Пришествие Зверя. Том 3

Когда он подошел к сестре-командующей, она кивнула в знак приветствия.
Первым Верховным лордом оказался Кубик, генерал- фабрикатор Марса, замысловатый сплав человека и машины, чьи импланты были неразличимы под рясой цвета ржавчины и надвинутым капюшоном. Техножрец почувствовал приближение Тейна и повернулся, его вращающиеся окуляры сразу же изменили цвет и наклон.
Официальное одеяние же Дракана Вангорича представляло собой смешение черных и серых тканей. Под длинным облачением не угадывалось, сколько сейчас оружия при великом магистре Официо Ассасинорум. Исчезли блеск всезнания в глазах, кривая ухмылка на губах — все те черты, которые так заметно выделялись при их прошлой встрече. Что-то изменилось в Дракане. Он выглядел очень серьезным, под стать своему высокому положению.
— Мои господа, — поприветствовал их Тейн, когда Кулаки Образцовые из сопровождения отошли в сторону. — Госпожа Брассанас. Спасибо, что встретили меня здесь. С учетом того, что произошло ранее, и того, что я намерен обсудить со всеми вами, не подошли бы ни «Фаланга», ни Марс. И уж тем более не Императорский Дворец.
Брассанас безмолвно подтвердила его слова. Кубик, снабженный переводчиками жестов, понимал ее без труда. Тренированный Вангорич, личность со многими талантами, не тратил время зря и просто выучил язык Сестер.
Тейн взглянул на генерал-фабрикатора, но тот казался столь же холодным и последовательным, как и механизмы, заменившие ему большую часть тела. Учитывая тот недавний конфликт между Адептус Астартес и жречеством Марса, Максимус ожидал надменного негодования, упрека или как минимум обдуманного протеста.
— Продолжайте, магистр ордена Тейн, — просто сказал Кубик. Стальное эхо голоса сопровождалось кратким подмигиванием вращающихся окуляров. Когда Максимус обратил взгляд к Вангоричу, великий магистр взмахнул рукой, призывая его говорить дальше.
— Вы пройдетесь со мной? — спросил Тейн. — Я хочу вам кое-что показать.
Госпожа Брассанас повела их через дворцовый комплекс. В лифте из зеркального металла, который опускался ниже поверхности Луны, Максимус повернулся к спутникам.
— Вы, конечно, слышали, — сказал он, — о смерти магистра ордена Курланда.
— Если добавить гибель примарха и нашу неспособность одолеть Зверя, складывается триптих горя, — сказал Вангорич.
«Трагедия за трагедией», — показала госпожа Брассанас.
— Несмотря на все их усилия, Имперские Кулаки подвели Империум и самих себя, — сказал Кубик.
Тейну было непросто принять такие слова, но он понимал, что должен смириться, если хочет объединить Верховных лордов.
— Как я полагаю, Империум подвел их, — сказал Максимус. — Наши усилия против Зверя были выпадом копья, а Имперские Кулаки — его наконечником. Но все остальные, кто держал древко, отступили, поскольку надеялись, что удар усилят какие-нибудь другие группы или структуры. Поэтому Зверь все еще жив, а наш убийственный выпад пропал зря. Наконечник копья раскололся, Имперские Кулаки погибли.
— В истории Адептус Астартес немало торопливых действий и противодействий, как и в случае их прародителей, примархов, — заметил Кубик. — Жрецы Марса неспешны в своих поступках, но эффективны.
«Нам нужно многому научиться друг у друга, — выразила знаками госпожа Брассанас, — если мы хотим победить эту угрозу».
— По-моему, — произнес Дракан Вангорич без улыбки, с непривычно напряженным лицом, — прямое действие станет лекарством от сонма болезней, коими страдает Империум. И я долго ждал подобных действий. Я не виню магистра ордена Курланда и примарха Вулкана за их неудачи. Они, по крайней мере, пытались предпринять хоть что-то. Я, как и миллиарды других имперских граждан, снова жду. Жду человека, который станет действовать, выйдет вперед и сделает то, что необходимо. История знает много таких людей — смелых и решительных, вырывающихся в первый ряд, когда Империум в них нуждается. Таков ли ты, магистр ордена Тейн?
— Я таков, — ответил ему Максимус со сталью во взгляде. — Госпожа Брассанас, конечно, права. Если история и может чему-то научить сыновей Дорна, так это смирению. Мы не можем действовать в одиночку. Адептус Астартес — лишь один фрагмент великой мозаики Империума. Без остальных на нашей стороне мы ничто, как сгинувшие Имперские Кулаки. Всякий уцелевший брат жаждет отомстить за своих братьев, но я разделяю мнение генерал-фабрикатора. Лучше взять немного времени, собраться с силами и действовать как единое целое.
 
