Великодушные враги (Право на измену)

Диана послала ему легкую и грустную улыбку.
— Ты просто глуп, Алекс. И совершенно не умеешь притворяться. Я смею лишь надеяться и молить Бога, что эта малютка никогда не узнает, как сильно ты ее любишь.
Александр поднял было свой бокал, но Диана отняла его и сама осушила одним глотком, а потом протянула ему.
— Налей еще, Александр. Хочу внести предложение. Нам обоим следует напиться, любовь моя. Напиться так, чтобы мы оба напрочь позабыли о Максвеллах.
  
31
 
Джонет выбрала себе наряд с особым тщанием. Это было самое красивое из ее платьев. Вернее, самое красивое из тех, в которых можно было сесть в седло. Она улыбнулась, глядя, как Агнес расправляет складки на юбке из золотой парчи, возится с многочисленными нижними юбками и расшитыми жемчугом рукавами из черного бархата.
Конечно, для Джонет все это убранство мало что значило. Самые счастливые часы своей жизни она провела, не имея ничего, кроме мальчишеских штанов и рубашки. Но эту маленькую леди не могло не взволновать долгожданное возвращение сундуков с ее вещами из Уайтстоуна.
Они прибыли как раз вовремя. Ведь именно сегодня она намеревалась вернуть себе Александра. Ну а раз Диана Хэмптон в Эдинбурге, значит, Джонет придется мобилизовать все имеющиеся под рукой средства.
Пока Агнес застегивала крючки и затягивала шнуровку расшитого шелком лифа, ее юная хозяйка стояла в задумчивости, покусывая нижнюю губу и невольно сопоставляя сегодняшнее утро с той памятной ночью в Уайтстоуне, когда ей пришлось натягивать на себя мальчишескую одежку прямо за спиной у Александра.
Она вспоминала то время, счастье и смех, любовь и боль — все, что они пережили вместе. Если Диана думает, что получит Александра, ее ждет большое разочарование. Джонет поставила на карту все, считая, что ей больше нечего терять. Ведь Александр уже объявил при дворе, что собирается обвенчаться с графиней Линтон.
Новость буквально ошеломила Джонет: она то верила, то не верила и чувствовала себя обманутой и взбешенной. Однако сейчас она ощущала только решимость добиться своего. Они с Александром связаны навек. И ей просто-напросто придется найти какой-то способ заставить его признать это. И заставить Роберта принять все, как должное.
Мысль о Роберте заставила Джонет нахмуриться. Со дня ссоры в комнате Элизабет она почти не виделась со своим опекуном и могла лишь строить догадки о том, каким образом его необъяснимое отшельничество связано с таинственным нападением. О роли Александра во всей этой истории тоже оставалось только гадать.
— Готово, госпожа. Вы можете ехать.
— Спасибо, Агнес. Наверное, Дункан вот-вот придет, и мы отправимся в путь.
— Придет-то он придет, а вот знает ли он, что ехать вам всего ничего? До Холируда рукой подать, — заметила служанка, неодобрительно покачивая головой.
— Нет, не знает. Мы сделаем неожиданную остановку. Я же еще не видела королевских садов, понимаешь?
Джонет сосредоточенно прищурилась. Король недавно открыл Холируд для посещения и готовился сделать его своей резиденцией. Оставалось лишь окончательно устранить угрозу со стороны Дугласов. В это утро Александр должен был сопровождать Якова в замок. Все эти ценные сведения добыла для нее Агнес, развязав длинные языки задатком из нескольких жемчужин, споротых с вышедшего из моды чепчика.
Снаружи раздались шаги.
— Ты готова, малышка?
Джонет глубоко вздохнула, хотя в жестком корсете из китового уса сделать это было нелегко.
— Да, Дункан, я готова.
При этом она мысленно перекрестилась, моля Бога, чтобы ее слова оказались правдой.
* * *
Небо было сплошь затянуто облаками. Солнце выглянуло лишь на рассвете и снова спряталось, чтобы больше не показываться. Александр посмотрел на небосвод. В скором времени должен был начаться дождь.
Он отошел от остальных и неторопливо направился к круглому пруду, вырытому поодаль от скамей, на которых расположился король со свитой. Позади себя он слышал знакомый серебристый смех Дианы, прозвучавший в ответ на какое-то шутливое замечание короля. Потом в разговор вступила Маргарита. Александр подумал, до чего же легко ему удалось ее успокоить после побега сына. Она почти не задавала вопросов.
 
