Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов (СИ)

— Это в посёлке? Как туда попасть, знаешь? — оживился я.
— Ага, возле Цимлянского озера, — сказал Серёга. — Привозил я ему… Кое-что…
— Ну, это дело былое. Попасть туда как? — переспросил я.
Серёга пожал плечами.
— Там всё за высокими заборами, всё под охраной, — сказал он. — Просто так не проберёшься. Да и кому оно надо? Так ведь дела не делаются.
Он посмотрел на меня с опаской, понимая, что меня это вряд ли остановит.
— Да, так, как делает он, дела не делаются, — согласился я. — Раз уж его сынок первым начал эту войну, то мне придётся её закончить их же методами.
— Ну, могу только пожелать удачи, — развёл руками Серёга. — От меня толку немного будет, чай, не аристо. Не боевой маг. Даже не ветеран-пограничник.
— И на том спасибо, — сказал я. — Мне и этого хватит. И да, к лесобазовским не лезь, и всем мысовским передай. С ними перемирие.
— Понял, — кивнул Серёга. — Это как же ты с ними договорился?
— Ночью там прогулялся, — многозначительно произнёс я.
Теперь надо прогуляться ночью возле Цимлянского озера. Покончить наконец с этой глупой враждой, не принесшей ничего хорошего ни мне, ни клану Воронцовых, ни кому-то ещё.
— Ладно, бывай, — сказал я. — Не забывай, главное, с кем работаешь. С кем в одном районе живёшь.
— Да ну чего вы, Иван Василич! — вскинулся опять Серёга, но я лениво махнул рукой, успокаивая его, и вышел, не сказав больше ни слова.
Заправился на разборке бесплатно, попросил залить в «Патриота» полный бак. Отказать мне никто не посмел.
А потом поехал через весь город к коттеджному посёлку на озере, решив больше не тянуть кота за яйца. Чем раньше я отправлю Алексея Петровича на свидание с его сыном, тем лучше.
Впрочем, искать нужный посёлок пришлось ещё долго. Берег озера полностью был застроен дворянскими усадьбами и роскошными дворцами, выглядывающими из-за высоченных заборов.
Вот только я не ожидал, что меня остановят задолго до того, как я подберусь хотя бы к воротам поместья.
Шлагбаум перегораживал единственный въезд в посёлок, в будке скучал охранник с кнопкой. Я подъехал прямо к окну этой самой будки и опустил стекло. Охранник с пластырем на сломанном носу и двумя обширными жёлтыми фингалами изменился в лице, завидев, кто к ним пожаловал. Он даже не нашёл, что сказать, хотя обязан был поздороваться и уточнить цель визита.
Охранник меня узнал, совершенно точно. Я его — нет, но мы явно уже встречались. Он дрожащей рукой взялся за рацию.
— Не-не, ты рацию-то убери, — попросил я. — Не то она сейчас окажется у тебя в жопе. Тебя даже будка не спасёт.
Угроза подействовала. Рацию он убрал в карман, а обе руки положил так, чтобы я их отчётливо видел.
— Граф Воронцов у себя? — спросил я.
— Н-нет… — выдавил охранник.
Я нахмурился. Это в мои планы не входило, но, возможно, достать его вне дома будет даже проще.
— И где же его сиятельство граф? — спросил я.
— На торжественном приёме… Сегодня же Великий Князь Лев Николаевич в город прилетает, — сообщил охранник. — Вся окрестная знать будет там.
И без меня. Могли бы и позвать по старой памяти. Шутка, конечно. Изгнанников на такие мероприятия не приглашают, независимо от того, сколь велики были их прежние заслуги. А у меня и заслуг-то никаких не было.
— Понял. Давай, не хворай, — сказал я, поднимая стекло.
— С-спасибо… — пробормотал испуганный охранник.
Я воткнул заднюю передачу, развернулся, поехал обратно в город, на ходу размышляя, куда может направиться аж целый Великий Князь. Где тут достаточно вместительный зал, чтобы вся городская и окрестная знать могла чувствовать себя комфортно, перемывая кости отсутствующим и выпрашивая подачки у досточтимого гостя.
С другой стороны, я просто могу покататься по городу и остановиться там, где увижу больше всего дорогих машин и толпы репортёров, ждущих на улице. Так, пожалуй, и поступим.
