Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов (СИ)

Прошёл в комнату, оглядел задумчиво раскиданные повсюду шмотки и вывороченные ящики.
— Твою мать… — вздохнул я.
Кто-то явно обыскивал её шкафы и комоды, рассчитывая найти среди кружевного белья, плиссированных юбочек и рубашек что-то ценное. Например, мою сумку с чипами и артефактами.
До которой, к слову, не добрались. Сумка обнаружилась там же, где я её и оставил, на верхней полке в коридоре. Ни один чип на сторону не ушёл. Я повесил сумку на плечо, ещё раз прошёлся по квартире, абсолютно пустой и от того неприветливой, позвонил ещё раз. Услышал вибрацию в комнате, обнаружил телефон Риты в спальне, на подушке. Куча пропущенных, причём не только от меня. Очень сомневаюсь, что она просто вышла за солью.
— Куда же ты подевалась, Рита… — пробормотал я.
Похоже, настало время опробовать себя в новой области магии, других способов найти девушку я пока не видел. О поисковой магии я не имел ни малейшего представления. Фиолетовые — большая редкость, и почти все из них работают лично на императора, разыскивая врагов государства. И методы их работы засекречены не хуже, чем эти проклятые чипы.
Я не придумал ничего лучше, чем взять её телефон. На нём всегда остаются потожировые следы, даже если регулярно протирать экран и кнопки. Во всяком случае, в фильмах, где показывали Фиолетовых, они действовали именно так, с помощью какой-нибудь личной вещи.
Пришлось сосредоточиться на её мобильнике, обыкновенном потёртом кнопочнике, мысленно представляя образ Риты. В голову почему-то невольно лезла наша фотосессия, вернее, её финал. Однако, след я увидел. Так же ясно, как и всё остальное вокруг, тонкая золотая ниточка тянулась от телефона в моих руках к дверям и далее. Такие же ниточки пронизывали всё вокруг, но словно в расфокусе. Чёткой и яркой была только одна.
Я немедленно вышел в подъезд, следуя за этой путеводной нитью. Тянулась она дальше, куда-то прочь из подъезда, двора и района.
Жаль, что «Патриот» так и остался на больничной парковке. Придётся топать пешком. На такси у меня не было денег, а ехать на общественном транспорте по следу просто не получится. И я пошёл.
Рита была жива, я это чувствовал, ощущал подсознанием, словно эта золотая нить не только указывала дорогу, но ещё и передавала другую информацию. Определить местоположение я не мог, но я мысленно потянул за эту ниточку. Ощутил внезапную вспышку чужих эмоций, испуг, напряжение. Затаённая надежда.
Это заставило меня ускорить шаг. Я давно покинул Мыс, перешёл через мост на другую сторону, к центру Тюмени. Ниточка вела меня, кажется, не кратчайшим путём, а просто по следу.
Но я всё же чувствовал, что приближаюсь к цели. Ощущение становилось ярче, ниточка — толще. Места я узнавал. Вокруг элитное жильё, бизнес-центры, небоскрёбы. Дорогие машины на парковках, слуги в ливреях. Район аристократии. Я понял, что след ведёт меня к небоскрёбу Вадика Чернышева, и нахмурился. Это было неожиданно и очень неприятно.
Я остановился у высокой стеклянной двери. Золотая нить совершенно точно вела меня внутрь. Не уверен насчёт этажа, но Рита была здесь, где-то наверху. Я ощущал это так же ясно, как ощущается прикосновение солнечных лучей на коже.
Внутри, как назло, дежурил тот самый вахтёр. В той же синей форме и фуражке, с единственной целью существования, не пускать посторонних и вызывать лифт. Я его узнал, он меня, кажется, нет. Сейчас, однако, была не ночь, а самый разгар рабочего дня, да и одет я был не в спортивку с чужого плеча, а вполне прилично.
— Цель визита, — равнодушно поинтересовался охранник.
— Пока не знаю, — сказал я. — Подождите минутку. Один звонок сделаю.
Я достал телефон и набрал номер Вадика. Трубку он взял незамедлительно, хотя мой новый номер ему должен быть неизвестен.
— Слушаю, — нейтрально произнёс он.
— Алло, Вадик? Это Иван, — сказал я. — Узнал? Привет.
Голос он узнал. Удивился немного, но виду не подал, поздоровался, спросил, как дела. Поболтали немного на отвлечённые темы, прежде, чем переходить к делу.