Впрочем, тому имелось простое объяснение. Маргарита была без памяти влюблена в молоденького красавчика, за которого недавно вышла замуж, и так увлечена медовым месяцем, что почти не выходила из своих покоев. Многие в открытую смеялись над ее браком с юным Генри Стюартом, но Александр не считал для себя возможным осуждать королеву.
Он рассеянно уставился в пруд, следя за ленивыми движениями перекормленных королевских рыб. Если бы только Джонет была с ним, он мог бы с таким же равнодушием, как эти рыбы, отнестись к окружавшим его придворным дуракам.
— Они ничего не делают. Только плавают кругами и ждут, пока их не выловят на обед. Совсем как некоторые из наших знакомых, n'est-ce pas? [Не правда ли? (фр.).]
— Правда, — согласился Александр, поднимая голову. — Доброе утро, д'Эстен.
— Но вы… вы не похожи на этих рыб, — заметил посол. — Вы не знаете иных границ, кроме тех, что определили сами. Вы сам себе устанавливаете правила. Еще никто не сумел приготовить вас на обед. — Д'Эстен поднял голову. — И все же интересно было бы знать, в каком пруду вы намерены плавать.
— Хотите что-то выудить, д'Эстен?
— Возможно. Чаровница, с которой вы собираетесь связать себя узами брака, — английская подданная. К тому же она знатна и очень богата. Это беспокоит вашего юного монарха, однако он ни в чем не может вам отказать. Меня ваше возвышение тоже беспокоит. Когда-то мы были врагами, месье 'Эпберн, но в последнее время вы действовали со мной заодно. — Он снисходительно улыбнулся. — Не стану от вас скрывать, что я предпочитаю именно такую расстановку сил. Человек, бросающий вызов судьбе, готовый пожертвовать собственной головой… такой человек непременно должен победить. Я мог вас выдать, и вы бы оказались в моей стране и пошли бы на обед червям.
Александр пожал плечами:
— Я решил, что вы из тех, кто больше думает о будущем, чем о прошлом. Я поставил на это, и мы оба выиграли. Может быть, нам стоит забрать свои призы и разойтись?
— Может быть.
Александр сломал ветку и опустил ее в воду, глядя, как рыбы подплывают и с любопытством хватают ее ртом.
— В точности как наш друг Дуглас, не правда ли? При виде приманки просто удержу не знает, — заметил француз с негромким смешком.
Затем он наклонился ближе к Александру.
— А на какую приманку клюнули бы вы? Что могло бы удержать вас в Шотландии? Можете смело сказать мне. Поверьте, д'Эстен умеет держать язык за зубами. Возможно, нам удастся все устроить.
— Я не продаюсь, — ответил Александр. — С этим покончено.
Послышался голос короля. Он громко приветствовал кого-то. Александр обернулся и увидел Джонет, медленно идущую через лужайку ему навстречу в ослепительном наряде из золотой парчи и черного бархата, прекрасную, как видение, с золотисто-каштановыми волосами и громадными зелеными глазами, по которым он, должно быть, обречен тосковать до конца своих дней. И несмотря на всю свою выдержку, он не смог себя заставить отвести от нее взгляд. В последний раз, подумал Александр. Наверное, он никогда ее больше не увидит.
Джонет сделала реверанс королю. Александр не мог сдержать улыбки, следя за тем, как она притворяется, что рада видеть Диану. Из-за истории, которую он изложил королю в день первого появления Джонет при дворе, они с Дианой теперь вынуждены были встретиться как старые подруги. Он опасался и почти ожидал, что девушка выдаст себя, не сумеет сдержать вполне законного негодования. Но она скрыла все свои чувства за светской улыбкой и ответила на «нежный» поцелуй Дианы с медоточивым коварством, заставившим графиню позеленеть от злости. Да, девочка повзрослела, отметил он про себя.
— Каких прекрасных женщин рождает эта скудная земля, — восхищенно проговорил д'Эстен. — Вам следовало отправить ее во Францию. Она стала бы первой красавицей при дворе.