Я поехал в центр, поближе к основному действию. Великие Князья нечасто удостаивали визитом провинциальные города вроде Тюмени, и событие это было неординарное. Неудивительно, что все аристократы слетелись к нему, как мухи на… Мёд. Всё-таки не абы кто, а Великий Князь, член Императорской фамилии, номер шесть в очереди претендентов на престол. У такого можно выцыганить почти всё, что хочешь. Даже, наверное, императорское помилование. Влиятельный человек, короче.
  
И как только я обнаружил в центре перекрытую полностью улицу, то сразу же понял, вот оно. Именно здесь и надо искать Воронцова.
Скучающие дпсники болтали меж собой возле патрульной машины, стоящей поперёк дороги, и я подъехал прямо к ним. Опустил стекло, выглянул, морщась от света мигалок.
— А чего перекрыто, офицеры? — спросил я.
— Езжай отсюда! Ща живо за парковку в неположенном месте оформим! — грубо рыкнул лейтенант.
— Ты почему князю грубишь, смерд? — наигранно взъярился я.
— Ваше сиятельство, ваши через другую улицу заезжают, — сказал другой офицер в чине капитана. — По Дворянской.
— Сразу бы так, — буркнул я, поднимая стекло.
Надеюсь, моя морда ещё не развешана на стендах «Разыскивается», и дпсники меня не узнали. И номера «Патриота», наверняка числящегося в угоне, не срисовали.
Я развернулся, обогнул квартал, выехал к Дворянской улице, где стояли уже не простые дпсники, а сотрудники СБК. Пропускали аристократов только пешком, по одиночке, проверяя каждого каким-то артефактом. Я нашёл свободное место неподалёку и припарковал джип, то и дело поглядывая на движущуюся очередь.
Узнал среди толпы Колю Заславского, нескольких его подружек-аристо, невесту Вадика Чернышева, ещё пару знакомых лиц. Все пытались перещеголять друг друга внешним видом, сверкая драгоценностями и артефактами. Я на их фоне смотрелся откровенно бледно.
Воронцова не обнаружил, но чутьё подсказывало мне, что он здесь. Скорее всего, прошёл в числе первых. Пожалуй, и мне стоит проникнуть внутрь.
Для своего приёма Великий Князь выбрал самый большой банкетный зал в городе, окружил его несколькими кордонами охраны и перекрыл близлежащие улицы, ничуть не заботясь о неудобстве простых горожан. Крыши патрулировались боевыми магами СБК, все подступы были надёжно перекрыты. Великий Князь переживал за свою безопасность, и я мог его понять.
Я порылся в сумке, надел на палец кольцо Остермана. Родовой перстень сел как влитой, я почувствовал едва заметное магическое воздействие, словно бы в мою ауру добавилась какая-то примесь. Призму Чёрной Луны сунул в карман, авось пригодится. А вот жезл брать не стал. Было бы, конечно, здорово прихлопнуть всю местную знать одним ударом, но с таким артефактом меня точно не пустят, да и гарантий никаких. Я лучше как-нибудь сам.
Машину поставил на сигнализацию, пошёл пешком к сотрудникам на входе. Очередь почти рассосалась, теперь здесь больше тёрлись местные папарацци и журналисты — охотники за сенсациями. Ну, если повезёт, сенсация вам сегодня будет обеспечена.
В очереди молодые дворяне поглядывали на меня со смесью опаски и удивления. Многие знали меня в лицо как княжича Заславского, знали о том, что я изгнан. И теперь не могли поверить, что я посмел заявиться на приём к Великому Князю, словно бы ничего и не было. Косились, перешёптывались, тыкали пальцами в спину. Будто базарные бабки, а не аристократы в энном поколении.
Наконец, очередь дошла и до меня, я смело подошёл к двоим сотрудникам СБК в штатском, осуществляющим фейс-контроль.
— Фамилия, паспорт, — потребовал первый.
— Руку на шар, — потребовал второй, протягивая мне посох с набалдашником в виде хрустального шара.
— Иван Ипатьев, — сказал я, послушно прикасаясь к гладкой поверхности.
— Магию предъяви, в шар отправь, — сказал второй. — Я, что ли, за тебя это делать буду?
— Надо табличку повесить с инструкцией, — сказал первый.
— Будто её кто-то будет читать, — фыркнул второй. — Давай, не задерживай очередь.
Я зачерпнул щепотку магии, послал её в шар. Хрусталь засветился ярким белым светом.