— Слушай, ты в городе сейчас? — спросил я. — Нет? Я в твоём небоскрёбе, ага, опять. Мне тут птичка на хвосте принесла, что у тебя в гостях близкий мой человек. Поговорить бы, а тут вахтёр внизу… Ага.
  
Я передал трубку вахтёру, тот недоверчиво на меня посмотрел, но телефон взял. Смотреть на то, как охранник меняется в лице, оказалось донельзя потешно.
— Так точно, слушаюсь! — отчеканил вахтёр.
Он вернул телефон мне с извиняющимся видом, а я вернулся к беседе. Поблагодарил Вадика, поболтал ещё немного, попрощался. Охранник терпеливо ждал, когда я закончу.
— Его сиятельство сказали вас отныне в любое время пускать, — торопливо пробормотал вахтёр. — Вам на какой этаж нужно?
— Я ещё сам не знаю, — сказал я. — По лестнице пройдусь.
— Прямо до конца и направо, — услужливо сказал охранник.
— Знаю, — сказал я, проходя наконец мимо поста.
Преодолевать несколько десятков этажей пешком совершенно не хотелось, но, похоже, придётся, хотя ниточка вела меня к лифту. Риту везли на лифте. Ладно, воспримем это как тренировку, небольшую физическую активность. День ног.
Лестницей тут почти не пользовались. Дураков нет. Поэтому я спокойно поднимался наверх вдали от любопытных глаз. Тут и камер видеонаблюдения почти не было. Нить становилась ярче и толще, я, поднимаясь наверх, постепенно приближался к ней. Каждый десятый этаж я останавливался на небольшую передышку. Между сорок первым и сорок вторым этажами золотая нить внезапно начала указывать в стену, и я удивлённо хмыкнул.
Ноги давно просили пощады. Если бы знал, поехал бы на лифте, и спускался бы вниз. Получилось бы ближе, да и спускаться гораздо легче, чем подниматься.
Теперь нужно было выбрать, через какой этаж мне нужно зайти, чтобы добраться до Риты.
Решил всё-таки попробовать сорок второй. Дверь на этаж оказалась заперта, но для меня простые замки давно перестали быть проблемой, и я вошёл внутрь, Абсолютно пустой серый коридор наводил на мрачные и неприятные мысли. Чёрное всевидящее око камеры видеонаблюдения висело аккурат над дверью.
Путеводная нить продолжала вести меня, я чувствовал, что Рита уже близко. Где-то рядом, только руку протяни.
На этаже, впрочем, царила гнетущая тишина, только эпилептическое мерцание ламп вносило немного хаоса. Я пошёл по коридору, разглядывая одинаковые серые двери. Безликие, тяжёлые. Отличающиеся только номерами. Тут, вероятнее всего, должны были быть какие-то офисы, но этаж почему-то пустовал.
Золотая нить привела меня к закрытой двери, и в отличие от всех остальных, замок тут был кодовый, электронный.
— Вот те раз… — пробормотал я.
Снимать дверь с петель мне как-то не хотелось, хотя золотая нить указывала прямо туда, больше не устремляясь ни в стену, ни куда-либо ещё.
Где-то в коридоре дзынькнул лифт, я машинально обернулся на звук. Увидел там широкоплечего мужчину в чёрном костюме и с двумя картонными стаканчиками в руках, от которых пахло дешёвым кофе.
— Ты кто такой? Сюда нельзя! — сходу набычился он.
— Я от Вадима Тимофеевича, — сказал я.
Ответ его не удовлетворил. Либо он мне не поверил.
— И почему тогда я тебя не знаю? — хмыкнул он.
— Я вот тоже удивился, почему ты до сих пор меня не знаешь, — сказал я, пристально глядя ему в глаза.
Он смутился, достал телефон из кармана, неловко пытаясь удерживать два стаканчика в одной руке, начал набирать номер босса. Вадик ему ответил сразу же, я услышал знакомый голос в трубке.
— Ваше сиятельство! — пролаял безопасник. — Мы на сорок втором, фиксирую попытку несанкционированного проникновения. Неизвестный юноша, заявил, что от вас.
— Вадик! Это я, — погромче сказал я.
На том конце трубки повисло молчание.
— Ждите, — коротко бросил Вадик.
Я посмотрел на безопасника и пожал плечами. Тот вздохнул и привалился плечом к двери, на всякий случай загораживая мне путь.
— Ты кофе-то пей, остынет, — посоветовал я.