Пришествие Зверя. Том 3

Но магистр ордена все же восхищался видом других планетоидов и поразительными техническими снособностями мастера ван Аукена, сумевшего направить их подобным курсом. За передовой парой, кружащейся в пустоте, следовал третий — самый уродливый кусок скалы, что когда-либо засорял Галактику. Чудовищно выпуклый, совершенно неправильной формы, он также был самым большим из астероидов, которым жрецы Адептус Механикус придали гравитационный разгон в сторону Улланора. Гигантская скала пробивалась через флотилии орочьих штурмовых кораблей, беспощадно крушила рейдеры на якорях и проламывалась сквозь звездные форты.
На глазах у Тейна и Тихора два первых астероида врезались в целевую планету. Сердца магистра ордена заколотились в груди, а дух воспарил при виде того, как пара небесных тел, столь изящных в полете, врезалась в Улланор подобно кулакам уличного бойца, наносящего сокрушительный сдвоенный удар. Мир содрогнулся, в местах попаданий вспыхнули огнем тектонические разломы. Всколыхнулись могучие ударные волны, превращая рои орочьих кораблей в измятые остовы. На поверхность пролился дождь из пылающих орочьих трупов, космического мусора и обломков орбитальных платформ. Через несколько жутких минут все закончилось, лишь точки падения астероидов пылали расплавленной породой и опустошительными пожарами.
Но та уродливая скала, что мчалась третьей, тут же врезалась в планетарный полюс и увенчала мир орков смертями и разрушениями.
— Горите, — прошипел Тейн сквозь решетку шлема, вспоминая уничтоженные флоты, расколотые имперские планеты, порабощенных граждан. Представляя себе картины этих бесчинств, он исполнился жажды отмщения. — Горите, чудовища...
Терзаясь бездействием, Максимус наблюдал, как Улланор растет перед ним. Следующим в мир зеленокожих ворвется Туза и поразит дворцовую крепость Горкогрод в самое сердце. Из разведданных, которые собрали в ходе двух предыдущих обреченных налетов, магистр ордена знал, что логово Зверя простирается на небольшой континент. Впереди их ждали колоссальные укрепления, исполинские постройки, в равной мере чужеродные и грозные.
В стенах твердыни находились километровые пустоты, забитые оружейными фабриками, гигантскими мастерскими, грибными плантациями, фермами орочьего скота и лагерями для полчищ зеленокожих солдат. Однако же от всех разрушений, причиненных предыдущими двумя нападениями, не осталось и следа. Ксеносы восстановили свои монструозные укрепления. Повсюду виднелись сверхтяжелые орудийные установки и обширные заводские комплексы.
— Пора? — спросил Тихор.
— Пора, — эхом откликнулся Тейн.
Магистр ордена понемногу начинал ощущать воздействие силы тяжести Улланора на доспехи. Потянувшись вниз носком сабатона, он услышал хруст камня: броня вновь обретала свой огромный вес.
Под сводами залы непрерывно вспыхивали разряды пси-энергии. Три клетки из-за них едва удавалось различить. Каваланера и ее Сестры Безмолвия медленно спускались под действием вернувшейся гравитации.
— Госпожа Брассанас, отведите ваших Сестер к посадочным люлькам, — сказал ей Тейн, направляясь к станции связи. — Брат Зольдт, общий приказ: всем ударным группам занять позиции над местом столкновения. Начать орбитальный обстрел и вылеты Аэронавтики для зачистки зон высадки по направлению к периметру. Пусть капитан Декарион запускает транспортные «Громовые ястребы» с грузом бронетехники. Я хочу, чтобы нам доставили «Лэндрейдеры» и штурмкатера сразу после приземления, и пусть за ними следуют десантные суда скитариев и Астра Милитарум. Перед тем как высадить тяжелую бронетехнику и титанов, необходимо создать плацдарм.
— Как быть с вражескими штурмовыми кораблями и орудийными платформами на высокой орбите? — спросил эпистолярий.
— Всем звездолетам придется вести бой, одновременно предоставляя орбитальную поддержку и развертывая наземные войска! — чуть раздраженно рыкнул Тейн. — Передай капитанам, что удовольствия сражаться по четкому плану у них не будет. Орки не станут ждать выполнения всех протоколов, а я не стану ждать орков. Первоочередная задача — спустить пехоту и боевые машины на поверхность. Удостоверься, что все командующие ударными группами меня поняли.
 