— Но у нас нет времени, — сказал великий магистр ассасинов. — Еще одна орочья луна может возникнуть над Террой в любой момент. Флотилии Зверя вторгаются в центральные системы. Орды зеленокожих захлестнут нас.
— Немного времени все же есть, — настойчиво произнес Тейн, когда лифт загрохотал по глубокой шахте вниз. — И я намерен использовать его с умом.
— Как? — резко спросил Вангорич, словно выхватил клинок. — Если Адептус Астартес не станут действовать, причем решительно, придется идти на иные меры, чтобы гарантировать лояльность всех организации в грядущие темные времена.
— Лояльность будет, великий магистр, — уверил Максимум — Ведь я иду к Верховным лордам не просить о помощи — обо всей мощи их власти, влияния и войск, — а требовать ее.
— Курланд и Вулкан не преуспели, — сказал генерал- фабрикатор. — Почему вы думаете, что получится у вас? Особенно теперь, когда потерян орден Первого основания и вера людей сломлена?
— Во-первых, я не намерен предавать огласке гибель Имперских Кулаков. Как видите, боевой дух народа и его лидеров хрупок. Нам не нужна паника.
— На Марсе ее не будет, — заверил Кубик.
— Как и в храмах Официо, — добавил Вангорич.
— И здесь, — молвил Тейн, склонив голову перед госпожой Брассанас. — Но, во-вторых, мы не Курланд и не Вулкан. Они не нарушали неприкасаемость Совета. Они заигрались в политические игры — и проиграли. Я такую традицию поддерживать не стану.
«Адептус Астартес не навязывали свою волю подобным образом со времен Ереси, — заметила Брассанас. — Заставить Верховных лордов действовать? Боюсь, история не помянет вас добрым словом за такую стратегию».
— Когда действия губительны, а бездействие — тоже, какая разница? — возразил Максимус.
— Если план провалится, — добавил Вангорич, — поминать будет некому.
— Значит, вы берете на себя ответственность? — уточнил Кубик.
— Да, за действия мои и моего ордена, — произнес Тейн.
Он взглянул па Сестру Безмолвия и Верховных лордов. Как магистр ордена Кулаков Образцовых, Максимус уже имел формальную поддержку Совета в делах обороны Терры и истребления Зверя. Кубик, Вангорич и Брассанас, конечно, сообразят, что он намерен предпринять.
Сдержав то обещание, что дал братьям, Тейн не раскрыл этой троице всех карт — и в то же время все преподнес так, что на их благоразумие теперь можно было положиться. Генерал-фабрикатор хранил в подземельях Марса тайны более серьезные, чем воскрешение ордена Астартес, да и всякий, кто узнал бы секреты великого магистра ассасинов, почти наверняка лишился бы головы. А сестра-командующая, не сомневался Тейн, уж точно будет хранить молчание.
— Каков план? — спросил Кубик, понизив голос.
— Срубить голову змее, — бросил Вангорич.
— Не змее, но гидре, — поправил Максимус. — Ведь мы обнаружили, что Зверей несколько. Все они должны умереть.
— Логика действий не меняется, — согласился Кубик. — Эти Veridi, хотя чудовищны по размерам и ненасытны в своих территориальных аппетитах, все же остаются существами с простой иерархией. Пока живы военачальники, обладающие достаточно могучей свирепостью и даром пси-присутствия, захватчики будут сохранять сплоченность и технологическое превосходство.
 
— Разделяй и властвуй, — произнес Тейн. — Мы способны одолеть разрозненные флотилии и тех орков, что хотят биться не только с Империумом, но и между собой. Но полная победа невозможна, пока Звери Улланора живут и процветают. Вот почему мы должны вернуться туда.