браслетах примерно одна тысячная от нужного объема. — ответил он, — Мы ничем не можем им помочь. А вот они нам помогли.
 
— Они грохнули архов, вот останки еще семнадцати ульев. — вывел изображение останков кораблей архов. — И это лишь в радиусе ста двадцати миллионов километров.
— Надо быть очень осторожными. — произнес Гильшак, — В моей родной системе было нечто подобное. Тут схлестнулись силы равные Джоре или Шилимов. Каждая темпоральная и пространственная аномалия это следы уничтожения корабля со свернутым пространством или темпоральным ускорителем.