— Есть, магистр ордена!
— Открыть вокс-канал! — велел Максимус. — Ко всем Имперским Кулакам.
— Вы на связи, — сообщил Зольдт.
— Братья! — произнес Тейн. — Мы прибываем в оплот врага, в недра его скверны. Мы не первые проводим такую атаку, но, к добру или к худу, станем последними. Враг ждет нас. Его воины жаждут нашей крови. Их орудия будут заряжены до отказа, их огромные клинки — наточены и зазубрены, их редуты, покрывающие целый мир, — подготовлены к нашему приходу.
Но отриньте сомнения! Да, мы лишимся кораблей, бронемашин, солдат — доблестных мужчин и женщин, верных слуг Императора. И да, мы потеряем даже наших братьев, но иного пути у нас нет. Имперские Кулаки выстоят, как и всегда. На нашей броне свежая краска почетных цветов. Под нами, на Улланоре, — зеленое пекло, сулящее крещение огнем. Мы выдержим его ужасы! Мы переживем апокалипсис, устроенный чужаками. Мы вырежем имя победы в плоти нашего врага клинком и болтерным огнем. Мы разыщем и уничтожим Зверя, что насмехается над нами с каждым вздохом, и сожжем его родной мир, как он спалил множество наших планет. Улланор во второй раз будет очищен от орочьей заразы. Подобно капитулу Имперских Кулаков, планета сия будет спасена и рождена заново. Таков приказ вашего магистра ордена на словах! А теперь воплотите их в жизнь делами!
— Во славу Дорна! — взревел Тихор в вокс-канале, сжимая перчатку в кулак и колотя ею по нагрудной пластине.
Рота за ротой, космодесантники повторяли его жест. Вокс-канал потрескивал от шума голосов тысячи Имперских Кулаков, отвечающих кличу знаменосца.
Тихор и Тейн заняли места в своих люльках вместе с остальными бойцами почетной гвардии магистра ордена. Силовая броня зафиксировалась в положении стоя. За ними проследовали Эммерих Беренгард, капитан Первой роты, и Экхарт, ветеран-сержант, возглавлявший его командное отделение. В состав Первой вошли в основном бывшие Черные Храмовники, к которым принадлежал и Беренгард. Они ждали, стоя в мрачном молчании позади своего капитана и магистра ордена.
— Готов к битве всей своей жизни, первый капитан? — воксировал Тейн.
— Делом моей жизни всегда было очищение Галактики от чужаков, магистр ордена, — отозвался Эммерих. — Жизнь ли впереди, смерть ли — лучшей награды за службу я не могу пожелать. — Суровый ответ, подобающий суровому воину.
Доспех Беренгарда блестел золотисто-желтым цветом, как и у всех боевых братьев, но тело под ним состояло из одних лишь рубцов. С головы до ног обгорев в ходе Прометиевых войн, Эммерих лишился всей своей кожи — и даже самых последних крупиц хорошего настроения.
— Магистр Ворстехт, — обратился Тейн по воксу к повелителю технодесантников, — доложи, готовы ли мы к столкновению?
— Да, магистр ордена, — последовал ответ. — Все боевые братья, с оружием и броней, закреплены в фиксаторах.
— Очень хорошо, — отозвался Максимус. — Включить детонаторы.
Рев прокатился по всему астероиду — дробилась скальная порода. Сила трения при входе в атмосферу изгоняла холод космического пространства, нагревая поверхность маленькой луны. Системы в доспехах Теина засекли первые признаки движения воздуха и повышения температуры. Ветер завывал в пустотах и тоннелях полой Тузы-44.
— Готовься! — рявкнул Тейн в вокс, когда затряслась скала под креплением его люльки.
Со сводов Средоточия просыпалась каменная крошка, стены пещеры задрожали. Гравитационные силы обрушились на астероид, несущийся к поверхности Улланора.
 
Магистр ордена изготовился к удару. Техножрецы с Абитики-Прим сделали все, что могли, чтобы противостоять ужасным силам, действующим сейчас. Они укрепили своды пещер, установили люльки, генераторы силовых полей и антигравитационные устройства, призванные уберечь внутреннее пространство астероида от страшных последствий столкновения с планетой, которое разрушит скалистую оболочку. Даже запуск Тузы-44 был рассчитан так, чтобы пассажиры смогли пережить посадку. Мастер ван Аукен стремился к тому, чтобы астероид сохранил структурную целостность при ударе — в отличие от остальных планетоидов, запущенных в Улланор на максимальной скорости.